Прекращение массового производства холодного оружия и военных доспехов после объединения страны заставило многочисленных оружейников искать новые возможности для приложения своих сил. Переход в крестьянское или торговое сословие для них оказался невозможен по причине кастовой организации общества. «Перепроизводство» специалистов по обработке металлов привело к ряду важных последствий. Во-первых, ручной труд в данной сфере деятельности подешевел, а значит, начали складываться традиции производства без применения машин. Во-вторых, передача опыта и знаний от мастера к ученикам приобрела вид не краткосрочного целенаправленного обучения, а многолетней практики подмастерьев на рабочем месте. В-третьих, японские мастера приступили к созданию уникальных изделий, зачастую имевших форму технических курьезов, но пользовавшихся спросом среди широких слоев населения. Отсутствие международной торговли заставляло их внимательно изучать внутренний рынок, а у потребителей вырабатывались устойчивые предпочтения к продукции национального производства. В частности, большую известность приобрели механические куклы каракури, совершавшие самые разнообразные и сложные движения. Создание каракури получило широкое распространение в XVII в., когда в Японии появились технологии изготовления часовых пружин и шестеренок. Считается, что каракури послужили предшественниками роботов, в производстве которых современной Японии принадлежит безусловное мировое лидерство.
Таблица 2.1
Динамика экономических показателей Японии и стран мира
Источник: [Magnuson, 2004]
Мастерство, отточенное до уровня искусства, стало основой для появления монодзукури – уникальной японской культуры создания материальных изделий. Традиции монодзукури насчитывают более двух тысяч лет и существуют во всех странах китайского культурного ареала. Однако именно в Японии, в особых социальных условиях XVII–XIX вв. эти традиции определили культуру производства и стали важным отличительным признаком всей экономической деятельности страны.
Культура монодзукури тесно связана с религиозной и философской системой ценностей Японии. В этом качестве монодзукури служит основой для целого ряда принципов японского менеджмента. Так, например, в местной религии синто существует представление о присутствии души и у живых, и у неживых объектов, а также о переселении душ, когда живой организм умирает, а неживой разрушается. Это порождает бережное отношение к материалу, из которого сделано готовое изделие, а также стремление избавиться от любых излишних усилий (мури), потерь (муда) и непостоянства (мура) в процессе производства. Неудивительно, что устранение мури, муда и мура, организация «экономного производства» (lean production) и внимание к контролю качества считается визитной карточкой японского менеджмента.
В буддистской и конфуцианской системах ценностей важную роль играет вера в озарение, которого можно достигнуть путем многократного и точного повторения некоторых процедур (короткие однообразные молитвы, медитации в строго определенных позах, перебирание четок в установленной последовательности и т. д.). На этой основе формируется представление о приоритетной важности процесса по сравнению с результатом, совершенства исполнения и абсолютного соответствия образцу. По-видимому, это создает философскую базу для постоянных улучшений, соблюдения технологий, повышения качества. Именно такие принципы лежат в основе знаменитой системы кайдзэн, характерной для японского менеджмента.
Заметный экономический прогресс, рост населения и формирование уникальной культуры монодзукури можно считать главными положительными итогами развития Японии в период Токугава. Следует отметить, что экономическая динамика в те годы носила преимущественно экстенсивный характер и была связана с вовлечением в экономический оборот свободных земель и ростом трудоспособного населения. Однако легкодоступные земельные участки сравнительно быстро оказались освоены, и возможности для экстенсивного роста сократились. За 150 лет – с 1700 по 1850 г. – численность населения Японии практически не изменилась. Несколько раз за это время в стране случались катастрофические неурожаи, голод, эпидемии. С учетом этого весь XVII в. здесь принято считать периодом застоя. И всё же в те годы увеличилась занятость крестьян на отхожих промыслах, в сельском хозяйстве начинали применяться методы селекции риса и расширилось использование удобрений, в городах появлялись системы водоснабжения и уборки отходов. Население страны хотя и не увеличивалось, но несомненно богатело. Современные исследования показывают, что в условиях жестких социальных ограничений (кастовая организация общества и система си-но-ко-сё) простые японцы сознательно выбирали единственно доступный путь повышения жизненного уровня, а именно ограничение рождаемости и накопление богатства в расчете на одного члена семьи. Об этом, в частности, свидетельствуют разрешение брака в среде самураев и крестьян только для старшего сына, а также широко распространенная практика абортов и убийства девочек, которая приводила к заметным изменениям в гендерной структуре детей. Причем такие явления чаще всего наблюдались именно в тех регионах, где имелось меньше возможностей для побочной занятости и получения дополнительного дохода, скрытого от обложения налогами.
