Читаем без скачивания Анимус. Дилогия (СИ) - Нетт Евгений

- Это имеет смысл. - Дорш приободрился, да и Иннес больше не смотрела на сына с таким осуждением, как десятью секундами ранее. Ей, очевидно, не понравилось, что вместо того, чтобы покорно согласиться с их доводами и больше не подвергать себя лишней опасности, их почти пятнадцатилетний сын нашёл, чем возразить, и даже добился успеха в споре. Оба взрослых просто не знали, что ответить, и потому подсознательно опасались за свой авторитет. - Но разве твой учитель не захочет предоставить тебе наиболее подходящую, по его мнению, практику?

- А здесь в дело вступает недавний инцидент. Вас должен был уведомить Сонитус, но я повторюсь - моё духовное тело дополнили параллельные каналы, чьё существование не предусматривает ни одна из заготовок, чем на деле и являются практики...

Определённая последовательность изучения техник и приручения демонических зверей. Проблемы, с которыми может столкнуться анимус. Сильные и слабые стороны. Всё это обобщала в себе практика, выступающая своеобразным гарантом того, что анимус, запечатав в себе уникального демона-зверя, не упрётся в потолок, обусловленный банальной несовместимостью с человеческим организмом. Да, далеко не все демонические звери в принципе могли стать инструментами анимуса, но ещё меньшее их количество - принести реальную пользу.

- … так что на данный момент ни я, ни учитель не можем точно сказать, что я могу и что мне делать. Но я уже… уже не обычный анимус, отец.

На долю мгновения Доршу, что неотрывно смотрел в глаза сына, показалось, что те вспыхнули, словно изумруды, но наваждение пропало так же неожиданно, как и появилось, а сам мужчина был слишком загружен, чтобы обратить на это внимание. Вместо этого он по-доброму улыбнулся и, привстав, наклонился над столом, щёлкнув и не подумавшего об уклонении Элина по носу. Он всегда так делал, когда хотел сказать что-то по-отечески мудрое.

- Звание анимуса ещё нужно заслужить, сынок. Ты же, несмотря на произошедшее, всё ещё его личинка. К слову… - Дорш подмигнул. - … ты хоть Алексии сказал, что тебя отпустили?

В ответ Элин лишь развёл руками, как бы спрашивая - когда бы успел, чем и на лице матери вызвал улыбку. Она до сего момента боялась, что пережитый ужас и свалившаяся на голову уникальность спровоцирует тот самый подростковый бунт, что должен был начаться давным давно, но - им повезло.

И Нойр даже не знали, насколько именно.

***

Солнце постепенно клонилось к горизонту, а Элин, недвижимой статуей застывший в центре небольшого полигона, медитировал. Сторонний наблюдатель, окажись он достаточно внимательным, мог бы заметить окружившее парня золотистое, с редкими зелёными вкраплениями свечение, то и дело вырывающееся из-под его кожи, но случайные прохожие такого увидеть не могли - у них были и свои дела, а специально за Элином никто не следил.

Вот уже пять часов он пытался разобраться с тем, во что его превратила случайная встреча с разумным демоническим зверем, обладающим особыми, ни на что не похожими способностями. Иными словами - эксперименты шли один за другим, постепенно повышая витающий в воздухе градус опасности. И сейчас Элин вплотную подобрался к моменту, когда требовалось или воспроизвести технику, прогнав аниму через чужеродное духовное тело, или на этом остановиться до лучших времён.

Но откладывать Элин не любил, так что решил прямо сейчас во всём убедиться. И начать нужно было с того, что точно не останется в непосредственной близости от анимуса, так как в том, что техника не развалится в процессе Элин уверен не был. А её дестабилизация, скажем, на поверхности кожи, с высоким шансом привела бы к взрыву или аналогичному эффекту с примесью той стихии, к которой техника относилась.

Тихо выдохнув, Элин поднялся на ноги, размял порядком затёкшие ноги и встал к мишени боком, вытянув в её сторону руку. Минимизировав таким образом вероятную площадь поражения своего тела, перерождённый начал формировать технику так медленно, как только это было возможно. Руны, из которых она складывалась и в которые тут же вливалась мерцающая потусторонним зелёным анима, поначалу казались столь же стабильными. как и обычно, но к середине пути привычная последовательность действий дала сбой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Созданные и напитанные в первую очередь руны задрожали, а спустя мгновение Элин уже бросил незаконченный конструкт и вышел из прежде невидимого, но сейчас зачавшего светиться золотом круга, надеясь, что анима, после преобразования переставшая напоминать человеческую, не вызовет взрыв в сотню раз более сильный, чем ожидалось, и простейшая барьерная техника справится с его подавлением.

