больничное крыло, ходят слухи, что очкастый нашёл Тайную комнату и победил чудовище Слизерина. Тогда же сообщили и про Джинни. Хоть МакГонагалл и объявила о том, что наследника Слизерина победил Поттер, в это никто не верит.
Не узнав никакой конкретики у Драко, я отправился после обеда к профессору Снейпу. Он рассказал, что чудовищем Слизерина был василиск, которого убил «мальчик-который-выжил после встречи с чудовищем 5х». Профессор сказал, что после этих событий появился Альбус Дамблдор и поведал всем душераздирающую историю о том, как рыцарь в обличии Поттера отправился спасать юную Джиневру Уизли, но не успел. В тяжёлом бою Поттер победил воплощение Темного лорда, который для воскрешения использовал мою сестру. Всем этим сказкам поверила только МакГонагалл. Флитвик и Снейп пытались узнать, что произошло в тайной комнате на самом деле, но директор побывал там раньше них и смел все магические следы.
— Профессор, — обратился я к Снейпу, — целители сказали, что у Джинни нарушена мозговая активность. Причиной этого могла послужить грубая легилименция.
После этих слов профессор Снейп поклялся жизнью и магией что не причинял вред Джинни и ему ничего не было известно, что она может пострадать. Я удивленно смотрел на Снейпа.
— Мистер Уизли, кроме меня и Дамблдора в школе легилиментов не было. Надеюсь наш разговор не выйдет из этих стен, — и получив мой утвердительный кивок, продолжил: — Я влез в сознания этих двоих идиотов, — после чего Снейп достал думосбор, который наполнил своими воспоминаниями, — посмотрите то, что я увидел в головах Поттера и Лонгботтома, потом обсудим.
Это было очень кстати. Я знал точно, что крестраж Волан-де-Морта, хранящийся в дневнике, уничтожен. Поэтому, просмотрев воспоминания, первым делом задал вопрос.
— Сэр, а почему Поттер в этих воспоминаниях выглядит как какой-то супергерой? От него чуть ли не свет исходил, когда он сражался. А какие чудеса акробатики он показывал… Я конечно всё понимаю, но я — мастер боевой магии, и то так не умею!
— Вас только это смутило? — спросил профессор. — А то, что он победил василиска мечом Грифиндора, которым, смею заметить, отбивал смертельные проклятия, а то, что его укусил василиск, и он до сих пор жив! Хорошо, — размышлял Снейп в слух, — я могу допустить тот факт, что он смог насадить на эту зубочистку тысячелетнего василиска, также, как и отбивал авады мечом, ведь дух не имел сил на мощные проклятия. Но укус василиска не исцеляется слезами феникса!
— Вы хотите сказать, что воспоминания ложные? — спросил я. После просмотра воспоминаний *зрением* я рассмотрел, что дух Волан-де-Морта это обычная иллюзия.
— Да, этот вывод напрашивается сам собой.
— А василиск, он мёртв? — спросил я. — Мне в сентябре снова возвращаться в школу, хотелось бы знать наверняка.
— Мертв, я видел его в тайной комнате, — и Снейп скривился перед произнесением следующих слов: — Мордредов Дамблдор, знал бы, что он пустится в бега, не отдавал бы сразу все полученные из змеи ингредиенты, — и схватившись за голову застонал, — сколько можно было провести исследований, а какие зелья я мог приготовить! Уизли, ты даже представить себе не можешь!
— Соболезную Вашей утрате, — сказал я, пряча улыбку, увидев которую, Снейп одарил меня страшным взглядом.
— Мистер Уизли, я по Вашему совету занимался с вашими братьями, углублённым зельеварением, — издалека начал профессор, — и знаете, что они мне рассказали? — видя недоумение на моём лице, продолжил: — Что Вы создали планетарий с точным нахождением звёзд и планет и продали его гоблинам. Вы хоть понимаете, что натворили? Да зельевары Вас на руках бы носили, установи Вы им планетарии в их мастерские! — и, махнув в мою сторону рукой, отвернулся от меня.
У меня возникла чудесная идея, которую я озвучил профессору.
— Сэр, а почему бы Вам не позаниматься дополнительно с Фредом и Джорджем на этих каникулах? Мастерская по зельеварению у нас есть. Планетарий в ней установлю за несколько дней. В договоре прописано, что я могу в личных целях устанавливать его в своих мастерских. А в свободное время Вы сможете заниматься своими исследованиями.
— Уизли, ну какая у вас может быть мастерская? — с огорчением в голосе сказал Снейп. — Вы извините мою грубость, но я был в вашей Норе, которая, смею напомнить, сгорела. И даже так нормальная мастерская там не поместилась бы.
— Хм, профессор, Вы кое-что упускаете из вида. Род Уизли возродился, и мы расконсервировали свой мэнор. Поэтому, я думаю, смогу удивить Вас. Но братьев Вы возьмете в полные ученики.
— Мистер Уизли, Вы хотите мне навязать полный ученический контракт только за то, чтобы я использовал Ваш планетарий при изготовлении зелий? Не кажется ли Вам, что Вы сильно занижаете мой уровень зельевара?
В итоге мы договорились встретиться летом и, после того как он осмотрит рабочее место, примет решение. Уж я придумаю, что ему предложить, чтобы он взялся за обучение моих братьев.
Со следующего дня начались экзамены. Труднее всего мне пришлось на трансфигурации, где профессор МакГонагалл требовала от меня показать чары, которые изучали на пятом курсе. Из её кабинета я вышел в расстроенных чувствах. Не думаю, что получу по её предмету оценку выше «удовлетворительно». С другой стороны, за оценками я не гнался. Это в школе Трехлесье мне было что терять. В Хогвартсе главное сдать СОВ на высокие оценки.
По пути в библиотеку я повстречал золотое трио, которое не смогло пройти мимо меня, не проронив ни слова.
— Уизли, ты добился своего, из-за тебя твоя сестра всё равно что мертва. Единственный, кто мог ей помочь, в розыске. И что теперь ты будешь делать? — сказал Лонгботтом.
Тот тон, которым он говорил, очень мне не понравился, и вообще он что решил, что я не отвечу ему? Мысль, как ударить его побольнее, чтобы у него навсегда отпало желание упоминать про мою сестру, пришла быстро. Но Грейнджер не дала мне сказать даже слова.
— Рональд Уизли, ты обязан признать долг жизни перед Невиллом и Гарри, твоя сестра осталась жива только благодаря их стараниям. Что ты молчишь? — спросила она, выводя меня из ступора.
Я направил палочку на Поттера и Лонгботтома и поочередно произнес.
— Оfficium vitae, — с помощью этого заклинания я убедился, что долга жизни у моего рода перед ними нет.
— Я вам ничего недолжен, — сказал я им, и собирался уйти, как меня догнал Поттер.
— Ты думаешь, раз ты спас моего деда из Азкабана, то я теперь тебе что-то должен?
— Поттер, ты меня достал! Я тебе хоть слово сказал о долге? С твоим дедом мы решим вопросы как взрослые маги,