К началу XIX в., по-видимому, все слои общества, кроме самураев, приспособились к жестким социальным запретам и нашли свой путь улучшения жизни. А вот самураям и даймё пришлось пойти по гибельному пути усиления контроля, повышения налогов, запретов на отхожие промыслы, а также порчи монеты (перечеканки со снижением содержания драгоценных металлов). Результаты не заставили себя ждать: началось повышение цен, сокращение производства риса, снижение уровня жизни и рост недовольства во всех слоях населения. В середине XIX в. страна оказалась на грани полномасштабного кризиса, вызванного многолетним подавлением экономической деятельности методами жесткого политического контроля. Кардинальные изменения назревали во всех сферах общественной жизни. Однако непосредственным толчком к революции послужили скорее не внутренние, а внешние события.
2. 3. Модернизация в эпоху Мэйдзи: 1868–1912 гг.
В конце XVIII – начале XIX в. наиболее мощные государства того времени неоднократно предпринимали попытки установить с Японией дипломатические и торговые отношения. В 1792 г. Россия, а в 1832 г. США направляли в Японию военных посланников, но не получали ответа. В 1852 г. в Японию была снаряжена американская флотилия под командованием адмирала (коммодора) М. Перри (M. Perry) с инструкциями добиться от Японии права заходов в определенные порты американских судов, возможностей угольных заправок, торговли и применения собственных законов к американским гражданам. Корабли М. Перри вошли в бухту Урага неподалеку нынешнего Токио в 1853 г. Визит американской эскадры дал толчок к беспрецедентному политическому кризису в правительстве бакуфу. После консультаций с виднейшими даймё в 1854 г. было принято решение принять американские условия. Четыре года спустя, в 1858 г., между Японией и США был подписан договор о сотрудничестве и торговле на принципах экстерриториальности в портах Канагава (нынешняя Йокогама), Нагасаки, Ниигата, Хёго (Кобэ), Симода и Хакодатэ. В том же году аналогичные договоры были заключены с Великобританией, Францией, Россией и Нидерландами. Длительный период международной изоляции Японии подошел к концу.
Первые итоги международной торговли оказались крайне неудовлетворительными для Японии. В частности, в то время в стране обращались одновременно и золотые, и серебряные монеты. Причем цена серебра по отношению к золоту была примерно в 3,45 раза выше, чем за рубежом. Иностранные торговцы начали ввозить серебро и скупать золото, получая при этом более чем трехкратную прибыль. Правительство бакуфу перечеканило сначала серебряные, а затем и золотые монеты. В результате национальный и международный курсы драгоценных металлов удалось уравнять, но при этом с 1860 по 1866 г. внутренние цены в Японии увеличились примерно в 4 раза.
В 1858 г. последний сёгун династии Токугава скончался, не оставив наследника. В условиях политической нестабильности открытие портов для внешней торговли привело к нападениям на иностранцев. В ответ в 1863 г. британский флот обстрелял порт Кагосима (юг о. Кюсю, княжество Сацума), а затем разрушил береговые укрепления в Тёсю (западная оконечность о. Хонсю). Великобритания и другие страны использовали задержки в реализации договоров 1858 г. как мотив для дальнейших военных угроз. В 1865 г. было принято решение потребовать ратификации не от нестабильного бакуфу, а от самого императора Японии. Объединенная флотилия военных кораблей вошла в порт Хёго (Кобэ) и буквально под прицелом пушек добилась от канцелярии императора немедленной ратификации договоров. Тем временем сфера влияния бакуфу стремительно сокращалась. 3 января 1868 года армии нескольких провинций из юго-западных районов Японии заняли город Киото (резиденцию императора) и провозгласили прямое правление 15-летнего императора Муцухито. Тем самым была восстановлена (реставрирована) форма государственного управления, существовавшего в древней Японии до VII в. н. э. Фактически новое правительство представляло собой олигархию, т. е. власть нескольких влиятельных фигур, преимущественно из кланов Сацума и Тёсю, инициировавших реставрацию. Эпоха правления императора Муцухито продолжалась до 1912 г. и после его смерти получила название периода Мэйдзи, или «просвещенного правления».
