Волков посмотрел на часы и кивнул.
— Пошли!
Высокие деревянные двери из массива дуба, потемневшие от времени выглядели внушительно. Створка открылась с лёгким скрипом, и мы зашли в просторный холл.
Поднявшись по широкой мраморной лестнице, покрытой ковровой дорожкой на второй этаж мы зашли в приемную, где нас ждала испуганный секретарь, бросающая нервные взгляды на подпиравшего косяк здоровенного экзекутора.
— Вас уже ждут! — пискнула девушка. Смущенно посмотрела на Волкова и добавила. — Курсанта просили зайти одного!
Граф ободряюще мне кинул и махнул в сторону двери, а сам уселся на диванчик для посетителей и невозмутимо достал трубку.
Я постучался, и не дождавшись приглашения, зашёл внутрь.
Белая фигура в сгущавшихся сумерках стояла около окна, спиной ко мне. Инквизитор, заложив руки за спину что-то рассматривал во дворе Академии.
Я остановился, не зная, что мне делать.
— Я Брат Дексус! — раздался голос инквизитора, всё еще смотрящего в окно. Голос был тихим, но пробирал до самых уголков души. Возможно, всё дело в репутации Ордена, а возможно, инквизитор может воздействовать на людей ментально, добиваясь такого эффекта.
Он резко повернулся и уставился на меня немигающим взглядом. Его можно было назвать привлекательным мужчиной средних лет с мужественным широким подбородком и тонким прямым носом, если бы не его взгляд. Последнее, о чем могли думать люди, глядя ему в глаза — это о его «привлекательности». Также невозможно было испытывать к нему расположение, либо уважение. Только страх.
— Во имя Императора нашего, милостливовшего и справедливого! Начнем!
Он двумя быстрыми шагами подошёл к столу и взял с него планшет, стилизованный под бумажную книгу с регалиями инквизиции и Ордена. Открыл его и уставился внутрь. Почему-то мне казалось, что планшет ему не нужен, а это было просто представление. Для чего? Кто их, к Хаосу знает?
— Как ты убил демона, который напал на брата Хокуса?
Первый вопрос не подразумевал «двоечтения», однако я рассказал «свою» версию. Только по этому эпизоду допрос длился полчаса. Инквизитор хотел знать хронологию каждой секунды боя, особенно его окончания, когда безголовый демон разрывал боевого инквизитора. Рассказывая заученную историю, я чувствовал себя дураком, сам себе уже не веря. Но я верил в покойного Хокуса и действовал именно так, как он просил.
К моему удивлению, вопросы были только уточняющие и наводящие. Инквизитор не давил, он только спокойным голосом пытался разобраться в ситуации. Пару раз переспрашивал одно и то же, видимо проверяя показания, но у меня с памятью всегда было отлично, поэтому я ни разу не сбился. По крайней мере, мне так казалось.
Затем были вопросы про бой на Космодроме с «одержимыми» и их предводителем, бой в городке, пещерах и на лесопилке. Отдельный блок был посвящен демонам Подпространства, проникшим на борт «МакКоя».
Когда мы закончили, через несколько часов, я уже еле стоял на ногах. Сесть мне так и не предложили. Хотя и инквизитор всё это время тоже был на ногах, периодически прохаживаясь по кабинету.
Я ждал главного вопроса и вот я его и дождался.
— Где Одарённые дети?
— Я не понимаю, о чём вы! — попытался изобразить я непонимание на лице.
— Тогда я напомню.
Инквизитор опять заглянул в планшет.
— Первый индивид. Пол женский. Предположительный возраст — восемь-десять лет. Энергетик. Предположительный Дар — Энергетическая Волна. Второй индивид. Пол мужской. Предположительный возраст — восемь-десять лет. Предположительный Дар — физик. Ничего не вспоминаете?
Я чувствовал себя полнейшим дураком, но отрицательно покачал головой.
— Не понимаю о чём вы!
Инквизитор вздохнул, первый раз за разговор выказав что-то вроде эмоции раздражения.
— Курсант, прекращайте уже! Эти дети прибыли с вами на Нобель!
— Я ничем не могу помочь вам, инквизитор! — продолжал гнуть я свою линию.
