Но Ведерников его уже не слышал. Он разговаривал с полковником Кравченко.
После разговора с милиционером из Залесска полковник выкурил не одну сигарету. Ничто не указывало на то, что преступления связаны, более того, залесские коллеги имели в подозреваемых какого-то мальчишку, который не мог быть связан с Поленовым. И все же выработанное за многие годы шестое чувство подсказывало Алексею Степановичу: все надо проверить. Он вздохнул и решил послать в Залесск Ларису. В разборе дел на любовной почве или копании в детской и юношеской психологии ей не было равных.
* * *
Кулакова быстро вошла в курс дела. Сидя с Ведерниковым и Ряшенцевым на веранде просторного дома Степана Игнатьевича в Озерном и попивая чай с малиновым вареньем, она мысленно сопоставляла факты, а оперативники жадно ждали ее вердикта. Наконец Юрий прервал затянувшееся молчание:
— Говорил я тебе: зря дамочку побеспокоили, — повернулся он к Ведерникову. — Теперь и ей, бедной, приходится связывать два никак не связанных дела.
Лариса очнулась и, посмотрев на мужчин, предложила:
— Давайте пойдем по пунктам, стараясь ничего не упустить. Может быть, факты сами покажут, стоит ли искать связь.
Коллеги согласно кивнули.
— Итак, — начала девушка. — В Озерном убита семья из трех человек. Есть подозреваемый, некто Кошелев, потерявший сестру в лесу и отказавшийся общаться с ее бывшим женихом, хотя до этого они были друзьями. Я считаю, первая собака зарыта здесь. Почему после гибели девушки парни перестали общаться? Кстати, это было для них нелегко. Как вы считаете?
— Мы уже думали об этом, — подал голос Юрий. — В лесу произошло что-то такое, о чем никто не знает.
— Вот именно, — подхватила Лариса. — Если девушка умерла случайно, как убедили народ оба юноши, им нечего делить. Хотя, возможно, кто-то из них мог помочь ей, но из-за трусости не сделал этого. Такой факт может объяснить их ссору, однако не делает Кошелева убийцей. Правда, может, он таковым и не является, это пока наши с вами предположения. Идем дальше. Позволю себе предположить, что смерть Татьяны не случайна, ее убийцей является либо Рафик, либо родной брат. Это объясняет, почему друзья больше не общаются, и может объяснить гибель семьи Бобровых.
— Первый вопрос, — Николай, как школьник, поднял руку. — Почему после происшествия в лесу никто из парней не отправился в милицию? Для одного погибшая — невеста, для другого — сестра.
— Для меня это тоже пока загадка, — наморщила лоб Лариса, — как и те три года, которые выжидал преступник, чтобы нанести смертельный удар. — Она вздохнула. — Мало я вам помогла. Единственное, что мы можем сделать, так это узнать, одним ли убийцей были сражены Поленов и Бобровы. Вы не делали слепков ран? А то бы мы узнали даже об орудии преступления.
— Не успели. — Ведерников отвел глаза. — Занимались поисками Никиты.
— Ничего страшного. — Лариса потянулась к телефонной трубке. — Нужно, чтобы трупы забрали в Приреченск и провели необходимые экспертизы. Возможно, вопросы отпадут сами собой.
Глава 22
Экспертиза показала, что все жертвы были убиты одним человеком. Станислав Михайлович обратил внимание на особенность удара: убийца бил в одно и то же место с небольшим наклоном, но точно поражая сердце. Оружие также не менялось. Усилились поиски Никиты Кошелева, а следователи зачесали затылки, каким боком связан с ним Поленов.
— Рафик и Никита вполне могли встретиться в Приреченске, — говорил Мамонтов. — Сидели в кафе и бросали друг другу обвинения. Поленов мог это услышать и пообещать сообщить в милицию.
— Если вы имеете в виду «Теремок», то находившийся там Григорий Васильевич никого не видел и не слышал, — отозвалась Лариса.
— А если это было не в «Теремке»? — спросил Киселев.
— Тоже не очень вяжется, — отозвался Скворцов. — Угрожая убийцам неизвестной ему девушки, наш поборник за правду садится потом в их машину, где его и убивают.
— Он мог не сказать им ни слова, — не унимался Павел. — Это они испугались: вдруг он что-то слышал.
— Притянуто за уши! — не выдержала Лариса.
— У тебя есть версия получше? — поинтересовался Константин.
— Я хочу съездить в Озерное, — ответила Кулакова. — Вдруг искомое лежит на поверхности, только не в Приреченске, а в родном доме Рафика Боброва или Никиты Кошелева.
