Мой вопрос был встречен с ещё большей тревогой… потому что я потянулась к поясу с керамбитами, «мило» висящими на виду у всех, поправляя их.
— Нее…еет.
«Чего нервный такой? Может, я просто педант?! Люблю, чтобы моё оружие находилось в идеальном состоянии?! Даже если это состояние — положение рукоятки!»
Щёки Тати вспыхнули румянцем, а по её шее пошли красные пятна.
— И что ты тут собираешься демонстрировать? Ты — несовершеннолетняя выскочка, которая попала сюда только благодаря тётке! Даже не надейся после пробуждения магии задержаться здесь! Адриэля тебе не видать!
— Кого?
— Это один из наших похитителей, — шепнула Маришка, удостаиваясь уничижительного взгляда от магички… Карпенко проигнорировала угрозу старосты первокурсников, в моих глазах вырастая от проявленной смелости. — Светло-русый. По-моему, голубоглазый.
— И на кой я должна на него смотреть? — Меня затрясло от смеха.
«Да это же просто ревность! Львица решила пометить территорию? Все альфа-самцы — её?» — Насмешливо улыбнувшись, встретилась взглядом с Краско, которая, похоже, тоже включила режим львицы.
— Не надо из меня дурочку разыгрывать…
— Правильно. Не надо… поэтому прикрой ротик и послушай сюда. — Насколько я знала, между парами студентам давалось пятнадцать минут, чтобы дойти до следующей аудитории, поэтому кота за интересное место тянуть не стала. — Мне плевать на твои умозаключения, потому что из тебя даже строить ничего не нужно — ты реально дура. Чем только думала, когда посылала не знающих реалий нового мира иномирянок в загоны с опасными животными?! Как думаешь, что было бы, сожри их какая тварь?
Тати побледнела, но ревность одержала верх. Девушка усмехнулась:
— Ничего с ними не случилось бы! Просто опоздали… — усмешка неожиданно приобрела хищность. — У дверей загонов их ждали мои братья.
— Да тут попахивает семейным «бизнесом», ребята! — Хохотнула я, хотя внутри меня поднималась ярость. — Это другой уровень… поговорим, когда ты дорастёшь до того уровня, когда все проблемы решаются непосредственно тобой. С няньками и мамками я дел не имею! Идём, девочки…
— Мы не договорили, троллиха! Я не позволяла тебе уходить! — Взвизгнула красотка, и мне прямо интересно стало, кто её воспитывал.
«Наверное, один из тех графов, за которыми мои девчули вздыхали позапрошлой ночью».
Когда мимо рукава с шипением пролетела сияющая сфера, я успела отклониться в последний момент. Задев бедром один из столов, растянулась в проходе.
— Леся! — Взвизгнула Маринка, испуганно прикладывая руки к груди.
В аудитории нарастал смех… исключительно от девичьей стороны группы. Парни решили просто понаблюдать, ничем не проигрывая нашим «героям», точно так же поступающим на дискотеках, когда начинается «кошачья драка».
Ася хотела помочь, но наш провожатый перехватил Краско за руку, качнув головой и бросив коротко:
— Не нагнетай. Начнёшь помогать, всё усложнится.
Я поднималась в проходе, как полуголый терминатор из одноимённого фильма. Музыки для эффекта не хватало!
А пока поднималась, думала:
«Надо было набор метательных клинков тоже прикупить! Косяк!»
Оценив кровожадность в глазах ненормальной, переведшей наши разборки на новый уровень, бесстрашно ринулась вперёд.
Синеватые пульсары срывались с пальцев Тати-пулемётчицы, как автоматные пули, но уклоняться и вовремя приседать при беге я научилась ещё в пять лет!
Мне не было страшно. Я рассчитывала на ректорский щит. Наверное, поэтому даже внимания не заостряла на волнении, что меня сейчас подпалят.
Комбез так вообще оказался из разряда — чудо-форма для супергёрл!
У меня получалось прыгать по столам аудитории без всякой заминки, несмотря на широкие шаровары, напоминающие юбку.
Я уже видела страх в глазах стервы, когда до гадины оставалась пара метров. Но именно в этот момент паразитка, наконец, в меня попала… Самым большим пульсаром.
От грохота стёкл содрогнулся амфитеатр.
