Встав перед просторной тёмной бездной, мужчина заглянул внутрь. Вздохнул. Пластина позволяла наблюдать за миром примерно с вышины стратосферы, однако в случае бездны это было не очень полезно. Как ни посмотри, она была похожа на глубокий, тёмный колодец…
Именно поэтому Александр, желая осмотреть Мир Мёртвых, обычно превращался в птицу или в демона Аколипта; некоторые мертвецы его, разумеется, замечали, — он и не пытался скрываться, — отсюда и все эти слухи.
Сейчас, правда, данный метод был немного нецелесообразным; он собирался взяться за новый проект, а для этого ему нужен был более детальный вид на свой холст.
Александр почесал подбородок и начал играться с разными фильтрами и камерами, которые предоставляла пластина. Опять же, он всё ещё не знал даже малой доли её возможностей. Может быть в одном из этих ужасно длинных списков найдётся решение его проблемы?
И действительно, всего через пару минут Александр обнаружил именно то, что искал. Он нажал пару кнопочек, и камера изменилась. Теперь Мир Мёртвых лежал перед ним не горизонтально, но вертикально, как своеобразная дыра, которую он видел в разрезе. Бездна стала напоминать знаменитую иллюстрацию к роману известного итальянского писателя…
Со стороны её первый уровень, Чистилище, был похож на спираль, вдоль которой размещались разнообразные сюрреалистичные пейзажи; она была массивной и протянулась на большее расстояние, чем весь южный материк в мире эльфов, но даже этого было недостаточно для Загробного мира. Он должен был умещать в себя души множества миров великой мультивселенной, — а значит пришло время добавить ему второй уровень.
Александр написал несколько цифр и нажал кнопочку применить. Вспыхнул серебристый свет, и Бездна стала стремительно расширяться. Спустя пару секунд под спиралью нарисовалось тёмное пространство. Оно было настолько массивным, что, при желании, в него можно было уместить целую планету… То что нужно для полноценного загробного мира.
Оставалось только его чем-нибудь заполнить…
Мужчина уселся на своё кресло и серьёзно задумался. И так… Ему нужно было создать место, которое, во-первых, тематически подойдёт в качестве мира мёртвых, и которое, во-вторых, можно будет использовать как площадку для одного большого эксперимента над душами. Что касается последних, на данный момент было доподлинно известно, — и записано в тетрадку, — следующее:
1. Каждая душа обладает определённой энергией, которая определяет её концентрацию — силу.
2. Энергия накапливается со временем, но только если душа — живая. Если она мертва (отделена от телесной оболочки) энергия развеивается.
3. Также энергию можно поглощать из других душ. Сконцентрированная энергия называется Эссенцией (Рабочее название).
И так далее… Получается, — Александр прошёлся по пунктам, — ему нужно создать мир, в котором мёртвые будут постепенно, — именно постепенно, — добывать и впитывать энергию. Но как это сделать? Хороший вопрос.
Что было естественным источником Энергии Душ?
Разумеется сами души!
Значит они могли друг друга поглощать… Но почему этого до сих пор не происходило? Александр задумался, вспомнил свои опыты и щёлкнул пальцами — точно! Дело в том, что у них было самосознание! Та маленькая фигурка, которая парила внутри каждой души. Она представляла собой как бы якорь, который удерживал духовную энергию, не позволяя ей распасться. Почему Александр смог создать чёрную эссенцию? Он смешал несколько звериных душ и таким образом уничтожил их самосознание; он как бы очистил духовную энергию и сделал её пригодной для употребления.
А теперь вопрос: можно ли провести подобного рода фильтрацию без способностей пластины? Теоретически — да. Для этого нужно было просто уничтожить самосознание души, — расщепить или силой оторвать от него кусочек… Нужно было использовать насилие.
