Закончив, мама глянула на отца, и они стали дожидаться моего ответа. Я чуть не потерял голову, услышав про возможность открыть в себе доступ ко всем чудесам, что дает чакра. Уметь копировать себя, выдыхать пламя или струи воды, призывать огромных существ, а не просто усиление, которое давал обычный ток чакры во мне. Радость и желание почти захватили меня в свои цепкие объятия, но от падения в этот омут меня спасла Акане. Она заворочалась и начала что-то мурлыкать, и решение было тут же найдено.Свою роль сыграл и год в академии самураев. Учения, что вкладывал в меня Кен сан и что не уставал повторять Като сенсей, наконец-то, дали первые восходы. Воля, вот что отличает воина от просто сильного человека. Она диктовала - защита и комфорт семьи, важнее сиюминутных желаний и амбиций. Сестра слишком мала, а пара лет у меня в запасе точно есть. Да, возможно, я буду отставать от большинства, но меня это не пугает, как говорится: «Дорогу осилит идущий!». Я еще очень и очень многому могу научиться у самураев, и мне нравится этот путь, а сейчас, когда этот путь еще и обретает смысл…
– Пап, у нас мало времени, надо найти бамбуковые ростки. Тебе длиной метр сорок, примерно, а себе я сам подберу.
У мамы с папой брови поползли вверх. И папа задал вполне логичный вопрос.
– А зачем? Мы же тебя обсуждали?
Я больше ничего слушать не стал и, пожав плечами, ответил.
– А что тут вообще можно было обсуждать? Акане всего пара месяцев, никуда сейчас с ней идти не надо. Разделить семью? Что бы мы с тобой пошли в Коноху, а мама осталась с Акане, тоже не вариант, даже обсуждать не буду. А мне есть чему учиться и в академии, прогресс меня полностью устраивает. Касательно второго вопроса, буду учить тебя кендзюцу. Да, ты базово владеешь клановыми наработками, но они в первую очередь рассчитаны на пользователей чакры, а даже то, что я видел, уже показывает, что это не стиль боя простых людей. Несколько иная логика…
Поднятая ладонь отца остановила меня на полуслове. Отец посмотрел мне в глаза, я не отводил взгляд. То, что я озвучил родителям - было проявлением моей воли. Папа был серьезен, в глубине его глаз была сталь, но и у меня не было и тени сомнений. Выждав еще секунд десять, он посмотрел на маму, от чего та нахмурилась. Обычно отец в таких случаях оступался, но сейчас случилось по-другому. Мама нахмурилась еще сильнее, смиренно вздохнула и отвела взгляд. Отец выдохнул, вероятно готовился отстаивать свою позицию, а тут пронесло… Посмотрев на меня и слегка улыбнувшись, заговорил:
– Сына мой, боже, тебе еще нет пяти, а ты уже такой взрослый, хочется верить, что не от плохой жизни, а от великой крови. Мы гордимся тобой, а твое решение лишь укрепило нашу с мамой веру в твою гениальность. И да, обязательно пойдем тренироваться, как ты хочешь. Но за две с небольшим недели, что ты будешь дома, нам необходимо сделать несколько вещей. Так что давайте сегодня устроим маленький праздник, а потом мы с тобой Ашма будем слишком заняты.
И до конца дня я бегал по деревне, таская запрашиваемые мамой продукты. Пришлось даже гонять до рынка, чтобы купить особой, очень жирной говядины. Отец подготавливал мясной рулет чар-сью, мама с Акане готовили лапшу. Бульон тоже с вчера стоял, а я думал, что за манящие ароматы разносятся по дому. Шучу, узнал сразу, но не думал, что будет с таким размахом. Яйца еще вчера были замаринованы в рубленом луке и соевом соусе.
После пожелания приятного аппетита, кушали мы молча. Отец, позволил себе капельку саке, из-за чего мама с легкой обидой смотрела на него. Папка, же отставив пустую тарелку, опрокинул в себя чашку саке, как бы подтверждая свое право на это следующими словами:
– Любимая у меня праздник, сын с учебы вернулся, могу я немного расслабиться?
И широко улыбнувшись, прямо через стол, подхватил меня за подмышки и перевернул лицом к маме.
– Видишь, сыыын. Так что, любимая, сегодня дочь на тебе.
