— Запомните, отроки, один из первых признаков наличия незарегистрированной ведьмы или самоучки-колдуна в сельской местности — это аномальное состояние растительности. Даже если сей нарушитель законов ни разу не друид, то результаты тренировок и экспериментов могут привести либо к гибели трав, грибов и цветов от ядовитых эманаций, либо напротив, к их буйному росту, ежели создаваемый энергетический фон окажется благоприятным. Вдобавок скверна в душе нередко проявляет себя небрежением в чистоте и отказом от соблюдения мирских приличий, из-за чего с подозрением стоит посматривать на те дома, что рушатся и зарастают грязью, а проверять их с утроенным тщанием. — Поучал десяток единообразно одетых молодых парней дородный служитель церкви, не сводя пристального взгляда с дверного проема. Покрытые старческими морщинами и пигментными пятнами, но еще крепкие руки надежно удерживали раструб оружия, являющегося одной из моделей ручного огнемета, но заправлено оно сейчас было не напалмом, а святой водой. — Причины, по которым якшающиеся с демонами колдуны становятся неряхами и ленивыми свиньями, делятся на две группы. Во-первых, человека уже морально сломленного и махнувшего рукой и на себя, и на окружающих, и на весь мир, силам зла проще своими посулами зацепить, ведь сия заблудшая душа ошибочно считает, что терять-то ей уже нечего. А во-вторых, даже тот еретик, который был полностью нормальным до того как связался с врагами рода человеческого, легко может в кратчайшие сроки стать полностью умалишенным или хотя бы малость поехавшим, не выдержав душевного напряжения от сотворения темных ритуалов, уверовав с собственное превосходство над людской моралью али просто отравившись какой-нибудь дурманящей дрянью, на которую так богаты нижние миры. Отрава может быть как умышленно подсунута ему каким-нибудь умным бесом специально, под видом чудо-снадобья, что обязательно сделает мощнее глупого чернокнижника, так и непроизвольно источаться ядовитыми железами призванных существ. Видел я как-то раз и случай, когда пыльца зело жуткой дряни растительной просто прилипла к копытам призванной суккубы, а потом испятнала собою простыни и так попала в организм колдуна к вящему огорчению самой демоницы, рассчитывавшей сего помершего от аллергической реакции идиота не подчинить, так сожрать…
— А что, после того как он внезапно помер, демоница его жрать побрезговала? — Уточнил один из воспитанников сиротского приюта, громко шмыгая простуженным носом. — Вы же вроде в прошлом месяца говорили, что всякие демоны жадны до человеческого мяса и прожорливы, куда там крысам, а потому даже суккуба состоянии сожрать без остатка улику в виде чьего-нибудь трупа, пусть даже он и будет весить больше неё…
— Говорил, и то чистая правда, — покивал бородатой головой один из наставников заведения, куда попадали те дети мужского пола, о которых ну вот вообще некому было в Буряном позаботиться. — Но свежий труп, пусть и принадлежавший начинающему колдуну, люб им все же меньше живой добычи при жизненной силе да душе, а потому демоница та покинула логово чернокнижника и отправилась на охоту, сжив со свету полторы дюжины домочадцев да просто случайных прохожих, ну а там её вскоре скрутили, допросили, да сожгли…
— В атаку! — Прогремел с летучего корабля приказ, и в следующее же мгновение посыпавшиеся оттуда бронированные фигуры пробили собою крышу здания, оказавшись внутри. И кого-то они там нашли, судя по начавшимся немедленно выстрелам, слышимой даже на улице ругани и громкому болезненному вою, издаваемому явно нечеловеческой глоткой. Солдаты, стоящие снаружи строения тоже рванули вперед. Кто через двери, кто через окна, какой-то не желающий ходить проторенными дорогами боевой маг так и вообще вырезал в покрытой мхом и плесенью стене большое отверстие при помощи водяного лезвия, зайдя внутрь с той стороны, откуда штурмующих точно никто не ожидал.
