Она не хотела, чтобы кто-нибудь узнал личность человека, который разрушил её будущее и уничтожил имя. Брат спрашивал тысячу раз. Он поклялся отомстить. Поклялся уничтожить мужчину, который оставил её с ребёнком и исчез. Но Джорджиана отказалась назвать его имя.
В конце концов, не он её опозорил. Она по собственной воле отправилась с ним на сеновал и отдавала отчёт своим действиям. Не Джонатан разрушил её жизнь.
А общество.
Она нарушила их правила, и они её отвергли.
У Джорджианы не было сезона, ей не выпало шанса заслужить почтения. Она и не рассчитывала ничего заслужить, высшее общество выступило в качестве судьи и присяжных. Скандал стал для них весёлой и поучительной историей.
А всё потому, что она пала жертвой другой, красивой и вымышленной истории.
Истории о любви.
Но этот нюанс не волновал общество. Ни её семью, ни друзей. Её отвергли все, кроме брата, герцога, который сам был замешан в скандале, благодаря своей женитьбе, после чего потерял уважение их матери. И общества.
Поэтому она поклялась сделать общество ей обязанным. Она собирала информацию о самых могущественных его членах. Если они обзаводились долгами, которые не могли отдать, Джорджиана без раздумий использовала их, чтобы уничтожить бедолаг. Весь её мир, клуб, деньги, власть, всё было ради одного. Вершить суд над миром, который сторонился её все эти годы. Над миром, который повернулся к ней спиной и оставил ни с чем.
Нет, не правда.
У неё была Кэролайн.
Самый важный человек в её жизни.
– Терпеть не могу, когда она здесь остаётся, – сказала Джорджиана скорее себе, чем Азриэлу. Он хорошо её знал и поэтому не ответил. И всё же Джорджиана привозила Кэролайн в Лондон каждые несколько месяцев. Она говорила себе, что хочет, чтобы дочь общалась с дядей. И кузенами. Но это было неправдой.
Джорджиана привозила Кэролайн в Лондон, потому что не могла вынести пустоты, которую ощущала вдали от дочери. Потому что никогда в жизни она не чувствовала такого удовлетворения, как в тот момент, когда клала руку на спину спящей дочери и чувствовала её дыхание, думала о мечтах и надеждах.
О том, чего у Джорджианы никогда не было, и о том, что она пообещала дать дочери.
"И не мечтаете, что брак по расчёту превратится в брак по любви?"
В голове невольно пронеслись слова того вечера, как будто перед ней снова стоял Дункан Уэст, высокий, красивый, а его светлые волосы падали ему на лоб, моля к ним прикоснуться и откинуть назад. Он обладал опасной привлекательностью, в значительной степени благодаря отменному уму, Уэст слышал больше, чем было сказано, и видел то, что было скрыто. А его порочный голос так идеально улавливал переливы английского языка, ласкал её имя, шептал почтительное обращение, которым она так редко пользовалась.
Ей хотелось слушать его часами.
Она попыталась отогнать эту мысль. У неё не было времени слушать Дункана Уэста. Он благородно предложил ей свою помощь, и больше ей ничего не было нужно. Совершенно.
Больше ей ничего не хотелось.
"Лгунья", – прошептал внутренний голос.
Она проигнорировала укор. Джорджиана снова обратила внимание на дочь. Вспомнив об обещании, которое она дала, чтобы обеспечить ей достойную жизнь. Будущее.
Прошло десять лет со дня зачатия Кэролайн и с того момента, когда Джорджиана сбежала от мира, для которого была рождена. Прошло десять лет с тех пор, как этот самый мир проклял их обеих. И в последующие годы Джорджиана построила свою империю, основываясь на величайшей истине высшего общества: неуязвимых среди его членов нет. Что никому из этих ехидных, беспардонных, ужасных людей не выжить, если раскрыть их секреты.
Она объединила силы с тремя падшими аристократами, которые были сильнее и умнее остальных членов общества, хотя и, несомненно, потеряли репутацию. И отчаянно пытались спрятаться от общества, даже если сами правили балом.
