Читаем без скачивания Арторикс - Игорь Алимов

– А почему бы вам не покончить с этими, гм-м, рахиминистами? Мы бы вас всячески поддержали. Подъехали, там, на пару дней… Я бы быка взял, он у меня строгий…

– Мы как раз сейчас размышляем над тем, как удобнее положить конец этому безобразию. Демократия, знаете ли. Но не беспокойтесь, мы держим руки на пульсах.

Бакстон удовлетворенно кивнул.

– Ну, а как международная обстановка? Что думают в экономическом совете?

– Благоприятствует. Экономический совет постоянно вынашивает планы. Расширяются связи с Клокардом. Закончено строительство нашей части автобана Тумпстаун-Сарти.

– Как замечательно! – доброжелательным голосом сообщил Бакстон. – А у нас тут всякие безобразия. Жака, вот, задевают.

– Да, я наслышан. В ваших краях не все уважают частную собственность. Нет возможности спокойно делать бизнес.

– А вы к нам как – по делам или на отдых?

– На отдых, – раздался за спиной голос Лиззи. Бакстон вскочил и с неожиданным проворством снял шляпу.

– О! Вы привезли с собой прелестный цветок! Как приятно видеть столь очаровательную женщину в нашей глуши! – Он приблизился к чаровнице и, поражая манерами, припал к руке. – Меня кличут Смарк, Смарк Бакстон. Местный фермер.

– Бакстон – отличный парень и мой друг, – подал наконец голос и Леклер. – У него неподалеку ферма. Более пятидесяти коров машут на его ферме хвостами! В его доме можно залиться молоком. А еще у него есть бык!

– Жак преувеличивает! – улыбнулся Бакстон. – Коров не так уж много. А бык – и вправду неплох.

Лиззи захлопала в ладоши, схватила стакан с вином и высказала пожелание взглянуть на этого замечательного быка сразу же после завтрака. После чего вместе со стаканом ушла к морю купаться.

– Да-а… – протянул Бакстон, мечтательно глядя ей вслед. – Хорошо вам, господин Дэдлиб. А мы с Жаком тут вконец одичали. – И он огорченно сдвинул шляпу на затылок.

В небе снова пролетел вертолет.

8

С утренним вертолетом Дройт прислал сундучок, в котором я нашел диковинный револьвер огромного калибра – что-то вроде «носорога», но большой, очень большой. То есть рукоять у этого орудия была как раз соразмерна, зато ствол напоминал ружейный, да и барабан… В него помещалось десять обычных по виду зарядов, только очень здоровых. На стволе имелась лаконичная надпись «слон-2». Не знаю, как слон, а рахиминисты точно от одного вида этой машинки обделаются. Очень полезное изделие. Можно просто показывать – уже будет достаточно. То есть, прогресс не стоит на месте. Никак не стоит. Он поступательно движется. Бог мой, неужели же вскоре сбудется и моя мечта о пистолете, в который влезает сколь душеньке угодно патронов?!

К присланному револьверу патроны имелись в изобилии. Был и пояс с соответствующим патронташем и с кобурой для этого дивного оружия.

Из краткого, написанного четким шерифским почерком сопроводительного письма я понял, что держу в руках что-то вроде мелкокалиберной безоткатной пушки, стреляющей разрывными снарядами, и что предназначается она для уничтожения металлоконструкций (роботов?) и прочих движущихся и не движущихся объектов, не поддающихся обычному оружию. Дройт сообщал, что вскоре пришлет еще один такой образец полегче – для Лиззи; над ним пока работают в нашей спецмастерской. Одного не могу понять, какого черта г. шериф сразу не снарядил нас этими устройствами, ведь наверняка знал же, что понадобятся! А, впрочем, могу себе представить его ответ…

Получив суперревольвер, я тут же нацепил прилагающийся к нему пояс, затянул специальный ремешочек повыше колена, набил патронташ, с благоговением погрузил «слона» в кобуру и минут пять тренировался, выхватывая оружие из кобуры – получалось неплохо, хотя револьвер был несколько тяжеловат – а потом в таком виде отправился вместе с Лиззи в гости к Бакстону. Леклер же сослался на необходимость каких-то полевых работ и не поехал.

Ферма Бакстона лежала на север от владений Леклера и была гораздо меньше и скромнее. Песок там переходил в траву, а на зеленых холмах жизнерадостно паслись хваленые коровы. За ними надзирал худосочный длинный бой с хлыстом и двустволкой. Он приветствовал нас взмахом руки и тут же отвернулся к коровам. Там было на что посмотреть: коровы поднимали хвосты и степенно оправлялись.

– Джинни дико любит коров, – пояснил Бакстон, тыча пальцем в заботливого боя. – Он нелюдимый, но очень хороший и добрый мальчик.

На одном из холмов стоял новенький коттеджик самого современного вида, со спутниковой антенной на крыше. На антенне было написано: «Филекс – это окно в мир».