Кстати говоря, а почему души не могли навредить друг другу в Чистилище? Александр провёл эксперимент и выяснил, что причиной был особенный материал, из которого был сделан первый уровень бездны, и который не позволял душам развеяться… Занятное свойство, Александр его не планировал, но почему бы и нет… Значит на втором уровне нужно будет от него избавиться…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Кроме того, душам нужен был повод, чтобы начать друг друга истреблять. Им нужно было узнать, что, убив себе подобного, они обретут великую силу. Следующий мир должен был поощрять насилие… Даже не так: насилие, резня, вечная война должны были стать его краеугольным камнем.
Задумка мужчины с каждой секундой разворачивалась всё шире и шире, постепенно протянувшись на целое мироздания… У Александра зачесались руки. Ему хотелось поскорее взяться за работу, — он себя сдерживал. Он ухватился за концепцию нового мира, — теперь ему нужно было определиться со стилистикой.
Что бы такое выбрать..?
Может серую, покрытую черепами пустыню?
Или жерло огромного вулкана?
Мир вечной войны, мир вечной войны… А что если… Точно!
Александр хлопнул себя по коленям. Перед его глазами замаячил чудесный образ. Он посмотрел на новый, пустынный уровень Бездны, выбрал инструменты и начал творить. Божественная кисть стала вырисовывать прекрасные пейзажи. Временами Александр заглядывал в телефон, смотрел картинки разных художников, копировал…
Вскоре посреди тёмного пространства протянулись мохнатые облака; прямо под ними вымахали заледенелые горы высотой в сотни киллометров…
Глава 18. Второй уровень Бездны Два
Ветер, небо голубое… И белая птица, которая мелькает среди пухлых облаков.
Александр, пикируя среди светлого простора, рассматривал своё новое творение. Внизу, под его белыми крыльями, проносились огромные ледяные горы. Время от времени их прерывали густые леса и хвои высотой в сотни метров — их, в свою очередь, сменяли заснеженные долины и северные степи, покрытые низенькой, обладающей как бы мятным оттенком травою; тут и там сверкали кристальные реки, в которых блестели, как разбитые стекляшки, маленькие льдины…
То и дело с горных вершин сползали густые туманы. Они наводняли широкие долины, и тогда обыкновенный путник не видел ничегошеньки дальше своего носа. Он как будто плавал в молоке; холодный, мокрый туман, внутри которого температура, временами, падали ниже сорока градусов по Цельсию, жалил его, словно ледяные осы.
Но самой страшной напастью был даже не мороз, нет — опасными были те твари, которые водились внутри этого тумана. Вместе с ним из своих горных норок выползали ледяные духи — лютоволки, снеженые лисицы, белые медведи… Они рыскали по долинам в поисках заплутавших душ, чтобы наброситься на них и съесть…
Со временем лучи солнца разгоняли туманы, и духи возвращались в свои пещеры. Теплое зарево согревало землю, но не сильно…
Александр вылетел из очередного облака и посмотрел на солнце. Оно было прямо перед ним… Вернее сказать, они были прямо перед ним.
Три массивных раскалённых шара висели над землёй, на равном расстоянии друг от друга, скованные огромной цепью, которая вонзалась в самые высокие горы. Несколько звеньев цепочки уходили вниз, другие — наверх, где тоже были и долины, и реки, и горные вершины… В этом мире небо и земля были зеркальными отражениями друг друга. В некотором смысле, он был похож на сплющенную полую планету. Если посмотреть наверх и хорошенько прищуриться, то, через голубую дымку, можно было разобрать очертания суши.
Между разными полюсами вихрились густые облака…
И это было далеко не всё, чем выделялось новое творение Александра. По краям, где верхнее полушарие переходило в нижнее, протянулось, кольцом, широкое, синее море. На берегу оно перетекало в ледяные фьорды. Его глубина достигала сотен километров. В океане, как и в горах, и в долинах, и под землёй водились удивительные и странные создания — гигантские осьминоги, русалки, сирены… В озёрах обитали утопленики. В густых северных лесах, некоторые из которых были размеров с весь южный континент мира эльфов, и деревья в которых простирались на тысячи метров, притаились лешие и снежные феи… Под землёй, в просторных пещерах, вихрились золотые черви, сотканные из алмазов, рубинов и первородного нефрита…
