дома, вынудив его выглядывать из-за угла. Одинаково одетые в черное, каждый скрывал лицо под шапкой с дырками для глаз – Данакт такое видел впервые. Не прошло и пары минут, как они перебежали дорогу и, сев в серый автомобиль, уехали вдаль. Заинтригованный Данакт подошел к тому месту и увидел светящуюся большую то ли фиолетовую, то ли белую, а казалось, и голубоватую надпись: сверху «услышь», а снизу – большими буквами «ЭХО», в красной рамке.
– Что это означает?
На этот раз Бенджамин проявил себя лишь голосом:
– Не знаю. Раньше не видел такого. Это уже было, когда ты пришел?
– Только что кто-то нарисовал и уехал. Но меня не видели, я решил не рисковать.
– Это ты правильно сделал. Там больше ничего нет? Только надпись?
– Только она, да. Они очень спешили, может, забыли что-то сделать дополнительное.
– Скорее всего, либо реклама какая-то, либо очередной зов к чему-то… не знаю, люди сейчас постоянно в поиске. Я сделал снимок, запущу программу поиска, посмотрим, куда это приведет. А ты пока иди, не теряй время.
Комбинация переливающихся цветов с явно скрытым смыслом надписи интриговала Данакта слишком большим разбросом предположений о сути данного посыла. Нечто неописуемое притягивало его к этому сигналу или даже маяку, напрашиваясь на неожиданную связь с ним самим, возводя драму к чему-то величественному. Разнообразие его действий в ближайший час ходьбы под снежные объятия природы среди пустых улиц пополнилось лишь небольшой игрой, почти неосознанным ребячеством в поиске новой надписи. Параллель между вандализмом и его жизнью была проведена необдуманно и наивно, а опрометчивость пока еще не стала для него серьезным нарушением. Ключевым аргументом отпустить этот квест уже на подходе к указанному Бенджамином складу послужила полная безрезультативность усиленного внимания на окружение. Некоторое разочарование коснулось его самомнения, но развить новую мысль не было времени. Улица, по которой шел Данакт, уходила куда-то вдаль, а жилые дома закончились уже минут десять назад. Освещение работало у перекрестков и на большом расстоянии друг от друга вдоль улиц, создавая легкие потемки. Атмосфера выдавала полный спектр агрессивного давления, провоцируя некое бездушие на этой двухполосной пустой дороге между громоздкими квадратными строениями, выглядывающими из-за бетонных заборов под два метра высотой. Дойдя до нового пустого перекрестка, Данакт испугался еще больше – на каждой стороне была такая же суровая картина. Снег уже не шел, ветра не было. Обернувшись назад, он увидел на дороге только свои следы. А ведь это место совсем недалеко от Мегаполиса, высокие здания которого лишь частично видны из-за блочных строений.
Аккуратно следуя указанию Бенджамина, оглядываясь вокруг, Данакт продолжил одинокое шествие, мечтая поскорее сократить и так небольшое расстояние до цели. Рядом с массивными металлическими воротами была дверь для персонала, где требовались не только специальная пропускная карточка и отпечаток руки, но и визуальное подтверждение через камеры наблюдения, главная из которых большим шаром торчит над дверью.
– У меня есть удаленный доступ, жди. Как только скажу, иди сразу же внутрь, там до конца коридора и направо, дверь в конце приведет в диагностику.
– Вы что-нибудь узнали про «услышь эхо»? – Вопрос был задан чуть ли не панически.
– Не об этом тебе думать надо сейчас. Ты готов? Не забывай, у нас мало времени, уже через два с половиной часа придут сотрудники ЦРТ.
– Так, может, вам их отозвать, дать выходной?
– Да, совсем не подозрительно, – с ощутимой издевкой проронил Бенджамин за секунду до того, как магнитный замок был отключен. И только двери за спиной громко закрылись, как голос Бенджамина поспешил успокоить его, сосредоточившись на главной задаче. Пара минут ходьбы по коридору до нужного места ощущалась Данакту часом. Внутри небольшого помещения находилась цилиндрическая камера для сканирования, контроль над которым проводился на компьютерах за прозрачной стеной слева. Справа же вдоль стены – стеллажи с десятком разных приспособлений для крепления любого предмета внутри тонированной камеры.
– Заходи вовнутрь, я запущу систему – и узнаем, что с тобой сделали.
– Подождите, я думал, вы тут будете!
– Нет. Я сейчас в своей лаборатории в ЦРТ, но не беспокойся, у меня есть все доступы. Я один из тех, кто создал это место. Когда мы еще только изобретали чипирование, решили, что нужна универсальная система поиска и анализа технологии. Годы спустя все это умело усовершенствовали, за чем я не прекращал наблюдать.
– Мне немного страшно.
– Да это просто сканер, считай – рентген, только вместо плоти найдет все неорганическое, заодно проверит доступность всех частот и каналов связи. Данакт, успокойся, я бы не привел тебя, если бы не был уверен в твоей безопасности.
Эти слова повлияли на юношу больше ожидаемого, дав нужный толчок для свершения изначальной задумки. Данакт разделся догола, не опуская взгляда на свое тело, он смотрел строго вперед. Створки разъехались вдоль стенок цилиндра, Данакт вошел вовнутрь пустого пространства, а когда они закрылись, он сразу же закрыл глаза, думая про себя лишь о результате. Бенджамин объявил о начале сканирования, вокруг застреляли странные звуки, порой заставляя его вздрагивать, но в целом все прошло совершенно безобидно. Голос Бенджамина ознаменовал окончание сканирования, Данакт открыл глаза и, вновь не глядя на себя, нащупав одежду, оделся.
– Итак, знаешь, почему у тебя болит половина тела, когда ты что-то делаешь левой рукой? Ее закрепили неправильно, видимо, не хватало оборудования, чтобы связать ее материал с твоим скелетом, – вот и прикрепили лишь к грудине. Варварски получилось, ничего не сказать, делали неопытные люди. Но, с другой стороны, тебе смогли довольно умело заменить сердце. Оно у тебя искусственное. При этом то, что сделали с твоим мозгом… Я не знаю, откуда такая надобность, возможно… кто-то просто решил улучшить тебя не самыми новыми и качественными деталями. Гибридизация – сложный процесс, мы в свое время не смогли обуздать побочные эффекты, а тут, считай, подручными средствами смогли дать тебе новую жизнь.
– Без них я умру?
– Да. И дело даже не в сердце – центральная нервная система контролируется мозговыми чипами, которые просто соединили в единую сеть для оптимизации. Если простым языком, то, с одной стороны, ты, Данакт, самый уникальный образец в мире, с другой же – я удивлен, что ты еще жив. Половину надо заменить на современные аналоги, и тогда ты будешь не просто ощущать себя лучше, а иметь безграничные возможности.
– А если я не хочу этого? – Все это оказалось слишком большим для него.
– Правда такова, что это не важно. Ты живой – вот что главное, а остальное мы исправим.
Гуща мыслей и чувств занимала его голову
