что Клавдии я пояснил, что у меня уже есть женщина, на которую я реагирую. Только жду, когда она подрастет.
- Алиска что ли? – Пошутила оборотница, а, когда я даже не улыбнулся, взялась за голову. – Рада тебя убьет, если ты ее обидишь. И я прибью, - добавила она, подумав. – И Хозяин тебе шею свернет, если что.
- Знаю, - кивнул. Алиса, не смотря на некоторую незрелость характера, все же была всеобщей любимицей в Мае. От этого мне было несколько не по себе, но здесь я не мог ничего поделать. При том, что я прекрасно понимал, за что ее все любят. – Но с природой спорить не буду.
- Это правильно, - Клавдия громко фыркнула. – А то был тут у нас один…. Теперь Аринка из него веревки вьет.
Да, про историю с Лохматовым не знал только ленивый. В назидание всем оборотням, она теперь переходила из уст в уста и стала чем-то вроде байки.
К санаторию мы подъехали уже сильно заполночь. Нас встретили Марта Мироновна, Максим и… Вероника, которая, позевывая, пообещала отвезти Клавку в Березкино. Еще несколько врачей-женщин крутились вокруг носилок и развозили детей по палатам.
Алан, устало покачиваясь стоял и смотрел на двери, куда увезли детей.
- Тебя домой отвезти? – Спросил я, когда он потер лицо и встряхнулся.
- Нет, я сам, - он повернулся и скептически окинул взглядом вполне бодрого меня. – И откуда в вас, оборотнях, столько выносливости? – Без тени зависти спросил он и, не дожидаясь ответа, влез в машину и уехал.
- От верблюда, - запоздало проворчал я, постоял немного и, убедившись, что в моей помощи здесь никто не нуждается, побрел домой.
Идти здесь было минут семь. Это если неспеша. Я и брел, изредка поглядывая на озеро. К моему удивлению, рядом с домом в воде мавок не оказалось, хотя они не упускали случая показаться мне. Наверное, решили, что я насовсем уехал.
Я подошел к дому и сел на ступеньку крыльца. Хорошо. Прислонился к перилам и посидел минут десять, глядя на парящую над озером дымку.
В дом меня тянуло просто неимоверно сильно. Запах Алисы я ощущал при каждом вдохе. Такой теплый, такой живой. Мозг лихорадочно соображал, что же такое придумать, чтобы попасть в дом и увидеть ее вопреки всем трезвым расчетам.
Я медленно поднялся на ноги, уговаривая себя, что я всего лишь проверю сына. Все ли с ним в порядке? Как он тут без меня был…?
Осторожно отворил не запертую дверь, вошел в дом, где запах Алисы стал еще сильнее. Я улыбнулся. Ну вот, теперь не придется каждый день бегать в санаторий, чтобы хоть ненадолго успокоиться. Аккуратно разулся и еще несколько минут постоял у входной двери, стараясь надышаться впрок.
Потом я прошел по коридору к спальне Адама. Заглянул. Сын спокойно спал, закутавшись в одеяло. Я прикрыл дверь и двинулся дальше по коридору. Я же в своем доме…. Заглянул в свою спальню и увидел умилительную картину: Алиса спала, растянувшись поверх одеяла с толстенной книжкой в обнимку. Вообще, вокруг кровати было разложено множество книг. И все они пахли ей. Значит она их все читала. Если бы я знал раньше, что ей так нравятся книги по экспериментально медицине, давно бы ей их притащил.
Понимая, что делаю все неправильно (и вообще, так нельзя), я прокрался к кровати, лег на незанятую половину и уткнулся носом в ее волосы, лежащие сейчас на подушке. Закрыл глаза и принялся дышать как можно тише, чтобы она не дай бог не проснулась.
Сам не заметил, как отключился на несколько часов. Резко открыл глаза ровно в шесть утра. Привычка. Алиса во время сна повернулась на бок и теперь ее ладошки лежали у моего лица. Я дал себе еще минутку, чтобы поймать эти мгновения безмерного счастья, и заставил себя подняться с кровати.
Если я хотел произвести хорошее впечатление на девушку, то нужно же хотя бы завтрак приготовить. Я вошел на кухню. Не похоже, что плитой здесь хоть кто-то пользовался. Зато в холодильнике какая-то еда была. Но не свежая же.
Через полчаса у меня уже был готов приличный омлет и бутерброды с мясом. А еще заваривался бодрящий травяной чай с ягодами. Пора было будить Алису с Адамом, но я почему-то медлил. Понял это лишь тогда, когда дверь моей спальни открылась и из нее вышла заспанная Алиса. С растрепанными волосами и в пижаме она сонно прошла в сторону ванной. Резко остановилась, принюхавшись (запах еды было сложно не уловить) и развернулась ко мне лицом, широко открыв глаза.
- А…? Эмм, - она поджала губы, пытаясь сформулировать хоть что-то.
- Приехал ночью. Завтрак готов. Сейчас пойду будить Адама, - решил помочь ей.
- Ага, - кивнула она и едва ли не бегом убежала в ванную.
Я вздохнул и отправился в комнату Адама. На самом деле мне показалось, что девушка несколько подросла и чуть округлилась. Или это мне уже мерещится, потому что я выдаю желаемое за действительное? А если нет? Если у нее начались изменения тела? Тогда сколько у меня еще есть времени? Точнее, у нее?
- Доброе утро, - Адам уже не спал, когда я вошел.
- Как спалось? – Улыбнулся я.
- Хорошо. И Алиса хорошая. Пап, давай ее от нас не отпустим! Мне понравилось с ней жить, - сообщил сын, залезая ко мне на руки.
- Нельзя заставлять людей жить там, где они не хотят, - покачал я головой, прижав к себе худое тело сына. Ребра прощупывались сквозь пижаму, но Марта обещала, что вскоре он начнет набирать мышечную массу и станет самым обычным ребенком.
- Ладно. Тогда ей надо сказать, что мне понравилось, что она живет с нами. Вдруг она сама захочет остаться? – Он слез с моих рук и отправился искать Алису.
Девушка уже умылась и нерешительно стояла на кухне, пытаясь заплести непослушные волосы в косу.
- Дай я, - я перехватил ее руки и сам занялся волосами. На все у меня ушло меньше минуты.
- Эмм, спасибо, - она чуть смутилась и демонстративно посмотрела на время. – Мне уже пора на работу.
- Сначала позавтракай, - я подтолкнул ее к столу.
Адам внимательно следил за мной и этой девушкой, потому, когда она открыла рот, чтобы отказаться, то он громко заявил.
- Я очень голодный. Давай позавтракаем, а потом вместе уйдем в санаторий, - предложил он.
Алисе не оставалось ничего другого, кроме как согласиться.
В лечебнице она быстро сбежала от нас, сославшись на привезенных детей. Уверен, что она отправилась Марту из реанимации выгонять.
