Рок карабкался по трапу медленнее из-за тяжелого снаряжения.
Прекрасно. Итак, она — опять в его каюте. Что ж, уединение им не помешает. Он сорвал маску с лица, глубоко дыша и стараясь держать себя в руках. На поверхности моря показалась Конни.
— Мы поднимаемся, — закричала она. — Ничего не нашли! Ни единой вещички! Просто искупались, и все!
— Ничего не нашли, — выдавил с отвращением Брюс.
— Там ничего нет, — пожал плечами Питер.
— Зато мы наткнулись на несколько черепов, — вмешалась Конни. Она слегка вздрогнула: — Жутковато. Я еще не встречала в море черепа и скелеты тех, кто жил до нас… Но ни единого предмета с этой проклятущей «Контессы»!
— В самом деле? — мягко спросила Мелинда, вернувшись на палубу. — Кажется, мне повезло больше. Возможно, это с затонувшего немецкого судна… Но более вероятно, что старинная вещичка…
Каким-то скользящим движением Мелинда извлекла откуда-то сбоку, из-под купальника, что-то длинное, покрытое плотной коркой песка. Видно, найденный предмет был надежно зажат эластичной резинкой под купальником. Рок быстро пересек палубу. Она протянула ему этот предмет, вопросительно подняв бровь и очаровательно улыбаясь.
— Что это? — крикнула Конни.
— По-моему, предмет столовой сервировки, — заявила Мелинда, все еще не отрывая глаз от лица Рока. Он не спешил брать предмет из рук Мелинды и не произнес ни слова. Кончилось тем, что она почти насильно сунула находку ему в руку.
Оливковая ветвь мира? — удивился он про себя. Черт возьми! Она была там, на глубине, без всяких баллонов, а он, как идиот, преследовал ее и выгнал на поверхность… Он ей мешал! Мелинда, единственная из них, оказалась самой везучей и обнаружила нечто, возможно, имеющее отношение к «Контессе Марии».
— Рок?
Мелинда произнесла его имя очень мягко, вопросительно. Он не был уверен, что другие услышали ее.
Наконец находка — длинный предмет, покрытый плотной коркой песка и водорослями, — была у него в руках. Рока охватило предчувствие. Она права! Это не с немецкого судна! Рок взвесил предмет на ладони, ощущая его тяжесть, объясняемую не только плотной коркой песка. Интуиция подсказывала, что «Контесса Мария» где-то совсем рядом, а находка Мелинды — с этого призрачного, затерянного в океанской глубине испанского галеона.
— Ты запомнила место, где подобрала его?
Она неопределенно пожала плечами.
— Не знаю. Придется снова нырнуть. Места я не запомнила. В тот момент мне показалось, что сзади акула. Но когда я обернулась, то увидела тебя. Я нервничала и, естественно, все забыла.
— Естественно, — повторил он холодно, потом развернулся и заспешил по ступенькам трапа на нижнюю палубу, промчался мимо камбуза, торопливо проскочил вниз через второй пролет трапа и рванул дверь каюты-лаборатории.
Расстелив на столе кусок полотна и положив на него находку, он взял в руки деревянный молоточек и принялся тщательно и осторожно отбивать приросшую корку спрессованного песка.
Работа требовала самообладания и немалого терпения. Ему это хорошо удавалось, пока он вдруг не понял, что в лаборатории он уже не один. Вся команда столпилась у него за спиной — и Брюс, и Конни, и Питер, и Марина с Джо, и… Мелинда. Места для всех не хватало, они жарко дышали капитану в затылок.
— Послушайте, отступите, мне нечем дышать. Я все покажу немедленно, в ту же минуту, как только сам что-нибудь пойму.
Джо, самый мудрый и уравновешенный из команды, кивнул головой.
— Да, он прав. Жена! Идем! Позагораем на солнышке. А?
Марина сразу же вышла. Джо вопросительно посмотрел на Конни. С несчастным видом та удалилась следом за ним. Ушел и Питер. Правда, он, не удержавшись, обронил, выходя:
— Если я буду нужен, позови.
Брюс последовал за ушедшими.
Осталась одна Мелинда.
Рок в упор посмотрел на нее.
— Ведь это я нашла эту штуковину, — сказала Мелинда мягко.
— Однако ты была в моей поисковой экспедиции, — напомнил он.
— Как и ты был в поисковой группе папы, — парировала она.
— Нет! Я не просто был в его поисковой группе. И если бы он решился сказать тебе правду, ты бы все поняла. А пока поверь мне на слово. Впрочем, слишком поздно. Ты предпочитаешь мне не верить, не оставаться со мной в одной лодке. Но обещаю: если эта штуковина окажется с «Контессы», я сделаю для тебя такое, чего твой папочка не сделал для меня. И тебе воздам должное — за погружение со мной!
Сказал — и в тот же миг почувствовал раскаяние. Мелинда стояла рядом, не шелохнувшись. Она сильно побледнела, длинные ресницы прикрыли ее аквамариновые глаза, на нежной шее запульсировала жилка. Рок отметил и это, и многое другое. Мелинда все еще была в черном купальнике, который смотрелся на ней вызывающе эротично. Он окинул беглым взглядом ее удивительное тело, вспомнил, как бесконечно долго томился, глядя на ее губы, поймал себя на мысли, что хотел бы забыть прошлое, забыть «Контессу Марию», то, что на корабле есть люди, забыть себя самого и забыться с ней…
— Мне не нужно твое одобрение, это моя находка, — ответила она со спокойным достоинством. — Я нашла этот предмет и хотела бы знать, представляет он ценность или нет?
Рок снова обратился к плотной корке, пальцы его дрожали от волнения.
— Мелинда! Предоставь мне на несколько минут свободу действий. Нужно хотя бы снять верхний слой. Позже ты вернешься, и мы вместе займемся очисткой предмета.
Она опустила голову, кивнула и вышла. А он неотрывно следил за каждым ее движением, когда она подымалась по трапу на верхнюю палубу.
Ее спина, ее бедра, ее ноги…
Пальцы у него все еще дрожали, он чувствовал себя как натянутая струна. Как бы он хотел свернуть ей шею!
Однако он желал и другого.
Необходимо убрать Мелинду с судна. На миг он закрыл глаза, вытянул пальцы, стараясь успокоиться. Теперь он снова работал медленно, осторожно. Наконец с коркой было покончено. Настала очередь очищающего раствора. Рок окунул в раствор тряпочку и бережно протер предмет — он заблестел так, как блестит хорошее серебро высокой пробы.
Это была ложка старинной работы и определенно испанского происхождения.
С «Контессы Марии»?!
Схватив лупу, он впился глазами в рисунок узора, затем бережно положил ложку на разложенное полотно. На полке у него хранилась копия описи судового груза «Контессы Марии», он торопливо пролистал ее.
Вот оно! На борту «Контессы Марии» было 88 серебряных ложек, украшенных гербом в виде короны. Рок перевел взгляд на ложку Мелинды и даже вздрогнул. Он так близок к открытию! Так близок к «Контессе»! Она где-то здесь, совсем рядом…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
