– Какая красота! – искренне восхитилась Ари.
– Спасибо Джерри – обожает делать салаты. А я тем временем сражаюсь со всем остальным.
– Жаль, вы не разрешили мне привезти что-нибудь с собой.
– Вы и так привезли вино. Более чем достаточно.
Ари осторожно опустила миску с салатом на середину узкого длинного столика: белоснежные тарелки на вязаных изумрудных салфеточках, приборы сверкают как новенькие, да они такие и есть, конечно.
– Мы тебе доставили немало хлопот, Барбара.
– Да вы же наши первые гости. – Она хмыкнула. – Мы несколько лет жили вместе, но это не считается.
– Что – не считается? – спросил вошедший Джерри. – Сколько мы были вместе до свадьбы.
– А вместе мы с тех пор, как твоя мама заплатила мне, чтобы я повозил тебя в коляске. – И обнял Барб за талию. – Это наше первое свидание, миссис Картер.
– Ты у меня не единственный парень! – парировала она со смехом и послала Ари лукавый взгляд. – Мне всегда нравились мужчины постарше. В младших классах я с ума сходила по твоему брату Роскою. А он был в выпускном и не знал даже о моем существовании.
– Он скоро станет отцом. – Ари вспомнила горделивую, тяжеловатую поступь Руфи.
– Счастливчик! – присоединился к ним Макс. – Ждете двойню, верно?
Она кивнула, удивленная его откровенностью.
Джерри вынул из холодильника бутылку вина. Барбара задумалась, откинувшись на полку бара и сложив на груди руки.
– Никак не могу поверить, что мы женаты.
Джерри потянулся за штопором, на ходу чмокнув ее в щеку.
– Просто голова идет кругом, а?
– Особенно после этой путаницы на свадьбе. Ари я вообще не видела и никак не могла уразуметь, зачем Макс полетел к боковому выходу.
– Я тоже, – пробормотала Ари. – Решила сначала, он просто желает помочь мне найти выход.
– Так и было. – Макс встал с ней рядышком.
– А ты попала на ту церемонию, где тебя ждали?
Так, ясно, что Макс не все сообщил друзьям.
– Мм… нет, не попала.
– Извини, – поморщился Джерри, – я вовсе не хотел, чтобы из-за моих… оплошностей у всех было столько неприятностей.
– Ну, тут не только твои оплошности, – утешил Макс.
– Успокойся, малыш! – Барбара, сохраняя удивительное самообладание, весело похлопала мужа по руке. – Прошлое есть прошлое. Кроме того, – поднимая миску с картошкой, добавила она, – мы и сами можем забеременеть и родить себе двойню.
Джерри невольно содрогнулся и ловко вытащил пробку из бутылки; вид у него при этом был не такой уж несчастный.
– Мясо порезать?
– Разумеется. – Барбара поставила миску на стол. – Как раз пригодится электронож, что подарил нам на свадьбу твой брат.
Макс взял у Джерри бутылку – золотистый напиток наполнил бокалы – и, то ли всерьез, то ли нет, мечтательно проговорил вдруг:
– Только представьте себе, какую прекрасную сказку расскажем мы нашим детям!
Разумеется, он имел в виду своих собственных детей – или детей Джерри. Ари подхватила шутливо, стараясь попасть в тон:
– Дядя Макс, с такими-то сказками, будет иметь у малышей шумный успех.
– Дяде Максу лучше попридержать язычок! – крикнул Джерри, перекрывая визг электроножа.
– Сосредоточься-ка лучше на работе, а то к воскресному выходу у тебя будет на несколько пальцев меньше.
– Уходите в море, рыбачить? – Простота этих слов обманчива, Ари прекрасно знала. Коммерческий лов, сложнейший бизнес, где на карту ставятся сотни тысяч долларов.
– Да, – ответил Макс; его широкая ладонь прикоснулась к спине Ари под тонким хлопком персиковой блузки с узким пояском, надетой на элегантные черные брюки.
