— И что за янтарный улей такой? — добавил Ромка.
— Дуат, — вдруг произнес Вирт, и Мила с Ромкой одновременно повернули к нему головы.
— Дуат? — переспросила Мила. — Что это?
— Что-то знакомое из мифологии, — предположил Ромка. — Но не помню откуда.
— Забудь о мифологии, — посоветовал Вирт. — Если упоминается улей и ваша догадка насчет вампиров верна, то речь наверняка идет о Дуате — школе вампиров.
Мила и Ромка какое-то время молча таращились на Вирта.
— Шутишь? — наконец спросил Лапшин. — Школа вампиров? Такая существует?
— Почему это так тебя удивляет? — усмехнулся Вирт. — Существует. У меня нет никаких предположений по поводу того, какое отношение вампиры имеют к пчелам и почему улей янтарный, но, тем не менее, я почти уверен — в этой строчке скрыто указание на Дуат. Это особая школа, где учатся вампиры, обращенные в молодом возрасте. Учителя и директор этой школы — тоже вампиры. Увы, это все, что мне известно. Я побывал там лишь однажды, и это был очень короткий визит.
— А что ты там делал? — не скрывая любопытства, спросил Ромка.
— Меня попросили стать Защитником одного новообращенного вампира, — ответил Вирт. — Но после встречи с ним я отказался браться за это дело.
— Почему?
— Тот молодой вампир был виновен в нападении на людей, и никаких смягчающих обстоятельств у него не было. — Вирт улыбнулся. — А я не берусь защищать тех, кто не достоин моей защиты.
— Принципиально? — иронично спросил Ромка.
— Верно, — невозмутимо ответил Вирт и с ответной иронией добавил: — господин умник.
Ромка недовольно сузил глаза.
— Дурной пример заразителен… — пробормотал он. — Сделай одолжение, не называй меня так.
Вирт вместо ответа неопределенно хмыкнул.
— Постойте-ка, — пробормотала Мила; в ее голове внезапно мелькнуло воспоминание. — Пчела в янтаре…
— Пчела в янтаре? — переспросил Ромка, глядя на Милу в ожидании продолжения. — Ты что-то вспомнила?
— Буквально пару дней назад у меня было видение, — ответила Мила. — Я сразу забыла о нем и только сейчас вспомнила… Оно показалось мне… даже не знаю, как объяснить, но… Обычно мои видения показывают не очень приятные вещи, но это было… — Мила нахмурилась, пытаясь подобрать подходящее слово. — Уютное.
— Уютное? — недоверчиво спросил Ромка. — Что значит…
— Что ты видела? — перебил его Вирт.
Мила озадаченно поморгала и ответила:
— Пчелу в янтаре.
Какое-то время они молча смотрели друг на друга.
— Твои видения, — нарушил молчание Вирт, — они ведь всегда конкретны, верно? Они не бывают абстрактными?
— Нет, — качнула головой Мила. — Видение показывает в точности то, что я должна увидеть своими глазами в будущем.
— Хм.
Вирт задумчиво потер указательным пальцем висок.
— Однако указание Тераса Квита кажется, скорее, иносказательным.
Мила пожала плечами:
— Иносказательное или нет — разберемся на месте.
Вирт осторожно скосил на нее глаза, а Ромка оживился:
— Ты хочешь отправиться в этот Дуат, угадал? — Синие глаза уже горели в предвкушении.
Мила кивнула и с улыбкой повернулась к Вирту.
— Ведь ты же там был и знаешь, где он находится. Значит, сможешь нас туда отвести. Правда?
Вирт помедлил с ответом.
— И что ты собираешься там делать? — вместо этого спросил он.
Мила открыла дневник Тераса на нужной странице и еще раз прочла:
— «Приоткрыть дверь в прошлое Ворантов может… пчела».
Она намеренно не дочитала предложение до конца.
— Нужно найти эту пчелу — вот что я думаю. Ты отведешь меня в это место, Вирт?
— Почему тебя? — возмутился Ромка. — Нас.
Мила не успела поправиться, как Вирт обратился к Лапшину:
— Для тебя это развлечение, господин умник?
Ромка нахмурился.
— Не понимаю, о чем ты. И не надо меня так называть, я просил, кажется.
Вирт, хмыкнув, сдержанно улыбнулся.
— Да, кажется, просил.
Он со вздохом повернулся к Миле и посмотрел ей в глаза. Она затаила дыхание, ожидая ответа и побаиваясь, что Вирт откажет. Хоть он и обещал, что будет помогать во всех поисках, связанных с дневником Тераса, но Мила и сама понимала, что школа, где учились и преподавали вампиры, может быть опасна для людей, пусть даже они маги. Наверняка Вирту не улыбалось вести их в такое место. Однако она сомневалась в нем зря. Вирт на миг прикрыл глаза и твердо заявил:
— Хорошо, мы наведаемся в Дуат.