Глава 23
Участковый Степан Игнатьевич встретил женщину приветливо. Когда она объяснила ему цель своего приезда, он деликатно осведомился:
— Знаете, что будете искать?
— Нет, — честно призналась Лариса.
— Значит, долгонько здесь пробудете.
— Может, и не так уж, — произнесла девушка. — Знаете, что меня сюда пригнало? Характеристика Рафика, данная вами и всеми, кто его знал. Он ведь был натурой впечатлительной и поэтичной, ведь так?
— Совершенно верно, — отозвался участковый. — В школе даже стихи писал для самодеятельности. И Татьяна говорила про его увлечение, хвасталась: мол, сколько уж ей стихов посвятил!
— Знаете, что я подумала? — повернулась к нему Лариса. — Впечатлительные, творческие люди обязательно ведут записи. Им держать все в себе труднее, чем нетворческим людям, и они выплескиваются в прозе, стихах, на холсте бумаги или в музыке. Я подумала: а вдруг тайна гибели Татьяны Кошелевой и ссоры с Никитой тоже отражена в стихах или прозе? Ничто не мешает думать, что Бобров-младший вел дневник.
— Интересная мысль, — согласился Степан Игнатьевич. — Короче, ищем тетрадку со стихами или прозой. Уж не за ней ли наведался убийца?
— Вполне может быть, если Рафик ему сказал, — кивнула головой Кулакова.
Участковый отпер калитку, и они вошли на ухоженный участок Бобровых, прошли в уютный дом. Здесь пока еще ничто не говорило о недавней трагедии, кроме силуэтов, очерченных мелом на полу.
— Я помогу вам, — вызвался Степан Игнатьевич. — Вы ищите в комнате Рафика, а я буду орудовать в гостиной.
Ларису удивил порядок в доме. Вещи стояли на своих местах, и она засомневалась, что убийца знал про тетрадь. Скорее всего, нет, однако ей это было неважно. Важно найти, и дай бог, чтобы там оказался ключ к разгадке тайны.
Ко всеобщему удивлению, тетрадь искали недолго. Хозяин, вероятно, часто брал ее в руки, и она лежала у него на столе, ничем не прикрытая. Кулакова взяла ее, чувствуя, как замерло дыхание. Возможно, сейчас она проникнет в чужую тайну, а возможно, существует еще какое-нибудь хранилище мыслей Рафика.
— Степан Игнатьевич! — позвала она участкового. — Кажется, наши поиски можно прекратить.
Тот влетел как на крыльях.
— Нашли? — от волнения мужчина едва переводил дыхание. — Читайте.
Лариса раскрыла тетрадь.
«Повесть о любви», — прочитала она название рукописи.
«Сегодня я встретил девушку моей мечты. Произошло это при самых прозаических обстоятельствах: она переехала с родителями в Озерное и пришла учиться в наш класс. Наверное, для многих мое утверждение покажется странным. Я ученик десятого класса, у меня все впереди, я честолюбив и романтичен. А что представляет из себя она? Внешне это красавица с роскошными каштановыми волосами. Наверное, такие были у русалок, заманивавших одиноких путников в глубину озер. Огромные синие глаза, тонкие черты лица. Возможно, богатый внутренний мир. Мне понравилось, как она давала оценку Ларисе Огудаловой из «Бесприданницы». Наверное, я влюбился. Пока ничего не скажу родителям, особенно маме. Она такая правильная, а у Тани (так зовут мою любовь) родители — алкоголики. Для меня это малозначительный факт. А вот как отнесутся к этому они? Поживем — увидим. Если моя избранница достойна меня, никакие преграды нас не остановят. Сегодня пригласил ее в кино. Такая ничего не значащая встреча. Может быть, завтра мы расстанемся».
Следующие страницы дневника говорили: Рафик не только не расстался с Татьяной, но влюблялся в нее больше и больше.
«Моему удивлению нет предела, — писал мальчик. — Фактически Таня (да простит меня она, если когда-нибудь прочитает эти строки) выросла на помойке. Да, образ жизни ее родителей — настоящая помойка. Я никогда не видел, чтобы в таком месте росли орхидеи. Моя Танечка — самая настоящая орхидея на куче мусора. Вчерашняя встреча показала: она не только красавица, но и умница. Мне с ней интересно. Мы обсудили множество фильмов и книг. Интересно, кто приобщил ее к чтению? Она говорит: ее первая учительница. Честь и хвала таким учителям».
