Восстановление же самоуправления подорвало бы основы бюрократической системы, созданной Сперанским, обессилило бы бюрократизм. В результате воссоздалась бы, с поправками на современность, политическая структура Московской Руси. Но общество не желало ни освобождать крестьян, ни поддерживать Имп. Николая в преобразовании системы управления государством. «…Вступая на престол, — пишет С. Платонов, — Император Николай знал, что перед ним стоит задача разрешить крестьянский вопрос и что крепостное право в принципе осуждено, как его державными предшественниками, так и его противниками — декабристами.
Настоятельность мер для улучшения быта крестьян не отрицалось никем. Но по-прежнему существовал страх перед опасностью внезапного освобождения миллионов рабов. Поэтому опасаясь общественных потрясений и взрыва страстей освобождаемой массы, Николай твердо стоял на мысли освободить постепенно и подготовить освобождение секретно, скрывая от общества подготовку реформы».
И это было единственно возможное решение при сложившейся внутри России обстановке. Если бы Имп. Николай I принял решение освободить крестьян силой, то это почти наверняка привело бы к ожесточенной гражданской войне или к новому дворцовому перевороту.
«Император Николай знал, — пишет Платонов, — что его брат и предместник мечтал о реформах и был сознательным противником крепостного права на крестьян, а отец своею мерою о барщине положил начало новому направлению правительственных мероприятий в крестьянском вопросе. Поэтому реформы вообще, и крестьянская в частности, становилась в глазах Императора Николая, правительственною традицией. Настоятельная их необходимость делалась для него очевидною потребностью самой власти, а не только уступкою оппозиционному течению различных кружков. Именно мысль о необходимости реформ была первым (как мы его назвали, политическим) выводом, какой был сделан Императором Николаем из тревожных обстоятельств воцарения» («Очерки по Русск. Ист. стр. 681).
Восстание декабристов, чрезвычайно накалив политическую атмосферу в России, только отодвинуло еще дальше сроки уничтожения крепостного права. Вполне вероятно, что если не было бы восстания декабристов, то крестьян освободил бы уже Николай I. «Декабристов, конечно, жалели, — пишет потомок одного из видных декабристов кн. Д. Д. Оболенский, — в петербургском высшем обществе у них оставалось множество родни. Но декабристы не были людьми государственными. В большинстве они не думали об освобождении крестьян, а те, которые думали, собирались по освобождении крестьян всю землю оставить за помещиками. Император же Николай Павлович введением инвентарей подготовлял освобождение крестьян и завещал это освобождение своему Сыну, который и освободил крестьян с наделением их землей, что явилось первым примером в истории Европы». «По родству с материнской стороны, я посещал Дмитрия Гавриловича Бибикова, бывшего ранее киевским Генерал-Губернатором, а впоследствии министром внутренних дел Императора Николая I. Д. Г. Бибиковым были введены знаменитые инвентари, которые впоследствии ограждали права крепостного крестьянства. По свидетельству Д. Г. Бибикова, все мысли Императора были направлены к освобождению крестьян» (Кн. Д. Д. Оболенский. Заметки о прошлом. Двуглавый Орел. № 15. Париж).
В книге В. И. Семевского «Крестьянский вопрос в России», написанной в обычном интеллигентском духе, указывается тем не менее, что «Мысль о необходимости уничтожения рано или поздно крепостного права была не чужда Николаю Павловичу еще до вступления его на престол, как потому, что ее проводил в своих лекциях академик Шторх, преподававший великому князю политическую экономию, так и потому, что она занимала его брата, императора Александра I, постоянно собиравшего проекты по этому предмету».
«Из первых допросов арестованных декабристов присутствовавший на них государь узнал, что одною из главных причин недовольства была инертность правительства в деле освобождения крестьян — молодые люди смело и откровенно высказывали свои мысли по этому предмету. Через год после вступления на престол император Николай учредил 6 декабря 1826 года Секретный комитет, которому было поручено рассмотреть предположения относительно отраслей государственного устройства и управления».
Комитету было указано пересмотреть все действовавшие узаконения «об устройстве всех состояния людей». Комитет работал с 1826 года по 1830 год вплоть до начала организованной масонами революции во Франции и восстания в Польше, в организации которого деятельное участие принимали польские масонские ложи. Были и другие причины, помешавшие Николаю I освободить крестьян. Против него единым фронтом выступали крепостники и бывшие масоны, занимавшие крупные посты в государственном аппарате.