Она чуть отодвинулась от его волнующего прикосновения, твердо решив сопротивляться обольстительному шарму Макса, как бы это ни оказалось для нее трудно. Обернулась к нему с улыбкой, весьма довольная собой, сумела сохранить контроль над своими эротическими импульсами.
– Эти двое никогда не образумятся, – обратилась к ней Барб. – У них и на суше дел полно, а они при каждом удобном случае берут курс в открытый океан.
– Почему?
– Это у нас в крови, – поддразнил Макс.
Ей следовало бы заранее догадаться, каким будет ответ на этот вопрос, подумала Ари, она его слышала всю жизнь.
– После этого рейса будем выходить по очереди, идет? – по-рыцарски предложил Джерри, покосившись на Барбару.
– Поверю, когда увижу собственными глазами. – Она махнула Ари. – Давайте ужинать. – И подошла к столу вслед за Джерри.
Пока Макс и Ари устраивались напротив друг друга, Джерри поставил на стол блюдо с мясом. Барбара подняла бокал:
– У меня тост.
– Разве эта честь не предоставляется хозяину дома? – проворчал Джерри.
Она отрицательно покачала головой, чем доставила огромное удовольствие Ари.
– На дворе девяностые годы, малыш. – И, улыбнувшись Максу и Ари, высоко держа бокал, провозгласила: – За дружбу, любовь и…
– И?.. – не выдержал Джерри, пожирая глазами ростбиф.
– И… верность.
– По-моему, тут есть какой-то скрытый смысл, – подначил Макс.
– Да-а, и я намек уловил. – Джерри поспешил звякнуть бокалом о бокал жены.
– За любовь, Ариана! – Макс чокнулся с Ари.
– За дружбу! – парировала она.
– За рыбу! – прервал поединок Джерри. – За сотни тысяч фунтов живого золота!
Обе женщины кивнули: что ж, полные сети – это верный, солидный доход, тут ничего не возразишь. Макс помедлил, прежде чем пригубить вино.
– Спорить не буду.
– Впервые слышу! – обрадовалась Ари. – Я уж пришла к выводу, что ты споришь по любому поводу.
Джерри, уплетавший салат, устремил лукавый взор на Макса. – Похоже, она тебя вычислила, Коул.
– Ну же, давай! – не унимался Макс. – Когда ты в последний раз гуляла по пляжу?
– Вчера, – соврала Ари.
– Не верю. – Он открыл дверцу и выбрался из машины. Соленый воздух, свежий, пьянящий, ворвался в салон. В нескольких ярдах от них с мягким шумом разбивались о берег волны.
– Пройдемся, а?
Ари неохотно вылезла и остановилась на истертом покрытии парковки у городского пляжа Наррагансетта. Этот чистый, широкий, легкодоступный пляж, один из красивейших на Род-Айленде. Стоит перепрыгнуть через невысокий парапет, извивающийся между пляжем и пешеходной дорожкой, и ощутишь под ногами мельчайший песок, а в мышцах бедер непривычную тяжесть, какая появляется только при ходьбе по песку.
На парапете вырисовывались темные силуэты сидящих людей. Здесь всегда назначали свидания, еще задолго до того, как урбанизация превратила диковатый приморский городок пятидесятых-шестидесятых в излюбленное пристанище туристов – уютное, сверкающее чистотой. Трехэтажные городские дома фасадами смотрели на океан. Позади них расположилась еще одна автомобильная стоянка; в магазинчиках на нижних этажах любой мог купить мороженое и пончики, украшения и сувениры. Напротив сияли вывески банка, кинотеатра и гастронома. Завершали комплекс огромный отель и изысканный испанский ресторан. Все здания новехонькие, отделанные светлым деревом с белыми или ярко-зелеными резными украшениями, так популярными в викторианскую эпоху, когда просторные коттеджи, летние резиденции богатых, выстраивались в ряд вдоль тротуаров Пиэр-Виллидж.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