С тихим шипением рунная цепочка окончательно развалилась на составляющие, а спустя секунду - взорвалась, скользнув по барьеру и покрытию полигона зелёным вихрем. Сравнимая по яркости со средних размеров огненным шаром вспышка точно так же не справилась с преодолением рукотворного препятствия, из-за чего её заметил лишь сам Элин - и то лишь из-за того, что смотрел прямо на лишившуюся стабильности технику.

- Хм. - Выждав несколько секунд, парень отключил барьер и подошёл к тому месту, где на свободу выплеснулась оказавшаяся очень неприятной для всего живого анима. От специально выращенной короткой травы осталась лишь гниль, в которую растительность сама по себе превратиться могла разве что в болоте. Бросив на землю наиболее эффективную из доступных диагностирующую технику, Элин дождался отклика, убедился в собственной безопасности - и только тогда сел на корточки, силясь понять, что именно вызвало такой эффект. Не чистая тьма, яд или кислота. Нечто среднее, вобравшее в себя немного первого, горсть второго и внушительный объём третьего. Обычно техника в первые секунды никак не могла навредить тому, кто её создал, но сейчас… - Что-то я в этом не уверен.

Требовалось намного больше техник, - преимущественно - диагностов, - сейчас недоступных из-за малого уровня силы. Элину, вздумай он продолжить, потребовалось бы применять их по полста раз на дню, но сейчас его резерв был способен лишь на одно, максимум, после отдыха, два повторения.

Одно анимус узнал наверняка: анима, струясь по каналу-дублёру, не отравляет соседнюю структуру или физическое тело, как это любили делать некоторые демонические звери при слиянии с анимусом. Эффект известный, но тем анимусам, что первыми узнали о столь любопытном нюансе, помочь уже ничем нельзя. Разве что цветы на могилу принести, да сказать спасибо этим бесстрашным людям от науки.

Отойдя чуть в сторону, Элин опустился на траву, приготовившись нырнуть в медитацию… но услышанные издали шаги, целенаправленно приближающиеся именно к нему, заставили парня открыть глаза и обратить внимание на гостя, которого он в своих мыслях едва не успел по-всякому обругать.

Нехорошо бы вышло, учитывая тот факт, что это Дорш решил проверить сына.

- Не отвлекаю?

- Я как раз собирался заканчивать, отец. - Элин поднялся на ноги и, поведя плечами, огляделся в поисках собственной одежды, по счастливой случайности оказавшейся буквально в двух шагах. Или не случайности, учитывая тот факт, что он её просто сбросил на землю, а сейчас всё было аккуратно сложено. Кто? Когда? И, главное, как?

- Сколько ты уже здесь?

- М-м-м… Не слишком долго, я полагаю. - Парень пожал плечами, не намереваясь прямо говорить о жестоком нарушении рекомендаций целителя.

- Ты пропустил ужин, Элин. Сколько?

Парень вздохнул:

- Пять часов. Я медитировал, а не практиковался, так что…

- Не в этом дело. - Мужчина прервал сына на полуслове, кивнув куда-то в сторону зданий клана, которыми пользоваться могли абсолютно все Нойры. - За тебя беспокоятся. Старик Орнс, да и те, с кем ты любил сидеть в библиотеке и мастерской… Когда, не считая этого дня, ты в последний раз был на полигоне?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Элин ностальгически улыбнулся:

- Давно. Я не любил практиковаться. Но теперь всё поменялось.

- Поменялось так сильно, что ты решил полностью очистить свой круг общения? Да, ты теперь иначе смотришь на мир, но всем тем, кого ты оставил позади нужно хотя бы об этом сказать. - Установилась пауза, во время которой Элин пытался вспомнить, с кем он вообще общался, просиживая штаны в библиотеке и мастерской клана, а Дорш высматривал в лице сына что-то, что было видно ему одному.