— Не люблю рестораны. — Я была опустошена, а в голове все еще звучали обрывки его фраз.
— Тогда мы могли бы сходить куда ты сама захочешь, — он с надеждой смотрел на меня, словно искал прощения.
— Давай поговорим об этом завтра? — я вымученно улыбнулась, стараясь не смотреть на него.
— Конечно.
Закрыв за собой дверь квартиры, я медленно опустилась на пол и разревелась. Хотела ненавидеть его за жестокость, но принимала честность. Хотела забыть совсем, но не готова была отпустить единственные воспоминания о самых невероятных эмоциях своей жизни. Пыталась не любить, но это было выше моих сил и возможностей.
Для кого-то сон это лекарство, а для меня — очередная пытка, в которой переживаю все возможные кошмары. Лишь под утро смогла уснуть и не просыпаться каждые пятнадцать минут, выкрикивая имя Павла.
Почему мы такие странные? Я знала наперед, что встречи с ним принесут мне страдание и боль, но упорно искала их, питая странную глупую надежду. И даже сейчас, будучи разбитой, находила для себя миллионы оправданий и тысячи знаков, которые давали мне все ту же чертову надежду, убеждали меня, что надо бороться за любовь. За чью любовь? Ведь есть только мои чувства и желания, а он так открыто говорит, что не чувствует того же! Но при этом так нежно меня целует…
Глава 5
Не находя себе места, я бродила по квартире. Как поступить правильно? Остановиться, как он просил, или хоть раз перестать думать логически? Мы разные, да! Понимаю все головой, но как отказаться от стремлений души, не знаю. Много просмотрено мелодрам и прочитано любовных романов, но неужели в реальности существуют такие сильные женщины, готовые добровольно, по собственной инициативе обречь себя на страдания и пустоту? Сейчас смешно думать, какими правильными казались повороты сюжетов и поступки героев. Только происходящее — не книга с известным концом, это моя жизнь.
— Ириша, привет! — Я больше не могла выносить переживания в одиночку, надо было отвлечься. — Чем занимаешься?
— Хел! Привет. Ничем не занимаюсь, копаюсь в Инстаграме, — засмеялась подруга.
— Поговори со мной… — мой голос предательски дрогнул.
— Зайка, что случилось?! Я сейчас же к тебе приеду!
— Нет, не надо приезжать! — Я поспешила отговорить Ирку, представив себе, как она будет гнать машину через весь город, чтобы быстрее оказаться у меня. — Просто небольшое нервное потрясение. Вот поболтаю с тобой, и все сразу пройдет!
— Что за глупости ты говоришь? Ставь чайник, я уже в пути! — сказав, отключилась, лишая меня возможности убедить ее в обратном.
Бросив мобильный на диван, я чертыхнулась на свою импульсивность. Надо было осторожно поговорить, и все. Что на меня нашло?!
— Ну? И что за вид у тебя? — Ирка по-хозяйски влетела в квартиру через тридцать минут и небрежно бросила пуховик в прихожей.
В лучших традициях «мыльного» сериала я рассказала ей все: что волнует и пугает, что ощущаю и чего хочу.
— Так! Для начала успокойся, — подруга крепко обняла меня. — Ничего плохого с тобой не происходит. Все ужасное лишь в твоей голове. Иди-ка умойся, а то позвонит твой красавчик, а у тебя вид, словно по тебе каток проехал.
Ничего не оставалось, кроме как послушно выполнить все указания Ирки, все еще всхлипывая и злясь за свою несдержанность и слезливость.
— Вот так-то лучше, — улыбнулась подруга и протянула мне кружку с чаем.
— Может, у меня «пмс», Ир? — решила я разрядить ситуацию.
— У тебя любовь, подруга! И, честно сказать, я рада. — Она откинулась на спинку дивана и вытянула ноги.
— Чему тут радоваться? Он не испытывает ко мне тех же чувств… — Горячая кружка обжигала пальцы, и я поспешно поставила ее на журнальный столик.