И вместе они действительно им правили. Борн, Кросс, Темпл и Чейз держали на крючке самых влиятельных лондонских аристократов. Обнаружив их тёмные секреты. Их самые сокровенные тайны. Но именно Чейз царствовал над ними отчасти потому, что только Джорджиана никогда не сможет полностью вернуться в общество.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
На ошибки и скандалы мужчин общество закрывало глаза. Титул гарантировал респектабельность даже тем, кто впал в немилость.
Разве она сама это не доказала?
Она выбрала себе партнёров за ошибки, которые они совершили, когда были молоды и глупы. Борн потерял всё своё состояние. Кросс предпочёл жизнь, полную азартных игр и блуда, жизни, полной ответственности. Темпл оказался в постели с невестой отца. Никто из них не заслужил того наказания, которое назначило им общество.
Но все они заново нашли свои места в жизни, став богаче, сильнее и могущественнее.
И обрели любовь.
Она отогнала мысль.
Любовь играла не главную роль. Партнёры нашли новое место в жизни благодаря Джорджиане, которая предоставила им такую возможность. Ей повезло, что, несмотря на все жизненные перипетии, её поддерживал брат, готовый всегда прийти на помощь. Достать любое приглашение. Или обеспечить тылы. Он оказался у неё в долгу.
Благодаря скандалу, который с ней приключился, брат был свободен в выборе жены, а Джорджиане он подарил нечто гораздо более ценное... будущее.
Возможно, общество больше никогда не примет её обратно, но теперь она обладала властью его уничтожить.
В течение многих лет она тщательно планировала свою месть, тот момент, когда она раскроет карты, и все сливки высшего общества поймут, что они никто без неё, без той опозоренной девушки, которую они изгнали.
Вот только она не могла себе этого позволить.
Как не противно признавать, она в них нуждалась.
Не только они.
Но и она тоже.
Перед глазами встало красивое лицо Уэста, та сила, которую он излучал, и его ленивая улыбка. Этот мужчина был слишком самонадеян для своего же собственного блага. И эта самонадеянность притягивала.
Но ей требовался абсолютно другой мужчина. Уэст совершенно ей не подходил. Без титула, без благородного происхождения, появился неизвестно откуда, а в обществе его приняли только благодаря неприличному богатству. Боже, Уэст строил карьеру. Просто чудо, что его пускали на эту сторону Риджент-стрит.
Она нуждалась в его помощи по одной единственной причине.
Обеспечить Кэролайн будущим.
Дверь за спиной Азриэла распахнулась, и появилась её дочь, освещённая сзади множеством пылающих свечей.
– Мне показалось, что я услышала твой голос.
– Почему ты не спишь?
Кэролайн помахала книжкой в красной кожаной обложке.
– Не могу. Бедная женщина! Муж заставляет её пить вино из черепа собственного отца!
Глаза Азриэла удивлённо расширились.
Кэролайн повернулась к охраннику.
– Вот и я о том же. Неудивительно, что её призрак не покидает того места. Хотя, честно говоря, будь я на её месте, то хотела бы оказаться как можно дальше оттуда.
Джорджиана выхватила книгу из рук Кэролайн.
– Я думаю, для чтения перед сном, лучше подыскать что-нибудь более подходящее, чем, – она прочитала название: – "Призраки замка Теодорико", не находишь?
– Чтобы ты предложила?
– Наверняка где-нибудь завалялась книга детских стихов?
Кэролайн закатила глаза.
– Я не ребёнок.
– Конечно, нет. – Джорджиана знала, что спорить бесполезно. – Роман? Где есть рыцарь на белом коне, сверкающий замок и счастливый конец?
Кэролайн перестала закатывать глаза и посмотрела на Джорджиану.
– Я не узнаю, есть ли в этой книги счастливый конец, пока не дочитаю. Но в ней есть романтика.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Джорджиана приподняла бровь.
– Муж не производит на меня впечатления благородного героя.
Каролина махнула рукой.
– О, конечно, я не про него. Он настоящий монстр. Там есть ещё один призрак. Который появился в замке двести лет назад, и они с героиней влюблены друг в друга.