Вокруг меня потрескалось искажение, выдавая форму щита и придавая ему реальный вид. Долго, правда, он не просуществовал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Пространство вокруг меня зашипело, осыпаясь на пол серым пеплом.
Лицо Тати перекосилось от ярости, и я вдруг поняла, что ненависть в девке настолько неконцентрированная, что она мозгами совсем не думает о последствиях своего поступка!
Старосту первокурсников сейчас занимал только её авторитет…
Едва новый пульсар загорелся между пальчиками белокурого ангела, я перекатилась в сторону, выдёргивая из ножен керамбиты.
Лезвие ножиков засияло зелёным цветом, а лицо гадючки вытянулось от удивления.
Лоб покрыла испарина… я впервые дралась за свою жизнь! Бокс и бои, которые я провела на ринге, не шли ни в какое сравнение по количеству адреналина, шарашившего сейчас в моей крови!
Я застыла, готовясь дать отпор, но не собираясь нападать первой. Тати, будто не веря, что я посмею коснуться её важной персоны, продолжила раздувать сферу.
Когда та сорвалась с пальцев старосты, я, уже без щита ректора, собиралась конкретно припозориться (ну не убить же меня коза решила?!), как вдруг вокруг меня появилась вода!
Обтекая по контуру фигуры, голубая стихия полностью поглотила пульсар Тати, которой уже было не до смеха. Девушка находилась на грани обморока, глядя на что-то позади моей спины.
Вода злилась… я любопытно коснулась её, застывшую в воздухе, и она сердито зашипела.
— Элементаль… — дрогнувшим голосом просипела староста первокурсников, прежде чем стихия ринулась к ней, запирая дурочку в огромный круглый кокон.
— Это не я, — с уверенностью заявила, но меня никто не слушал. Внимание всех присутствующих было направлено в сторону выхода.
Развернувшись, чтобы посмотреть, кто меня спас, чуть челюсть не уронила.
Возле двери, в метре над полом, зависла моя Маринка.
Больше не чёрные волосы извивались синими змеями, а сама Карпенко, как та водная нимфа из древнегреческих легенд, преобразовала пространство вокруг себя во что-то вязкое и искрящееся голубым.
— Она её сейчас убьёт… — заистерила одна из свиты Тати, заставляя меня отморозиться.
«Моя подруга — крутая!» — Улыбнулась, вопреки неприятной миссии.
Я понимала, что нужно как-то отвлечь… элементаля? Так вроде назвали Маринку?
«Не суть! Сейчас не до этого! Ангелочку, реально в воде нечем дышать! Сейчас захлебнётся ещё! А Карпенко-то не в себе!» — Заглянув в полностью белые глаза Маринки, вздрогнула, но поднялась на стол и рванула уже в сторону подруги, ловко преодолевая шаг за шагом, несясь по закруглённому столу.
Не добегая до Маришки, прыгнула, хватая одногруппницу за ноги и дёргая её вниз.
У меня не было уверенности, что идея коснуться дочери элементаля — хорошая, но и того, что девушку обвинят в убийстве выскочки, тоже не хотелось.
«Жертвовать собой иногда приходится», — успокаивала себя, чувствуя, как ток проносится по телу небольшим разрядом, но рук так и не отпустила, обнимая девушку.
— Маринка! Всё хорошо, возвращайся, — простонала от боли, со страхом поглядывая в пустые глазницы.
Громкий плеск и волны водного плена, оставившие свою жертву, позволили мне выдохнуть.
Карпенко обмякла в моих руках, теряя сознание.
— Мы затопили кабинет истории, — дрожащим голосом прошептала Краско, хлопая ресницами с совершенно безумным взглядом.
— Что здесь происходит!? — Гаркнули с порога.
«О! Вовремя! Прямо как наша доблестная полиция!»
Глава 17. Презумпция невиновности или в академии все равны!
«Повиновение основано только на любви и доверии, в противном случае — это пресмыкание или рабство…»
*Нина Бойко*
Я таки докаркалась, и мы с Асей прочувствовали гнев ректора-милахи на себе во всей красе.
Пока целительница Роквена пыталась привести в чувство Маринку, восстанавливая скорыми темпами магический резерв девушки, нас отчитывали, как школьниц, что, в принципе, не далеко от истины.
