– Отчасти да, – спокойно согласился Фостий. И, не давая Криспу излить свою ярость, продолжил:
– Но это не главное. Ифантию нужна жена и нужен наследник. А Зоранне пора замуж; девушка в четырнадцать уже почти женщина, тогда как мужчина в четырнадцать всего лишь мальчишка.
– Я не мальчишка! – рявкнул Крисп.
– Да? Разве мужчина злится, когда его дразнят? Ты вел себя, как Коста, когда я говорю ей, чтобы больше не буду таскать ее на плечах. Я прав или нет? Подумай, прежде чем отвечать.
Эта последняя фраза удержало Криспа от гневной вспышки. Он действительно подумал ; по трезвом – или почти трезвом размышлении он и впрямь решил, что вел себя по-дурацки.
– Думаю, что прав, папа, но…
– Никаких «но»! Найти девчонку, которая тебе не отказывает, просто замечательно; Фос свидетель, я не стану этого отрицать.
Помнится, я сам… – Отец умолк и смущенно рассмеялся. – Ладно, замнем. Но если она соглашается переспать с тобой, это не значит, что ты захочешь прожить с ней всю жизнь. Узнать одну девушку еще недостаточно, чтобы принять такое решение. Как тебе кажется?
Крисп вспомнил о своих собственных вчерашних размышлениях по поводу Цикала и, сам того не желая, непроизвольно кивнул:
– Наверное.
– Вот и ладно. – Отец положил ему руку на плечо, как делал, когда Крисп был маленьким. – Главное, не забывай: как бы плохо тебе ни было сегодня, это же не навсегда. Время – лучший лекарь. Тебе просто нужно набраться терпения, и все пройдет.
Крисп задумался. Похоже, отец опять был прав. И все-таки…
– Легче давать советы, чем следовать им, – сказал он.
– Да ну? – снова смущенно рассмеялся Фостий. – А то я не знаю!
– Пап, а какая она была? – рискнул поинтересоваться Крисп.
– Она?
– Та, о ком ты говорил – ну, только что, пару минут назад.
– А-а! – Фостий отошел от дома подальше, оглянулся и сказал, понизив голос:
– Ее звали Сабеллия. Твоя мама о ней знает. Не думаю, чтобы Таце возражала против того, что я говорю о Сабеллии, но, с другой стороны, ни одной женщине не нравится, когда мужчина вспоминает о том, что было до нее. И я ее не виню; я рад, что она не выплескивает на меня былые обиды. А Сабеллия… Мне, пожалуй, было столько же лет, как и тебе сейчас, когда я встретился с ней…
* * *
Крисп потер подбородок. Волоски зашуршали под пальцами – не тот жалкий пух, что пробился на лице одновременно с ломкой голоса, а почти настоящая мужская бородка. «Давно пора», – подумал Крисп.
Парочка его сверстников уже обзавелась пышной растительностью, но Крисп надеялся вскорости их догнать.
Он снова потер подбородок. Бородка, даже жиденькая, была полезным подспорьем при раздумьях. В прошлый раз в лесу, недалеко отсюда, Крисп углядел на вязе сук, почти идеально изогнутый для рукояти плуга. Не будь он тогда с девушкой, Крисп обратил бы на него более пристальное внимание.
Он заметил развесистый дуб, показавшийся с первого взгляда знакомым, по крайней мере издали. Но Крисп не помнил, чтобы рядом росло ореховое дерево. Вздохнув, Крисп пошел дальше. Он явно углубился в чащу слишком далеко, но возвращаться ему не хотелось. Это было бы равносильно признанию поражения.
До него донесся отдаленный шум. Крисп нахмурился. Мало кто из сельчан забредал так далеко на восток. Правда, однажды он сам затащил сюда Ликинию, чтобы никто не смог помешать им побыть вдвоем. Возможно, это крестьяне из соседней деревни рубят деревья – но зачем им тащить дрова из такой-то дали?
К тому же шум не походил на рубку леса. Не было слышно ни ударов топора, ни падения стволов или шелеста веток. Крисп пошел на источник звука – и услыхал тихое конское ржание. Это вконец озадачило его. Конечно, для перевозки дров нужны ломовые лошади, однако дровами тут и не пахнет.
Что же тогда? Крисп нахмурился еще больше: неужто разбойники?
Ему казалось, что соседняя дорога не была достаточно оживленной, чтобы привлечь к себе грабителей, но он мог и ошибаться. Крисп продолжал идти на шум, хотя значительно осторожнее. Он просто хотел убедиться, правда ли там разбойники, а потом, если да, вернуться в деревню и привести как можно больше вооруженных мужчин.
К последнем кусту, заслонявшему неизвестных, кем бы они ни были, Крисп подполз по-пластунски. Медленно, очень медленно поднял голову – пока не нашел просвет в ветвях, чьи тени скрывали его лицо.
– Фос! – Губы сами беззвучно произнесли это слово. Люди, отдыхавшие на обочине дороги, не были разбойниками. Это были кубраты.
Губы Криспа беззвучно зашевелились снова: двенадцать кубратов, тринадцать, четырнадцать. В деревне еще не слыхали о вторжении, но это ничего не означало. О том давнем набеге сельчане узнали тоже только тогда, когда услыхали гортанные крики из тьмы.
Криспа забила дрожь; неожиданно, вспомнив ужас той ночи, он вновь почувствовал себя ребенком.
Воспоминание о пережитом страхе помогло ему понять и то, почему кубраты расселись тут на отдых, вместо того чтобы ворваться в деревню. Они нападут ночью, как и прежняя банда. Внезапность нападения, да еще под покровом темноты, когда кочевников будет казаться втрое больше, чем на самом деле, гарантируют им полный успех.
Еще осторожнее, чем прежде, отползая от кустов, Крисп оценил длину теней вокруг. Чуть больше полудня. В общем-то, кубраты те же разбойники, так что можно привести в исполнение задуманный план. В конце концов, ветераны, которых поселили в деревне, обучали сельчан обходиться с оружием как раз ради такого случая.
Вскоре Крисп оказался далеко от банды и мог не опасаться преследования. Он торопился в деревню, стараясь идти как можно быстрее и бесшумнее. У него мелькнула мысль выйти на дорогу и припустить со всех ног. Так было бы быстрее – если только кубраты не поставили где-нибудь на дороге часовых, чтобы никто не смог предупредить крестьян. Крисп решил не рисковать. Лучше идти лесом.
Через полтора часа он выдрался из чащи, весь исцарапанный, в разодранной рубахе. Из горла вместо крика вырвался глухой хрип.
Крисп подбежал к колодцу, вытащил ведро, напился.
– Кубраты! – крикнул он что было мочи.
Сельчане, бывшие поблизости, повернули головы и уставились на него. Среди них оказался Идалк.
– Сколько их, малыш? – рявкнул он. – И где?
– Я насчитал четырнадцать, – ответил Крисп. – У обочины дороги… – И он, задыхаясь, рассказал обо всем.
– Всего четырнадцать, говоришь? – В глазах Идалка зажегся злой огонек. – Если их и вправду не больше, мы их сделаем!
– Я тоже так подумал, – сказал Крисп. – Собери людей с оружием.
А я побегу на поля и приведу остальных.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