Крепостники не хотели лишаться «крещенной собственности», масонам было не выгодно, чтобы Николай I выступил в роли освободителя порабощенных.
И тем и другим весьма пригодилась, созданная в царствование Александра I по проекту масона Сперанского такая система государственного управления, при которой царь почти не имел возможности контролировать правильность исполнений бюрократией его указаний. Не менее крепостников и масонов задерживали освобождение крестьян и идейные последователи декабристов, основатели Ордена Русской Интеллигенции: Герцен, Белинский, Бакунин и рядовые члены Ордена. Они радовались восстаниям в Польше, масонской революции во Франции, осуждали и дискредитировали в глазах учащегося юношества все, что делало правительство, всеми мерами старались вызвать среди молодежи революционные настроения. А чем больше росли революционные настроения в стране, тем более осторожно приходилось действовать правительству, тем дальше отодвигался срок освобождения крестьян.
XXIV
«Лучше зажечь одну маленькую свечу, чем проклинать темноту».
Конфуций.
Из-за крайне напряженной политической обстановки внутри России и в Европе, в течение всего царствования, Императору Николаю I не удалось освободить крестьян, но он провел всю черновую работу по подготовке великого дела освобождения. Благодаря изданным Николаем I законам, ограничивавшим права помещиков и расширявших права крестьян, его сын смог дать свободу миллионам русских крестьян.
Историки, выполнявшие идейные заказы Ордена Русской Интеллигенции изображают обычно Николая I чуть ли не сторонником крепостного права, или стараются изобразить дело так, что падение крепостного права задержалось из-за проводимой им реакционной политики.
Семевский в своем исследовании «Крестьянский вопрос в России» пишет, например, что «Его мечты о подготовке падения крепостного права» благодаря противодействию окружающих его лиц «не привели ни к каким строгим мерам» ограничения крепостного права, а только вызвали «целый ряд отдельных, хотя и не особенно важных, но зато довольно многочисленных узаконений, кое в чем ограничивавших помещичью власть и распространение крепостного права» (Семевский. Том II).
Вскрыть ложность этих утверждений не так трудно. Возьмем, например, пятую часть «Курса Русской истории» В. Ключевского в котором он дает оценку отношения Николая I к вопросу освобождения крестьян.
Оценка эта, как это часто у Ключевского, носит крайне противоречивый характер. Противоречивость проистекает из ложного положения в которое ставило Ключевского требование цензуры Ордена Русской Интеллигенции препарировать русское прошлое таким образом, чтобы не вступая в явное противоречие с историческими фактами все же дать им толкование в духе желательном для Ордена. Главу «Центральные и областные учреждения» В. Ключевский заканчивает следующим категорическим выводом: «Ничего в это царствование не было сделано, ни для уравнения сословий, ни для усиления их совместной деятельности». А следующую главу «Крестьянский вопрос» начинает с утверждения, полностью опровергающего приведенное выше. «С самого начала, своей деятельности, — пишет он, — новое правительство возбудило вопрос об устройстве положения и отношений общественных классов. Сущность этого вопроса сводилась к положению многочисленного крестьянского населения». Противоречивость этих утверждений очевидна всякому. Тем более, что далее В. Ключевский пишет: «Громадный перевес сельского населения, не пользовавшегося полными гражданскими правами, обращал невольно внимание правительства на его устройство. Николай I и начал свое царствование с мыслью об устройстве положения сельских классов, прежде всего — крепостного населения. В первые годы царствования Николая I его занимала мысль об освобождении крепостных крестьян, хотя, правда, новый император указом 12 мая 1826 года гласно заявил еще в начале царствования, что никаких изменений в судьбе крепостных людей не будет сделано. В 1834 году, беседуя с одним из видных государственных дельцов, Киселевым, Император указал на множество картонов, помещавшихся в его кабинете, и прибавил, что здесь, с начала царствования он собрал все бумаги, касающиеся процесса, который он хочет вести против рабства, когда наступит время, чтобы освободить крепостных во всей Империи» (Курс Рус. Ист., V. 1922 г.).