— Молебен об изгнании врагов рода человеческого запеееевай! — Скомандовал отрокам пожилой священник, поудобнее перехватывая распылитель святой воды. Задачей подрастающего поколения, взятого под эгиду церкви, было не собственноручное уничтожение зла…Пусть отряд прошедших уже некоторую теоретическую и практическую подготовку сирот имел неплохие шансы расправиться с выявленным чернокнижником и тем, что он призвал, но бросать подростков на демонические клыки когти никто не собирался. Не было такой необходимости, поскольку речь шла не о решающей битве добра со злом, а о простой, можно сказать рутинной зачистке доигравшегося с темной магией идиота, не сумевшего удержать контроль над одним из призванных созданий, что от него сбежало и благополучно самоубилось об одного из соседей. С находящимися внутри дома монстрами, которые не могли быть слишком сильными и многочисленными, должны были успешно расправиться защитники Буряного. Даже если бы тварей вдруг обнаружилось не три-четыре, а штук двадцать, их бы все равно покрошили на мелкие кусочки при помощи свинца и стали. Отроки, что воспитывались в верности церкви и её идеалам, просто должны были пройти своеобразное боевое крещение, впервые своими глазами увидев свою будущую работу, ну и по возможности оказать поддержку настоящим бойцам. Главным образом — моральную. — Громче-громче, и не фальшивить! Чем лучше у вас получается, тем хуже сейчас чувствуют себя демоны, которые это слышат и тем меньше у них шансы кому-нибудь навреди…Черт!!!
Возможно, вырвавшееся из недр дома существо и принадлежало к данному виду демонов, а возможно и нет. Точно сказать было сложно, поскольку облик сгорбленного, но все равно высокого гуманоида скрывали пластины скрывающей все и вся костяной брони, покрытой многочисленными рунами, частично пылающими багровым светом, частично нарисованными свежей кровью. Однако нижние конечности монстра определенно оканчивались копытами, а вооружен он был большим трезубцем, выкованным из черного металла, и сорвавшийся с этого гибрида боевых вил и магического посоха разряд зеленой некротической энергии устремился к преграждающему ему путь старому священнику…Чтобы рассыпаться множеством опавших вниз яростных искр, столкнувшись со встречным потоком святой воды, под большим давлением вырвавшейся из распылителя.
— Изыди! — Рявкнул на монстра старый служитель церкви, не только не отступая, но и делая несколько шагов вперед, в попытке замочить самого демона. Тот, впрочем, под струю святой воды благоразумно подставляться не стал, и проигнорировав пяток отлетевших от его доспеха пуль, скакнул как кузнечик метров на шесть в вышину…Чтобы оказаться уже в воздухе перечеркнутым пулеметной очередью, ударившей с летучего корабля. Поток свинца выбил из доспехов монстра не так уж и много щепок, обыденное оружие почти не повредило одному из воинов преисподней, однако же полученного кинетического импульса оказалось достаточно, чтобы тело монстра швырнуло обратно вниз. А там уж его прицельно окатили обычной с виду жидкостью, от которой поверхность брони обитателя нижних миров вспыхнула ярким белым огнем сразу вся и целиком, причем и под неё что-то тоже просочилось, судя по болезненному воплю и отчаянным попыткам кататься туда-сюда в надежде сбить пламя. Впрочем, орал и трепыхался демон недолго. Его тело пробило двумя зачарованными стрелами, к ним присоединилась пара десятков пуль, теперь начавших рвать непрошибаемые прежде латы словно мокрую бумагу, башку монстра отчекрыжило ударившим с летучего корабля лезвием ветра, на спину чудовища обрушился огненный шар…В общем, когда люди наконец-то прекратили терзать тело ужасного чудовища, то остались от оного чудища в прямом смысле слова лишь рожки да ножки. И то рожки были вроде бы не его, а просто отвалившейся частью костяных доспехов.
— Иванов! Петров! Сидоров! Неразлучная вы наша троица дуболомов-залетчиков… — В голосе старого священника прорезались армейские интонации, из-за чего троица вышеупомянутых воспитанников приюта ощутимо занервничала. — Была команда прекратить пение молебна⁈ Или, быть может, я вам велел открыть огонь⁈ Откуда у вас вообще пистолеты⁈
