Фигура за стеклом пошевелилась.
– Золотце, разве так вламываются?! Если бы я захотел, давно оказался бы у тебя, в тепле и добре.
– А, так ты оказываешь мне услугу тем, что не врываешься в мою спальню? – Кора просто вскипела от негодования. Правда, осело оно так же быстро, как взметнулось, потому что не та сейчас сложилась ситуация, чтобы можно было позволить себе поддаться всплеску эмоций.
– Понимай как знаешь, – устало ответил Джоэл. – Так почему ты не хочешь звонить шерифу с моего сотового телефона?
– Потому что для этого мне пришлось бы взять его у тебя, – гораздо сдержаннее, чем минуту назад, произнесла Кора.
– Конечно, пришлось бы, не станешь ведь ты беседовать по телефону через оконное стекло… Постой, ты все о том же, что ли?
– Разумеется, о том. Не открою дверь – и точка!
– Ну и упрямая ты, – вздохнул Джоэл. – Или… гм, как это я не догадался…
Кора насторожилась.
– О чем?
– Что ты просто трусиха! – хохотнул Джоэл.
Как ни странно, в эту минуту в мозгу Коры промелькнула мысль, что у него приятный голос. И что при иных обстоятельствах, услышав эти бархатистые нотки, она непременно обратила бы внимание на человека, чьи голосовые связки способны издавать такие притягательные звуки.
Ох, уже растаяла! – пробился сквозь ее размышления внутренний голос. Как легко тебя купить! Скажи спасибо, что этот парень, скорее всего, не грабитель и не убийца, а в самом деле тот, кем назвался, иначе с твоей чувствительностью тебе пришлось бы худо. Если бы Джоэл оказался мерзавцем, ты сейчас валялась бы на полу без сознания и хорошо, если при этом в тебе еще теплилась бы жизнь…
Кора похолодела. Действительно, не слишком ли она расслабилась за время странного ночного разговора? И не пора ли прекратить это глупое препирательство?
– Пусть трусиха, если тебе нравится так думать, а мне все равно, – решительно произнесла она. – К себе я тебя не пущу, даже не надейся, а на ночлег устраивайся как хочешь. Если не желаешь укладываться в своей лодке, дело твое. Но с балкона моего убирайся. Нечего там маячить, ты мешаешь мне спать!
Некоторое время Джоэл молчал, словно раздумывая над тем, что делать дальше, затем снова вздохнул.
– Вижу, спорить с тобой бессмысленно, а спать мне где-то надо. Только не в лодке! – быстро добавил он. – Если не возражаешь, я устроюсь на крыше… сарая или как там его назвать… Ведь эта пристройка сарай?
То, что подразумевал Джоэл, было техническим помещением, смежным с большим хлевом, на втором этаже которого находились сейчас животные. И у этого технического помещения незатопленной оставалась только плоская крыша. А лодка, прежде хранившаяся внутри, сейчас покачивалась на волнах, привязанная к деревяшке, собственноручно приколоченной Корой к одной из досок кровли.
Минутку подумав, Кора решила согласиться. Все равно Джоэл никуда не уедет. Если же разрешить ему устроиться на крыше сарая, он хотя бы перестанет проситься в спальню. А утром будет видно, что делать дальше.
– Хорошо, располагайся на крыше сарая…
– Благодарю, – насмешливо произнес Джоэл. – Почему-то я был уверен, что рано или поздно в тебе проснется совесть.
– …но только до рассвета! – уточнила Кора, пропустив колкость мимо ушей.
– Что значит – до рассвета? Не забывай, мне предстоит написать о тебе статью. Как же я это сделаю, не поговорив с тобой?
Статья…
Конечно, она не помешала бы в деле сбора средств для фонда защиты животных. Основывая его, Кора специально заказывала статьи рекламного характера газетам и журналам, выкладывая за это немалые суммы. А тут то же самое предлагается бесплатно.
В конце концов, здоровый практицизм заставил Кору произнести:
– Ладно, утром вернемся к этому разговору. А теперь оставь меня в покое, я спать хочу!
– Все-все, ухожу, – проворчал Джоэл.
Дальше Кора увидела, как темный силуэт в дождевике перекинул через балконную ограду сначала одну ногу, потом вторую, вероятно перелезая в лодку. Затем сквозь шелест мелкого бесконечного дождика донесся всплеск весла и мужская фигура уплыла во мрак.
Наконец-то Кора смогла расслабиться. Но, даже откинувшись на подушку, она продолжала прислушиваться к доносящимся извне звукам.
8
Лодка двинулась направо, огибая хлев и перемещаясь к сараю. Вернее, к его плоской крыше, на которой вполне можно было расположиться на ночь. Несколько раз лодка стукнулась бортом о стену хлева, словно специально для Коры обозначая направление своего движения. Потом донесся еще один стук, более отдаленный, означавший, что Джоэл причалил к крыше – скорее всего, в том месте, где Кора прибила колышек, потому что больше не к чему было привязать лодку.
Наконец зазвучали негромкие шаги по крыше. Это означало, что Джоэл устраивает себе ночлег.
Кора облегченно вздохнула. Кажется, действительно можно успокоиться и вздремнуть.
До рассвета еще часа три, успею выспаться, подумала она, поворачиваясь на бок и устраиваясь удобнее.
На крыше сарая некоторое время еще происходила возня, затем все стихло. По-видимому, Джоэл тоже улегся.
Кора закрыла глаза, но через мгновение распахнула ресницы вновь и испуганно замерла: что-то мягко плюхнулось на постель, у ног, потом двинулось вперед.
Нечто подобное приснилось однажды Коре в ночном кошмаре. Тогда она подхватила простуду, лежала в постели с высокой температурой, периодически впадая в забытье. Во время одного такого провала ей пригрезилось, что к ней медленно крадется кто-то маленький, легкий, но очень страшный. Самым ужасным было то, что Кора не могла даже посмотреть на приближающееся существо, потому что ее веки вдруг странным образом отяжелели, как это может быть только во сне.
Жуть того сновидения вспомнилась ей сейчас, когда кто-то невидимый в кромешной тьме двигался к ней по постели.
Кора уже готова была закричать, и тут страшное существо… мяукнуло.
– Мьюз! – с нервным смешком воскликнула Кора. – Ах ты, негодница, как же меня напугала!
Ну и ночка сегодня выдалась, подумалось ей, пока она гладила урчавшую кошку, о присутствии которой совсем забыла за время беседы с Джоэлом. Не думала я, оставаясь здесь, на Риверсайд-фарм, что будет так страшно. Хотя до нынешней ночи меня ничто не пугало.
Вскоре Мьюз уютно устроилась под боком Коры, и та, согретая ее теплом, задремала. Но и сейчас, в полусне, ее мысли крутились вокруг Джоэла. Что он делает в эту минуту? Неужели завернулся в плащ, растянулся на крыше и уснул? Судя по тишине, нарушаемой лишь шорохом монотонно моросившего дождика, так оно и есть.
А что вполне резонно, в полусне размышляла Кора. Утомился человек, почему бы ему не отдохнуть? Тем более что у него, кажется, что-то случилось по дороге, какая-то неприятность, из-за которой он и задержался, приплыл сюда ночью. Как вообще сориентировался в темноте?! Наверное, кто-то из деревенских оставляет на ночь зажженной керосиновую лампу. Джоэл заметил в темноте огонек и понял, что добрался до Хэтсвилла. А оттуда до моей фермы рукой подать. И почему я решила, что этот парень питает преступные намерения? Никакой он не насильник, не грабитель и не убийца. На мародера тоже не похож.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
