Читаем без скачивания Вальс в чистилище (ЛП) - Хармон Эми

— Это было землетрясение?

— Кто-то ударил меня по голове.

— Кто-нибудь, звоните 911!

— О нет. Посмотрите на мой учебник. Он весь изорван.

— Кто-то видел мой ланч?

— Чье арахисовое масло на моей куртке?

— Я не могу найти свою домашнюю работу — помоги мне разобраться в этих бумагах.

Возбужденные голоса накатывались друг на друга. Мэгги собрала свои вещи и поднялась на ноги. Ее очки упали, когда друг Дерека схватил ее. Она застонала, когда заметила большую трещину на левой линзе. Она со злостью засунула их в карман и спросила себя, оплатит ли школьная страховая компания их ремонт. Мэгги фыркнула. Она знала, что только что тут произошло, и это точно не было стихийным бедствием.

И потом она увидела его. Мэгги почувствовала, как сердечный галоп эхом отозвался у нее в ушах; Джонни стоял в дальнем конце коридора. Никто, кроме нее, казалось, не может его увидеть. Его руки были опущены по швам, всем своим видом парень выражал агрессию; он стоял точно по центру коридора. Девушка поспешила к нему, чувствуя, как ее волосы снова электризуются.

Мэгги медленно приближалась к нему, опасаясь, что через секунду он рассеется словно мираж. Он наблюдал за ней и его лицо смягчилось, когда она остановилась в нескольких шагах от него.

— Привет.

Он улыбнулся ее скромному приветствию.

— Привет, — отозвался он. — Ты в порядке?

Его лицо потемнело, когда он перевел взгляд обратно на парней, которые по-прежнему стояли посреди коридора, совершенно забыв о Мэгги.

— Все хорошо.

Джонни махнул рукой, приглашая её следовать за ним. Мэгги посчитала это неплохой идеей. Разговаривать с никому невидимым парнем посреди школы определенно не сыграло бы ей на руку. Он повел ее на второй этаж в библиотеку, которая очевидно была закрыта, судя по погашенному свету и закрытым дверям.

Замок тихонько щелкнул и Джонни кивнул головой:

— Дамы вперед.

Мэгги толкнула открытую дверь и вошла внутрь, выискивая уединенное место среди беззвучных стен и высоких полок. Ей нравился запах книг, и она глубоко вдохнула его, размышляя, может ли Джонни чувствовать запахи и ароматы вокруг него или эта способность тоже была утеряна.

— Ты точно в порядке? — его низкий голос был полон серьезности. — Я видел, как те парни пристали к тебе. Я не приветствую такого. Они не должны были тебя хватать… я не люблю такого, — повторил он.

— Я хорошо. По крайней мере я дала сдачи, — Мэгги тихонько рассмеялась, пожав плечами. — Мне не понравилось то, что они говорили о моем друге. Я сорвалась.

— Этого я не видел. Ты знаешь, я повсюду, но я не слежу за всем, что тут происходит. Это средняя школа, тут не все бывает интересно, — пришла очередь Джонни пожимать плечами.

— Да, ты прав.

Он усмехнулся.

— Энергия иногда начинается сгущаться и это привлекает мое внимание — как в этом случае.

— Так это было твоих рук дело? Я никогда ничего подобного не видела. Ты уже начинаешь походить на полтергейста.

— Я не знаю, что такое полтергейст, — Джонни приподнял голову.

— Это злой призрак, — ответила Мэгги, слегка шевеля губами.

— Я думаю, это не так далеко от правды, — Джонни просмотрел книги над ее головой. — А что такого они сказали о твоем друге, что ты пошла на такое?

— Они говорили о его матери. Она немного не в себе, если ты понимаешь, о чем я. — Мэгги вздохнула. Джонни внимательно изучал полку, но Мэгги была уверена, что он не интересуется тем, что видит.

— У моей матери была не очень хорошая репутация. Но никто и слова не говорил мне об этом, — Джонни встретился с ней взглядом на мгновение и снова отвел глаза. — Хотя Билли время от времени бесился от этого. Я буду приглядывать за парнишкой — Шад, верно?

— Да. Шад. Он хороший. До безумия невыносимый, но очень милый. Кстати, ты сказал, что будешь следить за ним, но он застиг тебя врасплох, — Мэгги поддразнивала его, но она была удивлена, что в воскресенье Шад смог подкрасться к ним.

— Я немного рассеян, когда нахожусь с тобой, — признался Джонни. — Я не общался ни с кем последние пятьдесят лет. Я был этим поглощен.

— Твои очки… они опять сломались? — Джонни кивнул головой в сторону ее очков, часть которых выглядывала из рюкзака.

