пробивались сквозь тонкую серую плёнку, затянувшую небо. Дома сплошняком притёрлись друг к другу. Кривые бетонные коробки разных размеров. Как прыщи, из коробок лезли такие же кривые пристройки. Сбоку, сверху, мелкие и большие. Некоторые высотки облезли красной или жёлтой краской, что выглядело ещё печальнее одинаковых тёмно-серых фасадов. Из дома напротив торчали металлические штыри. Какие-то дома достроили лишь наполовину, оставив верхние этажи брошенными стройками.
Ник хромал из комнаты на кухню и обратно. В животе бурлили сэндвичи, через силу запиханные в глотку и залитые ледяной минералкой. Глаза постоянно закрывались. Натянув джинсы и футболку, Ник увидел среди вещей маленький смартфон «эснет».
Аппарат не включался. Ник повертел смартфон в руках. Осмотрев все разъёмы, он открыл ящик тумбочки. Порывшись в блоках и проводах, Ник не нашёл ничего похожего на нужную зарядку.
Весь вечер прокрутился в голове. Странная погоня, перепалка в баре, чувак с синим ирокезом, собеседование. Всё как странный пьяный сон. Как выглядела та девушка, Ник вспомнить не мог. Ни фигуры, ни лица, ни голоса. Руки вновь ощутили холодное шершавое тело крипла. Ника передёрнуло.
Он натянул кеды, накинул куртку и, приложив айси к считывателю у двери, вышел из квартиры.
Длинный коридор отделял квартиры от общего балкона. Тусклое солнце с трудом пробивало полупрозрачную стену.
Ник доплёлся до лифта. Пролетев пять этажей вниз, снова приложил айси к считывателю и вышел из дома. Раздался пронзительный скрежет.
В Ника воткнулось тело среднего роста и сбило с ног. В стену влетел скейтборд и медленно откатился обратно. Позвоночник Ника молил о пощаде. Скейтер встал, отряхнулся и попытался поднять Ника.
— Чёрт, Ник! Почему ты не можешь быть помягче?
Ник поднял глаза.
— По той же причине, Сет, — ответил он. — По которой ты не можешь смотреть по сторонам.
— Ты как моя бабуля говоришь.
— Как бабуля? — Ник медленно встал и со стонами попытался размять спину. — Когда штука, на которой ты ездишь, была в моде, моим родителям было по десять.
Сет встал на доску.
— Видок у тебя потрёпанный, — произнёс он.
— Скажем, вечер был не из лёгких.
— Я понял, — Сет улыбнулся. — Когда на «парковке» появишься? Давно тебя не видно.
— Скоро. Если меня не убьёт какой-нибудь слепой школьник на мотороллере.
— Это уже от тебя зависит, — Сет аккуратно спрыгнул с тротуара. — Ладно, увидимся.
Ник дошёл до остановки трэплера. Здесь — человек пятнадцать. Парень в строгом костюме и с гарнитурой в ухе с кем-то ругался. Группа девушек чуть в стороне что-то бурно обсуждали и смеялись. Женщина с коляской, женщина с ребёнком за ручку. И много парней вроде Ника, по двадцать-двадцать пять лет на вид, в обычной одежде, с рюкзаками, рассредоточены по одному. Руки в карманах или сложены на груди, провода от наушников сползают под одежду, на лицах — желание проснуться вперемешку с желанием не просыпаться. Ник закурил. Боль в спине отходила.
Десять минут, и трэплер подъехал к остановке. Половина народа набилась внутрь. Считыватель на входе пищал от каждого айси. Ник заполз последним.
Кое-как, он расправил наушники и сунул в уши. На дисплее: «Эван Белсон — Переобулся». Трэплер скользил по просторной дороге меж серых двадцатиэтажек и заброшенных строек. На первых этажах — магазины и забегаловки. Синяя вывеска маленького кафе свисала на проводе. На стекле одного из магазинов — дыра от камня и трещины в разные стороны. Ник покрутил в кармане куртки маленький разряженный смартфон. В ушах, Эван Белсон вещал о том, как новые дорогие ботинки способны заставить поменять взгляды на жизнь.
Перед глазами вновь возникли длинные зелёные пальцы. Они будто бегали по лицу, сползали под одежду, щекотали тело и выныривали обратно. Ник дёрнулся и помотал головой, чтобы прийти в себя.
Трэплер завернул, и, через пару кварталов, выехал на длинный широкий мост. Мост лежал через реку, делящую Девятый на две части. Отсюда, север как на ладони, с его красивыми стеклянными могучими зданиями, трубами ЦесКорпа, длинной зелёной набережной, уходящей к западной дамбе. Ещё один такой же мост висел к востоку. Сквозь головы и плечи пассажиров пробивалось начало недостроенного западного моста, торчащее из южной части.
'Сделай из серой стены искусство!
Сегодня — не пойду, я уже переобулся'.
Половина девятого. Ник вошёл в фойе центра «Ай Оу». Огромные панорамные окна, оранжево-коричневые тона интерьера, стеклянные столики и кожаные диваны.
— Здрасьте, — сказал Ник охраннику у турникета.
— Здорово, Ник, — ответил тот.
— Дуайт здесь?
— Нет, ты что. Ещё рано.
Считыватель пикнул на айси Ника. У лифтов — несколько людей. Среди них — пара знакомых лиц. Кто-то приветливо кивнул Нику, на что он кивнул в ответ и проскочил к лестнице. Уже на втором этаже больная спина напомнила о себе. Ник слегка сбавил темп. Третий этаж. Четвёртый. Острый запах табачного дыма.
— Ник, здорово!
— Привет, парни, — Ник пожал две протянутые руки.
— Ты еле живой, — подметил один. — Случилось что?
— Готовлюсь в каскадёры.
— Дай угадаю, — с широкой улыбкой произнёс парень. — Сальто назад?
— Почти. Встать с кровати после выходных.
Лёгкий смешок отдался эхом по лестнице.
— Смотрите, — Ник, прихрамывая, заковылял дальше. — Так выглядит мой взлёт по карьерной лестнице.
Под смех, он добрался до пятого этажа. Снова ткнув айси в считыватель, Ник вошёл в большой пустоватый офис. Пара десятков столов с компьютерами, кофе-машина, кулеры с водой и коридор, уходящий вглубь этажа. Жалюзи прикрывали панорамные окна. Несколько столов уже заняли менеджеры.
— Привет, Грета, — поприветствовал Ник миниатюрную рыжую девушку.
— О, Ник! — ответила Грета высоким хрипловатым голосом. — Доброе утро, — она нахмурила брови. — Что-то со спиной?
— Нет, всё отлично. Это у неё со мной проблемы.
— Ясно, — Грета улыбнулась. — А серьёзно?
— Не бери в голову. Лучше скажи, — Ник достал из кармана маленький «эснет». — У тебя есть такой провод?
— М-м-м… — она внимательно взглянула на разъём. — Нет, такого нет. Спроси у Дуайта, у него вроде похожий был.
— Окей, спасибо.
Ник прошёл к своему столу. Он с трудом нагнулся, чтобы включить компьютер и терминал, и с облегчением развалился на стуле.
8
«Грант» стоял на обочине у киоска с логотипом «Редмит»: антропоморфный бургер в тёмный очках на чоппере.
— Да-а-а-а, Шейн? — из