* * *
Насколько было известно Вирту, занятия в Дуате, школе вампиров, проходили по ночам. В дневное время многие вампиры спали, поэтому было решено, что они втроем отправятся в Дуат ближе к вечеру. Для вылазки выбрали конец недели, пятницу, разумно предположив, что вампиры в этом смысле не слишком отличаются от любых школьников и, скорее всего, не учатся в выходные дни. Это была одна из причин. Что касается второй, то, как оказалось, чтобы попасть в Дуат, им придется выйти во Внешний мир, а значит, на следующий день Мила с Ромкой не смогут успеть вернуться к началу занятий в Думгроте. Вот почему пятница подходила идеально.
В ожидании этого дня Мила решила пока отложить дневник Тераса — будет лучше, если загадки дневника они будут разгадывать последовательно. Чем больше они смогут узнать, тем легче будет разобраться в следующих записях Тераса. Можно только запутаться, заглядывая вперед.
Но Мила не собиралась терять время в бесплодном ожидании. Помимо острого желания разгадать тайны Многолика у нее была еще одна цель — стать сильнее. Поэтому всю неделю она решила больше практиковаться самостоятельно.
В четверг вечером, как и в предыдущие дни, она уединилась в читальном зале среди самых дальних стеллажей с книгами. Сюда меченосцы заглядывали редко — здесь были книги, которыми почти не пользовались. Например, целый стеллаж занимали пособия, в которых описывались редкие виды гадания: по выпавшим зубам, по костям животных, которые были преданы земле в полнолуние, по слюне дракона и так далее. Мила очень сомневалась, что сейчас эти книги кому-то из студентов Думгрота могли бы пригодиться в учебе. Разве что какой-нибудь чудак решит поэкспериментировать от скуки, но насколько было известно Миле, таких чудаков в Львином зеве не водилось.
Сидя прямо на полу, на бурой шкуре, которую Мила умыкнула прямо из-под носа Шипуна, она практиковалась в телекинезе — снимала с помощью взгляда книги с полок и заставляла их переноситься к ней. Сейчас возле нее стояло уже три стопки — в каждой не меньше десятка книг. Она как раз была занята одним фолиантом, который, повинуясь ее воле, уже готов был соскочить с самой высокой полки одного из стеллажей, когда из-за него вдруг вышел Яшка Берман. Мила отвлеклась, и фолиант с громким «бух!» упал на пол.
Яшка от неожиданности замер на месте, ошеломленно моргая и глядя на Милу с открытым ртом.
— Ты меня отвлек, — пояснила Мила, — поэтому я потеряла мысленную связь с книгой и она упала.
Берман, судя по всему, быстро сориентировавшись, шумно выдохнул.
— А, ясно, а я уже подумал… — Не став объяснять, что он подумал, Яшка вместо этого, словно оправдываясь, сказал: — Я сюда пришел за одной книгой… Я не знал, что ты здесь занимаешься, извини.
Мила пожала плечами.
— Почему ты извиняешься? Это же не моя личная комната. Я просто решила здесь немного попрактиковаться.
— А, ну да, — растерянно произнес Яшка.
Он подошел к одной из полок, около минуты перемещался взглядом по корешкам книг и наконец обнаружив, что искал, снял одну из них. Прижав книгу к груди, Яшка направился к проходу между стеллажами. Не глядя ему вслед, Мила бросила беглый взгляд на сектор, к которому подходил Берман. Как она и думала, там были книги по истории магии — наверное, Яшке для очередного реферата понадобилось что-то очень редкое, поскольку ходовых книг по этому предмету здесь не было. Когда Мила еще изучала историю магии, она ни разу не приходила к этому стеллажу.
Заметив краем глаза, что Яшка остановился, Мила повернула голову. Ее брови непроизвольно вскинулись в немом вопросе — Берман переминался на месте, словно хотел что-то сказать или сделать, но не мог решиться.
— Ты чего? — спросила его Мила.
Он вздохнул, сделал шаг в сторону прохода, собираясь уйти, но вместо этого, как будто решившись наконец, подошел к Миле. Когда он сел на пол прямо напротив нее, Мила заметила, что Яшкины уши красные, как малина, словно он в этот момент отчаянно стеснялся.
— Ты… — начал Берман. — Ты в последнее время стала много заниматься одна. Ты ведь… Это… Ну…
— Хочу стать сильнее, — решила помочь ему Мила.
Яшка взглянул на нее расширившимися глазами.
— Я так и думал, — заявил он.
— Что в этом особенного? — спросила Мила, недоумевая, почему у Яшки такое взволнованное выражение лица.
