Руки леденеют, а во рту пересыхает.
Так и не разогнувшись, я юркаю под массивный письменный стол Монстра.
Прижимая к себе сумочку, ругая себя последними словами за то, что снова поддалась чувствам и забыла про время! Ну нельзя же так! Месть — это блюдо, которое подают холодным! А у меня получилось жаркое, которое только из духовки вынули…
Сердце бешено бьётся в висках, и сперва я не могу различать звуки. Стараюсь не дышать! Быть может, меня на заметят?!
— КАКОГО ХРЕНА ТУТ ПРОИСХОДИТ?! — перепонки режет от дикого рёва Монстра.
Я застываю на месте, руки и ноги словно задеревенели…
В гробовой тишине раздаются шаги… Они приближаются к столу, под которым я прячусь!
Один. Два. Три…
Ещё немного, и меня увидят!
Глава 13
Аня
Сердце бешено бухает в груди. Сжимаюсь под столом, молясь, чтобы меня не заметили…
Мерные шаги отдаются в ушах ударами сердца… Опускаю глаза вниз и вижу… начищенные ботинки одного из Монстров!
Все внутренности сжимаются от паники. Господи, хоть бы он не опустил взгляд вниз!
— Дмитрий Александрович, это просто неприемлемо! — слышу голос незнакомого человека.
В сердце тлеет последний уголёк надежды на то, что этот незнакомец сможет перетянуть внимание Монстров на себя!
— Придётся перенести встречу. Приеду в другой раз!
— Валентин Георгиевич! Подождите! — начищенные туфли снова удаляются от стола, и я нервно выдыхаю. Быть может, ещё не всё потеряно? — Давайте пройдём в конференц-зал, и обсудим всё там? — голос Дмитрия становится обворожительно предупредительным.
Сжимаю пальцы крестиком. Пожалуйста, Валентин Георгиевич, соглашайтесь!
— Вы опоздали, Дмитрий, — пожилой, судя по голосу, мужчина, говорит строго. — Сейчас у меня уже нет времени, — вздыхает. — Очень жаль. При вашем отце подобного беспредела не было!
После этого громко хлопает дверь, и я слышу негромкий голос Леры:
— Я его догоню!
Дверь снова открывается и закрывается.
Закусываю губы, молясь, чтобы Монстры последовали за этим, судя по всему, важным клиентом.
Однако вместо этого в пронзительной тишине слышится звенящий яростью голос Димы:
— Вылезай!
Меня парализует от ужаса. Стараюсь справиться с дико колотящимся сердцем и встать, но конечности словно не слушаются…
— В этот раз ты зашла слишком далеко, Лапуля! — вторит брату Тимур.
Стремительные шаги по направлению к столу, и уже через несколько секунд передо мной видны штанины их брюк.
Зажмуриваюсь на секунду, отчаянно надеясь, что всё это мне привиделось, но… тут мои плечи сдавливают четыре сильных руки, и тут же вытаскивают меня наружу.
Глаза Монстров блестят от ярости.
Тело начинает непроизвольно дрожать.
Их побелевшие от гнева губы сложены в тонкие полосы, а на скулах играют желваки.
Собираю в кулак всю оставшуюся смелость и отвечаю им вызывающим взглядом.
— Это вам за мои вещи! — заявляю дрожащим голосом. — Вы сами виноваты!
Глаза Монстров сужаются ещё сильнее.
— Если ты думаешь, что можешь творить такое безнаказанно, то ты очень сильно заблуждаешься, Лапуля! — рычит Дмитрий, продолжая яростно сжимать мои плечи.
Глядя на их напряжённые мощные тела меня пронзает какой-то дикий, первобытный страх…
— Это… это была шутка! — теряя всякое самообладание, лепечу в ответ. — Вы же тоже подшутили надо мной, вот и я…
— Такое поведение напрямую влияет на доход компании! — зло цедит Тимур. — Мы не позволим тебе разрушать наследие отца!
По очереди заглядываю каждому из них в глаза и не нахожу там ни единого шанса на мирное разрешение ситуации… Чёрт возьми! И зачем я всё это устроила? Мало мне было неприятностей…
— Раздевайся! — Дмитрий грубо хватает мою юбку и резко дёргает подол вверх, обнажая меня в одно движение. — Сейчас мы научим тебя, как следует принимать подарки!
В следующий момент Тимур отходит в сторону, поднимая с пола кружевные трусики и одно из купленных Димой платьев.
— Давай же, Лапушка, снимай эти обноски, — он снова приближается, подходя ко мне вплотную. — Или ты предпочитаешь, чтобы мы тебе помогли?
Мои глаза расширяются, а по телу проходит острый озноб, когда его палец ловко поддевает резинку моих трусиков и быстро тянет их вниз…
Глава 14
Тимур
— С ума сошёл? — дрожащая ладошка перехватывает моё запястье. — Я не буду раздеваться!
Лапушка вышла на тропу войны. Глаза пылают, губы дрожат.
Ухмыляюсь. Несмотря на гнев, что ещё тлеет в груди, она вызывает и иные чувства. Желание укротить, подчинить и присвоить. Есть в ней что-то такое… настоящее, что ли? Все эти эмоции. Такие острые, неподдельные. Интересно увидеть, как она кончает. Уверен также страстно, как сейчас ругает нас на чём свет стоит.
— Мерзавцы! Негодяи! Монстры! — слетает с милых губок, и мой брат, словно читая мысли, размашисто шагает к двери, поворачивая замок.
Её ладошка мне не помеха, и я продолжаю играть с резинкой трусиков, стягивая их всё ниже по округлому бедру.
Кожа у Лапули бархатная. И от каждого моего прикосновения всё сильнее покрывается мурашками.
Перемещаю пальцы между плотно сведённых бёдер. Ну привет, киска! Заждалась?
— Ты что делаешь?! — испуганно вздрагивает Лапушка, сжимая бёдра плотнее. — Руку убрал!
Она тут же размахивается, чтобы зарядить мне пощёчину, но… Дима уже тут как тут. Перехватывает настырную ладошку в полёте и дёргает её вниз, припечатывая к столу.
Брат взбешён куда больше моего. Оно и понятно, это же не мои подарки Лапушка разбросала по кабинету. Диману бы расслабиться, а то он на такие вещи слишком остро реагирует.
— Ты… — цедит брат сквозь зубы, гневно глядя Лапушке в глаза.
Его даже потрясывает от ярости. Никогда Димана таким не видел! Обычно он само самообладание, но сейчас… Да, Лапуля, ты его изрядно завела!
Дотрагиваюсь до нижних губок. Просто шёлк! Такое всё нежное и гладкое… Глаза затуманиваются. Меня тоже торкает, и внутри просыпается что-то
