Потом Евгений Саввич задал Лопесу несколько уточняющих вопросов. Получив ответы, сказал:
— Все. Выполняйте. Вылет — завтра утром.
От Лос-Алькасареса до Кабесы-дель-Буэя было примерно 430 километров. Для передовой команды, которая должна остановиться в Альбасете для дозаправки горючим, часов двенадцать езды. Ну, тринадцать. Что ж, с задачей мы вполне справимся.
Пока передовые команды готовятся к отъезду, мы наседаем на Птухина с вопросами о делах на фронте. Евгений Саввич рассказал нам о боевых действиях группы средних бомбардировщиков — «катюш», как любовно называли их испанцы. Командовал группой СБ Александр Сенаторов. СБ бомбили военные объекты противника на полный радиус действия. И без истребительного прикрытия. Скорость у них выше, чем у истребителей противника. Ходят «катюши» на Балеарские острова, проходя весь путь над морем дважды — туда и обратно прорываясь сквозь зенитный огонь и заслоны истребителей.
Группа «чатос», которой командовал Анатолий Серов, тоже зарекомендовала себя отлично. Птухин подробно рассказал, как Серов организовал боевую работу ночью. На первой же ночной охоте товарищ Серова — Михаил Якушин сбил «юнкерс». А в другой раз повезло и командиру: он тоже сбил вражеский самолет.
— Важно и другое, — отметил Птухин, — каждый четвертый летчик в республиканской авиации сейчас уже — испанец. Дерутся они храбро, самоотверженно. Но новых машин маловато. Наверное, будем передавать испанцам самолеты, когда срок пребывания наших пилотов здесь подойдет к концу.
На КП явился Лопес и доложил, что передовые команды на промежуточные аэродромы в Альбасете и Кабесу-дель-Буэе отправлены.
Глава 2. Крещение огнем
На линии фронта. — О чем поведал Антонио. — Схватка с «ромео». — Металл уставал быстрее нас. — Николай Иванов, наш наставник. — «Фиаты» не выдержали натиска. — Ночные поиски. — Наш пароль — братство. — Извлекаем урок из хитрости разведчика
С восходом солнца мы были уже на аэродроме. Ждем сигнала от передовой команды из Альбасете. Словно под Бобруйском, Евгений Саввич, не изменивший своей привычке, обходит летчиков, спрашивает о самочувствии.
— Нормально! Нормально! — отвечают пилоты. Командиры звеньев докладывают мне о готовности.
Я в свою очередь рапортую Е. С. Птухину. Наконец из Альбасете сообщают, что команда прибыла. «Наконец» — в этом случае дань нашему нетерпению, а не задержка команды.
— Вылет разрешаю! — командует Птухин.
— По самолетам! — отдаю приказ.
Утреннюю тишину нарушает рев моторов. Выруливаю со своим звеном на старт. Получаю «добро» на взлет. Короткий разбег, беру ручку на себя. За мной отрываются от земли ведомые. Следом взлетают остальные звенья. Очень хотелось показать Евгению Саввичу — время нашего вынужденного отдыха не прошло даром: мы кое-чему научились.
На первом же кругу эскадрилья была в сборе, приняла парадный строй. Развернувшись, мы со снижением на повышенной скорости прошли над центром аэродрома. Мы вроде бы показали хорошую слетанность. Покачав на прощанье крыльями, уходим в сторону Мурсии. Поднявшись до полутора тысяч метров, даю команду разомкнуться. Что ж, теперь можно и оглядеться, не торопясь. Справа, пока хватал взгляд, — море. Спокойное, с белой ниткой прибоя у берега, дальше — голубое, а у горизонта — белесое, оно сливается с таким же белесым от зноя далеким небом. Впереди — Аликанте и белесая дымка у горизонта. Вскоре, словно оазис, проплыли под крылом зеленые кварталы Мурсии, а потом потянулась серо-желтая, желто-рыжая земля Ла-Манчи.
Окружающее настолько однообразно, что кажется, будто не летишь, а висишь над одним и тем же местом. Высота — 2500 метров. Здесь прохладно, а на земле наверняка жара. На небе ни облачка. Время летит быстро. Снова на горизонте — сначала темное пятно, потом различаются кварталы города Альбасете — базы формирования, обучения и отдыха бойцов интернациональных бригад, добровольцев из многих стран мира, приехавших в Испанию на передовую линию борьбы с фашизмом.
Вот и аэродром. Чуть в стороне — большой лес, обнесенный стеной. Монастырь, что ли? Среди деревьев виднеется несколько зданий.
Приземляемся быстро, хорошо. Нас встретили техники из передовой команды. И мы, и они довольны. Первый этап перебазирования прошел спокойно. Можно размяться. Поставив машину в укрытие, вылезаю из кабины на огненную землю. Ко мне подходит прокаленный солнцем товарищ.
— Ваш переводчик. Лёва, — протягивает он руку. Заправка, осмотр проходят быстро. Но нет сообщения из Кабесы-дель-Буэя. Это — задержка. Досадно. Раз есть переводчик, то с ним надо поговорить.
— Откуда здесь, в полупустыне, лес? — спрашиваю переводчика.
— Охотничий заповедник.
— Монахи, что ли, охотятся?
— Какие монахи? Обычный испанский гранд.
У нас вытягиваются лица и округляются глаза.
— Да-да, — кивает Лёва. — Это владения гранда. Лес посажен искусственно. В нем полно зверья — от куропаток до оленей и кабанов. Хозяин приезжал сюда два-три раза в год поохотиться с друзьями.
— А сейчас там что?
— Как «что»? То же самое. Хозяин удрал, а порядки остались прежние. Все и вся на своем месте: от горничной до повара и от управляющего до егеря.
Для нас это — чудеса, да и только! Охотничий замок, собственность сбежавшего гранда, охраняется республиканским правительством. Да, чудеса… Время идет — из Кабесы-дель-Буэя никаких сообщений. Комендант аэродрома предлагает нам поехать в замок отдохнуть, пообедать, пока дадут «добро» на вылет.
Что ж, решаемся, любопытно посмотреть, как живут буржуи. Правда, они — испанские. Комендант очень любезен — дает нам автобус. Ворота охотничьего замка открывает импозантный привратник. Въезжаем и словно попадаем в другой мир. Огромные деревья отбрасывают прохладную тень, воздух насыщен ароматом благовонных кустарников — лавра, олеандра. Дышится, словно в Валенсии, легко и свободно. Слышится пение птиц, белки с урчанием прыгают по ветвям. Проходим меж шпалерами роз. У входа в замок красиво постриженные кусты и темно зеленые свечи кипарисов. Чувствуется — за всем здесь ухаживает умелая и заботливая рука. Кругом образцовый порядок, хотя второй год идет война. Лучшего места для отдыха не найдешь. Сбоку от здания — плавательный бассейн и теннисный корт.
У дверей виллы нас встретил управляющий.
— Он говорит, что рад вас видеть, — сообщает нам Лёва. — Все здесь к вашим услугам. Просит осмотреть апартаменты.
На первом этаже огромный зал и анфилада комнат увешаны охотничьими трофеями: клыкастые головы кабанов, ветвистые рога оленей, чучела животных и птиц, что водится в угодьях. В столовой то же — головы, клыки, рога…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