– Вот мой скромный дом, – объяснил Бакстон, поворачивая свой лендровер к коттеджу, – старый сгорел, и я построил новый. По каталогу «Шэлда» выписал. Дом весь наполнен благами цивилизации. Знаете, всякие стиральные машины, кухонные комбайны, толчок с кнопочным управлением. Я сначала, не при даме будет сказано, совершенно хренел от всего этого – ну вы представляете, сидишь этак орлом, а оно само тебе музычку приятную включает! Но теперь уже ничего, попривык. А вот Джинни не смог. Он спит на сеновале и готовит себе еду на костре… Может, это и правильно, – помолчав, добавил Бакстон.

Он затормозил перед домом, мы вышли и убедились, что все здесь блещет свежими красками и новизной. Бакстон пнул ногой по переднему колесу машины и пригласил заходить. И я совсем уже было направился к крыльцу, как вдруг услышал за спиной какие-то странные, настораживающие звуки и обернулся.

Прямо передо мной, метрах, может, в пяти стоял здоровенный бык – просто гора какая-то, и задумчиво облизывал висевшее у него в ноздрях медное кольцо.

Я замер.

Бык сфокусировал на мне красные глаза, всхрапнул и долбанул землю копытом. Рядом со мной пискнула и окаменела Лиззи.

– А! Вот мой любимец, – гордо произнес Бакстон. – Грегори Пек Младший. Он у меня гернсеец. Чемпион! – похвалил быка этот страшный человек.

– Как вы думаете, – не отводя взгляда от животного и прикидывая, что будет, если показать ему «слона», осторожно, уголком рта поинтересовался я. – Он нас… гм… не забодает? По-моему, он настроен весьма решительно.

– Не думаю, – беспечно заметил Бакстон. – Грегори Младший никого просто так не бодает. Он – умный. Самец!

Умный бык-самец еще разок долбанул землю, снова всхрапнул, выпустил меня из прицела глаз, отвернулся и ушел прочь по своим самцовым делам. Мы с Лиззи перевели дух и отерли пот.

– Вы его привязывали бы, что ли… – посоветовала Лиззи Бакстону.

– А зачем? – удивился тот.

И правда: зачем?

Люблю я этих милых и простодушных селян!

Потом мы попили ледяного кваса, что оказалось весьма кстати – Бакстон, правда, изо всех сил расхваливал свое парное молоко, но молоко после вчерашнего совершенно не вдохновляло; а вот идти любоваться местной кукурузой решительно отказались: образ замечательного быка Грегори Пека Младшего, сметающего все на своем пути, ясно стоял перед нашими глазами. Тем более что бык время от времени напоминал о своем существовании многообразными звуками: несколько раз страстно взмычал, потом, молодецки всхрапывая и топоча, проскакал мимо дома галопом, от чего зазвенели стаканы на столе, затем некоторое время увлеченно бодал ближайшее дерево, и оно скрипело и стонало – словом, Грегори Пек развлекался вовсю по мере своих бычьих способностей.

Так что мы были очень рады, когда Бакстон предложил, наконец, подбросить нас на машине до города.

Оставив Лиззи в номере «Блимбура» рядом с телефонной розеткой – Лиззи врубила в нее проводок с переходником, соединявшим розетку с миникомпом, и уже загружала всякий потребный для ее целей софт – я нацепил солнцезащитные очки, приклеил довольно дурацкие вислые усы, подхватил любимую сумку и пошел на практике знакомиться с городом и его достопримечательностями, а суперревольвер ласково похлопывал меня стволом по колену. Ну не научился я еще как следует завязывать эту чертову тесемочку!

Арторикс представлял собой квадрат, состоящий из одно-двухэтажных зданий, и делился двадцатью пятью улицами, расположенными в строго геометрическом порядке, на более или менее равные квадраты кварталов. С южной стороны помещался вокзал, с северной – довольно обширная контора компании «Арторикс», с восточной – слегка смещенная от центра Блимбур-плац, и на ней двухэтажный отель (где в двадцать четвертом номере жили мы с Лиззи), за отелем открывалось море, а у моря был пляж. С запада город венчал грандиозный супермаркет «Арторикс».

В целом город состоял исключительно из гостиниц, магазинов и разных увеселительных заведений, в чем лично я не усмотрел ничего особенного. Хотя смутное чувство протеста Арторикс все-таки рождал, и рука непроизвольно тянулась к суперревольверу. Что-то тут было не так. Права Лиззи, ой, права.

Выбравшись на центральную улицу, я прогулочным шагом пошел на север, озираясь по сторонам, и кое-что фотографируя на память. Завернул в оказавшийся на пути пивной бар «Бравый Док» – там оказалось прохладно, сумрачно и немноголюдно: в зале сидело человек пятнадцать. Спросил пива «Асахи» и убедился, что такого здесь нет. Прочие сорта я отринул. Пришлось достать предпоследнюю тумпстаунскую банку.