— Хорошо, попробуем по-другому! — он резко шагнул ко мне, и я автоматически принял боевую стойку, готовясь защищаться.
— Спокойно, курсант! — рявкнул брат Дексус. Он взял за спинку стоящий у стола стул для посетителей и поставил передо мной. — Садись!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я сел. Он стал передо мной и положил свою ладонь мне на лоб. От его руки прямо-таки несло Энергией, по телу побежали неприятные волны.
— Будет неприятно! — сказал инквизитор и закрыл глаза.
Неприятно?!! Адская боль ударила мне в мозг и свела судорогой все мышцы. Я бы упал со стула, но инквизитор второй рукой придержал меня за плечо, прижав к спинке стула. У меня было полное ощущение, что закипает жидкость в глазных яблоках и я потерял зрение. В ушах раздавался яростный вой, и я потерял слух. Кожу жгло одновременно жарким огнём и жгучим холодом. Я потерял осязание. Похоже, осталось только обоняние, которым я чувствовал странный приятный запах, который шокированный мозг идентифицировал как стиральное средство. Так пахла белоснежная роба инквизитора.
Сжалившись на терзаемым организмом, отключились все болевые ощущения в теле, осталось только чувство чужого присутствия в мозге. Как будто там ходит кто-то чужой и пинком ноги выбивает одну за одной двери, ведущие в закоулки памяти. У меня сложилось впечатление, что пока он ходил наугад, пытаясь сориентироваться у меня в разуме методом «тыка», но иррациональное чувство угрозы нарастало и вот уже превратилось в ощущение ужаса. Я каким-то образом понимал, что еще пара «выбитых дверей» и случится непоправимое.
И я сделал единственное, что пришло мне в голову. Я вызвал Пузырь у себя в голове, чтобы только избавиться от этого присутствия чужой воли в своём разуме. Свет сознания погас окончательно, и я вырубился. Кажется, со стула я всё-таки упал…
Глава VII
Первое, что я увидел, когда пришёл в себя — это озабоченное лицо Волкова надо мной и весьма изумлённое лицо инквизитора, который стоял чуть в стороне.
— Странно, как я мог так ошибиться? — задумчиво спросил «в воздух» Дексус.
Он перевёл взгляд на графа.
— А ведь вы дали этому курсанту таблетку «глушилки»! На ваше счастье, он до сих пор неинициированный, иначе беседу сейчас я проводился бы уже с вами. И поверьте, ничем хорошим бы она для вас не закончилась. Вы, может быть и хороший стратег, но не нужно вам тягаться с волей Императора, — покачал головой инквизитор
Волков открыл рот чтобы возразить, но инквизитор со смешком его прервал.
— Я рекомендую вам сейчас ничего не говорить. Ведь это может быть использованного против вас. Поверьте мне, я просто это знаю. Перед тем как заниматься такой ерундой, вам следовало узнать обо мне побольше. Дав «глушилку» неинициированному, вы ничего не нарушили, поэтому, учитывая ваши заслуги, я не буду интересоваться, зачем вы это сделали.
Волков сильно смутился, но промолчал.
— Этот молодой человек всё еще не инициирован. Хотя, все мои сведения о нём, а также весь мой десятилетний опыт говорит о прямо обратном. Однако, это факт — он всё еще неинициированный Одарённый. В этих вещах я никогда не ошибаюсь.
Инквизитор, на секунду задумался, потирая подбородок и смотря «в никуда», но затем его взор прояснился, и он продолжил.
— Я не увидел никакой Сущности, никакой связи с Подпространством, и это, поверьте моему опыту очень, очень странно! Более того, в какой-то момент мне показалась, что передо мной простой неодарённый. Видимо, старею…
Он опять замолчал, с любопытством рассматривая мена, а затем повернулся к Волкову.
— Граф, оставьте нас ещё на несколько минут, будьте так любезны!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Но… — начал граф.
Инквизитор прервал его.
— Вам не о чем волноваться, как вы знаете, граф, Орден Очищения не имеет никакой власти и полномочий над неинициированными Одарёнными. Это епархия Ордена Надзора. Я передам братьям свои соображения, и, если они посчитают нужным, они продолжат беседу.
Граф вышел бросил на меня встревоженный взгляд, но кивнул и вышел.