Видимо так попрощавшись, под возмущенный возглас мамы, вытащив меня во двор.
– Значит так Ашма, проверим как ты готов ко всему. Говорят, что физические нагрузки не хорошо выполнять после еды. Может и так, но в жизни, нужно быть готовым ко всему, так что бегом за мной. Бежать много километров сорок.
И папа достаточно быстро выбежал на имперский тракт, направившись в сторону гиблого леса. Мне пришлось его догонять и, уже на ходу уточняя, куда мы направляемся, а главное зачем?
– Не трать дыхание на болтовню, оно тебе еще пригодится сын, как ты помнишь, мне ты еще в выносливости проигрываешь. Кроме того, ты же когда домой со школы ехал, правильно заметил. Раньше времени, все равно не скажу.
Злобно засмеявшись, отец ускорился, пришлось поднажать. Мы пробежали площадь рынка, удалились за границу охраняемой самураями территории и зашли в чащу гиблого леса. Пробираясь какое-то время сквозь бурелом, вышли на не сегодня вытоптанную поляну. Сюда явно ходили много лет.
– Сынок, ты же помнишь о том, что я почти не могу пользоваться чакрой?
Утвердительно кивнув, я внимательно разглядывал кору самого большого дерева, что как будто была вытоптана??? После моего кивка отец продолжил говорить:
– Так вот, это не совсем правда. Я могу пользоваться чакрой, просто ее поток ничтожен и его не хватит ни на одно известное мне ниндзюцу. Но вполне хватает что бы ходить по деревьям и воде. А сейчас я тебе это продемонстрирую. И папа пошел по дереву. Буквально, поднялся и стоял на дереве параллельно земле.
Киро
Ашма смотрел на меня с открытым ртом и не дышал, на мои слова тоже никак не среагировал, пришлось подходить и растрясывать его. Но это слабо помогало, сын был в полной прострации. Пришлось ждать минут двадцать, прежде чем он пришел в себя, что выглядело немного странно. Помнится, когда он сам встречался с подобным впервые, он скорее испытывал восторг, чем шок…
Ашма
Моя реакция была не очень нормальной для ребенка, но что прикажете делать? Он же блин пошел по дереву черт его побери! Заметив, что отец задумался, понял, что нужно реагировать.
– Папа, ты такой крутой! Я как-то привык думать, что ты практически простой человек, а тут ты мой мир буквально перевернул! Оказывается ты крутой ниндзя! Можешь, блин, по деревьям ходить! И по воде?!
Без всякого притворства переспросил я. А папа, пожав плечами, ответил:
– Ну да, по воде тоже выходит, очень долго тренировался, но в итоге получилось, если бы не знал что это возможно, точно бы сдался. Но это я демонстрировал с другой целью.
Помолчав несколько минут, он продолжил.
–Сейчас ты увидишь то, о чем совсем точно нельзя говорить никому. Основу этого заложил твой дед, а развивал потом я. И, готовясь к рождению ребенка, я разработал особую печать, которую испытали мы с мамой на себе… Помнишь про головные боли что преследовали маму в детстве, мы про них говорили?
–Да, помню отец.
Без промедления ответил я, а папа продолжил:
–Они вернулись, печать, что была нанесена Мино на шею, больше не справлялась, ее тело требовало больше чакры. Я начал ее изучать и больше года разрабатывал печать, что должна была развивать чакросистему и каналы без влияния источника. За основу была взята печать Мины, что могла абсорбировать и очищать природную чакру. А далее я разработал систему команд что ускоряла ток внутри чакросистемы человека, что взаимодействует с этой печатью. Она состоит из редких материалов, но мне повезло набрать работающую комбинацию. Так сначала я спас свою жену. Потом ослабил влияние печати на себя. А после мы завели тебя, все это время я искал способы как бы улучшить ее и сегодня ты начнешь получать от нее пользу.
Закончив, отец выжидающе смотрел на меня. Мне сказать было нечего, я был на грани между ужасом от понимания через что проходили мои родители и эйфорией от понимания, через ЧТО они УСПЕШНО ПРОШЛИ!
Качнувшись, я просто бросился к отцу в объятия. Какие же они у меня замечательные и как мне с ними повезло! Отец похлопал меня по спине.
