ста воспринимала с благоговейным трепетом. Сейчас они зашли передохнуть и перекусить в какое-то модное кафе. Маняша в ужасе косилась на чашку кофе и тарелочку с причудливым пирожным, думая о том, что вряд ли сможет впихнуть в себя сокровище, превышающее по стоимости самый дорогой обед в самом дорогом ресторане ее родного города. Как же так, просто съесть за пять минут столько денег! По причине природной деликатности она не могла открыть своей спутнице причину тяжелой складки посредине своего лба, но выкинуть из головы мысли о деньгах никак не могла. Несмотря на то, что тратились деньги не ее, а дядюшкины, который согласился щедро спонсировать проект Марго по выдаче замуж своей племянницы, Маняша испытывала страшный дискомфорт. Ее с детства учили, что за все приходится расплачиваться. И если кто-то тратит на тебя бешеные деньги, следовательно, рано или поздно он что-то потребует взамен. На выпускницу лингвистического факультета периферийного вуза, правда, еще доселе никто так не тратился, а потому у нее не было опыта в возмещении нанесенного ущерба. Однако она уверилась, что если дядя Влад оплачивает такие огромные счета, а Марго тратит свое время на поход с ней по магазинам, следовательно, ее всерьез решили выдать замуж за того мифического Тимофея Тарасова. И от этой мысли Маняша жутко страдала. А что, если Тимофей ей не понравится? Все равно придется выходить за него, или с нее потребуют вернуть всю затраченную на сватовство сумму? И где в таком случае она возьмет такие деньжищи? Вообще-то поначалу идея замужества казалась ей смехотворной. Ну, где это видано, чтобы вот так решались матримониальные вопросы? Ведь на дворе не средние века, когда барышню никто не спрашивал по этому поводу, а просто однажды наряжали и тащили за косу в церковь. Современные же девушки, как правило, такого произвола над собой не позволяют. А тут на тебе, ищут ей жениха. И где, в центре Москвы, городе, который уже давно считается одним из крупнейших центров современной цивилизации и оплотом демократии в России. Она вздохнула и исподтишка оглядела огромные пакеты с одеждой, которые они расположили возле столика. Да, ей никогда не расплатиться за все это!
— А Тимофей Тарасов, он хоть симпатичный? — она старалась, чтобы тоски в ее голосе было как можно меньше. Неудобно все-таки, люди ради нее так стараются.
Марго внимательно посмотрела на нее, а потом улыбнулась.
— Послушай, тебе придется многому научиться, чтобы стать счастливой женщиной. Для начала, никогда не считай деньги, которые кому-то вздумалось на тебя тратить. Ты никому ничего за это не должна.
Маняша вздрогнула, поскольку даже не подозревала, что ее сокровенные страхи понятны ее наставнице.
— Посуди сама, — продолжила Марго, — Ты ведь не приехала к дядюшке с протянутой рукой. Это исключительно его идея подыскать тебе хорошего жениха. Ну, и моя отчасти, поскольку такой жених у меня есть на примете, и как мне кажется, ты вполне способна составить ему хорошую пару. Однако ведь тебя никто не вынуждает выходить за него замуж. Да и вообще неизвестно, сможем ли мы уломать Тимочку жениться на тебе.
— Как это? — опешила Маняша.
— А ты полагала, что директор мясокомбината, которому 31 год отроду, с внешностью голливудской звезды только и ждет, когда ему кого-нибудь сосватают? Да на его руку с сердцем конкурс больше, чем на актерский факультет ВГИКа. Уж можешь мне поверить.
— Ну, тогда… тогда почему же он до сих пор ни с кем не встречается? — Маняша постаралась скрыть то, что слова Марго почему-то задели ее самолюбие. Она-то как раз полагала, что с женихом вопрос решен, и он действительно лишь дожидается, когда ему приведут невесту в ее лице. А тут, оказывается, нужно выдержать бешеный конкурс. Теперь ей стал понятен смысл многочисленных сегодняшних покупок. Ей не предлагают выйти замуж, ей предлагают вступить в борьбу за выгодного жениха. Вот уж кому рассказать! Ее-то с детства учили, что это мужчина должен бороться за благосклонность девушки.
— Увы, в жизни все наоборот, — словно прочитав ее мысли, усмехнулась Марго, — Если ты будешь сидеть у окна и ждать, когда кто-нибудь из мужчин примется тебя добиваться, то дождешься серенад от шофера-дальнобойщика. А оно тебе нужно? Особенно учитывая, что шоферы не поют на трезвую голову.
— Но… — растерялась Маняша.
— Никаких но! — отрезала Марго, — Тебе придется уяснить, что жизнь — это жестокая борьба за выживание. В том числе и за семейное счастье. На самом деле достойных женщин куда больше, чем достойных мужчин. Так уж почему-то сложилась. Мысль не моя. Я прочла ее в одном из журналов Космо, а Космо я безоговорочно доверяю. Туда статьи не дураки пишут. Так вот, сейчас такое время, что даже встретить порядочного мужчину весьма тяжело, не говоря уж о том, чтобы женить его на себе. Но тебе повезло, потому что я знаю одного такого.
— Но разве мне под силу бороться за него с другими претендентками, — на сей раз усмехнулась Маняша.
— Не бойся конкуренции, — успокоила Марго провинциалку, — Другие девушки, которые пытаются обоять нашего Тимочку, не читают Космополитен.
— Почему вы так думаете? — удивилась Маняша.
— Ну, иначе, какая-нибудь из них уже воспользовалась бы советами, которые там написаны черным по белому, и непременно выскочила бы за него замуж.
— Но я тоже не читаю, — пожала плечами девушка.
— Зато я читаю, — заверила ее блондинка, — И читаю очень внимательно.
— Не конспектируете?
Марго дотронулась указательным пальцем до головы:
— Вот тут у меня все конспекты. Все, которые тебе необходимы. Можешь не сомневаться.
* * *
— Ох, подведешь ты меня под монастырь! — проворчал Кутепов, открывая перед Бочкиным дверь дома Бурхасона, — Или под трибунал.
— Да ладно тебе, — отмахнулся детектив, — Я только в кабинете покопаюсь. Может, и я тебе чем-нибудь сгожусь, — Он шагнул на персидский ковер, который начинался прямо у порога, — Я расследую пропажу портрета моей клиентки. Поскольку портрет был написан Пабло Бурхасоном буквально перед его смертью, то может статься наши следствия и пересекаются. Ведь еще не ясно, куда делся этот портрет. То ли сам Бурхасон успел его сбыть с рук, то ли его убийца присвоил. И потом, я даю тебе хорошую тему для разработки. Так что вместо сто перового рассказа, что следствие никуда не продвинулось, ты можешь выдать начальству версию о портрете Марго и что этот портрет может или мог находиться в руках убийцы. И заметь, в этой линии нет даже упоминания об Ильине, что уже прогресс.
— Ты с ума сошел! Ведь эта версия — бред твоей блондинки.
— Пусть так! Но мне