— Да, ты починил, чтобы… — в ее тоне звучали извиняющиеся нотки. — Кстати, спасибо, — она вытащила очки из кармана и провела пальцем по трещине. — Я их ненавижу, но без них я как без рук.

— Я снова могу их починить.

Мэгги нацепила их на нос и ей свело глаза из-за поврежденного стекла.

— Я вряд ли смогу носить их такими.

— Совершенно верно.

Мэгги покраснела, захихикала и перевела на него взгляд. Джонни мерцал еле заметным светло-синим светом напротив нее. Мэгги вздохнула и сняла очки. Она видела его четко и ясно, пока не вернула очки на место — Джонни почти растворился в воздухе. Она потянулась к нему обеими руками, чувствуя себя ослепшей. Она провела руками по его плечам и груди, по шее и твердой линии челюсти. Ее пальцы гладили его щеки и нерешительно изучали черты лица.

Джонни шумно втянул воздух и резко сцепил руки вокруг запястьев Мэгги, останавливая ее продвижения. Мэгги тряхнуло от удара током, и она покраснела, когда Джонни отпустил ее руки. Она сняла очки, смущаясь того, что только что сделала. Неловкая тишина в библиотеке казалась оглушительной. Рев в ее ушах был еще хуже.

— Что это было? — Джонни коснулся пальцами ее подбородка, заставляя посмотреть ему в глаза и оторвать глаза от ботинок.

— Я не вижу тебя в очках! — вскрикнула Мэгги, нервно покусывая губу. — Я хотела проверить действительно ли ты стоишь там. Извини. Мне жаль.

— А мне нет, — тихо ответил Джонни, стараясь не демонстрировать свою радость. — Я просто был удивлен. Ты не представляешь, как это чувствовать, что тебя касаются… снова… — Он нерешительно потянулся и коснулся длинным пальцем ее щеки.

Мэгги почувствовала, как прервалось ее дыхание, как по коже прошло горячее приятное тепло. Она преодолела желание закрыть глаза и прильнуть к его руке. Джонни с неохотой убрал руку.

— В те разы, когда ты меня видела. Ты была в очках?

Мэгги задумалась и покачала головой.

— В первый раз я оставила очки в танцевальной комнате. Потом они упали в шахту, и я не носила их, пока ты не починил их для меня. А сегодня они упали на пол, когда меня схватили. Так что нет. Их не было на мне, когда я тебя видела. Это странно! Я по идее должна была видеть тебя лучше. По крайней мере так всегда было.

— Может быть, — предположил Джонни. — Может быть ты видишь меня не глазами.

— А чем, тогда?

— Шестое чувство? Я не знаю. Может быть, когда ты плохо видишь, твои другие чувства обостряются.

Мэгги кивнула, соглашаясь с ним.

— Я помню, моя мама часто повторяла, что у нее глаза на затылке. Наверное, это одно и тоже. Я всегда ей верила. Она всегда знала где я и что я делаю, не поворачивая головы.

Джонни забрал очки из ее руки. Он немного поводил пальцем по трещине, и она исчезла.

— Моя мама была приблизительно такой же. Мы с Билли не могли ни на шаг отойти. Она могла почувствовать ложь за милю. У нее, конечно, были свои недостатки, но ее материнские инстинкты были на высоте.

Мэгги вспомнила что она хотела рассказать ему. Она надеялась, что не смутится снова. Она все еще чувствовала румянец на своих щеках от его прикосновений.

— Джонни… я не знаю, в курсе ли ты, но твоя мама вышла замуж через несколько лет, после смерти Билли. Она вышла замуж за шефа полиции. По-моему, его зовут Бейли. Они показались мне счастливыми на фотографии.

Джонни медленно покачал головой, переваривая ее слова. Он удивился этой новости и Мэгги внутренне съежилась, думая, что совершила ошибку.

— Вышла замуж? Замуж… это хорошо, верно? — немощно спросил он и Мэгги кивнула, не отводя взгляда от его лица.

— Кларк Бейли? Что ж я… Это хорошо… Шериф Бейли был хорошим парнем…

Его голос надломился, он прошел несколько шагов и остановился. Прислонившись к стене, он сполз на пол, будто его ноги больше не могли держать его. Он обхватил голову руками и запустил пальцы в волосы. Мэгги не была уверена, что ей стоило что-то делать. Его поза кричала: «оставьте меня», но он и так провел в одиночестве слишком много времени. Она приблизилась к нему и села на пол напротив. Она ждала, положив руки на его колени, давая ему знать, что она рядом с ним. Он не поднимал головы, но, когда наконец заговорил, его голос был пропитан эмоциями.