— Тихо-тихо! Не начинай. Ты большая девочка и знаешь, что бывает разная любовь. Ты встретила безответную. Случается и такое. Тебе решать — принять ее или оставить в прошлом. На мой взгляд, он не совсем безразлично относится к тебе. Возможно, ты ему нравишься, а это уже хорошо, — рассуждала подруга, следя за мной глазами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я не знаю, как поступить правильно. Разум точно знает, что надо все закончить сейчас и больше не возвращаться к этому. Но моя душа просто погибает от одной мысли, что я никогда больше…
— Ох ты ж, боже мой! Прекращаем плакать, настраиваемся на позитив! — Подруга протянула мне бумажные салфетки, которые давно стояли на подлокотнике дивана. — Я никогда не давала тебе советов, роднуль… Но, если позволишь, в этот раз я изменю своим принципам.
Ирка помолчала пару минут, пережидая мой очередной поток слез и всплеск эмоций. Гладила по плечу, а в ее внимательных глазах я видела поддержку и сочувствие.
— Хел, ты всегда отличалась рациональностью и умением быстро закрывать двери в прошлое. И я понимала, что, окутывая себя страхами и принципами, ты старалась отгородиться от ошибок, которых не смогли избежать многие, и я в том числе. Сейчас понимаю, что ни одного мальчика ты не любила, хотя и шансов им не давала, как и себе. И вот ты встретила любовь, о которой мечтала всегда. Так что ты делаешь? Зачем сопротивляешься? — ее голос звучал мягко, с любовью.
— Ира, я не о такой любви мечтала. Уж точно не однобокой… — вздохнула я, комкая в руках салфетку.
— Да какая бы она ни была, зайка, это любовь. Твоя любовь. Ты думаешь, я жалею о том, что было со мной до замужества? Нет! Я бы никогда не смогла оценить и полюбить своего мужа, не будь у меня ошибок. Ты застряла в прошлом, в котором ничего нет, кроме твоих вымышленных страхов и девичьих фантазий. А жизнь идет.
— Я не отказываюсь от своей любви, это попросту невозможно. Я не знаю, что делать, как поступить правильно? — Понять сказанное просто, но сделать…
— Нет никакого «правильно», Хел. Ты либо даешь шанс своей любви и играешь полностью по ее правилам, либо отказываешься от нее и потом сожалеешь об этом всю жизнь.
— До сих пор я не сожалела ни о чем, — прогундосила я обиженно и сделала глоток чуть остывшего чая.
— До сих пор ты не любила никого, — передразнила меня Ирка.
— Очень остроумно… — укоризненно покачала я головой, но не обиделась.
— Вот скажи мне, что ты потеряешь, если дашь волю чувствам и отпустишь ситуацию? Пусть все идет, как задумано свыше! Люби и не думай о плохом. Плакать и жалеть себя будешь потом.
— Я могу потерять… себя. — Я упорно пыталась найти ответ на вопрос Ирки, но его не было.
— Если под «собой» ты подразумеваешь «девственность», то уж, прости меня за прямоту, с ней давно пора попрощаться. — Я аж задохнулась от такой прямолинейности.
— Ирка!
— Что «Ирка»? Ты хотела чего-то особенного? Вот тебе шанс. Или этот твой Павел тоже недостоин? — Подруга развела руки в стороны ладонями вверх, усиливая свой вопрос.
— Давай не будем говорить об этом? — Умеет она вывернуть все наизнанку. Хотелось притормозить, а то разговор грозил перерасти в настоящий мозговой штурм.
— Почему же? Вот и подтверждение — живешь в своих детских иллюзиях. — Ирка внимательно посмотрела на меня. — Иди до конца, слышишь? И ничего не бойся.
— Ладно… Давай уже закончим лекцию, — скривилась я, прячась за кружкой.
— Ну что? Покажешь своего возлюбленного? — Подруга, как обычно, быстро переключилась, отвлекая меня от лишних раздумий. Всегда знала, что она необычайно мудрая и терпеливая.
Поставив перед собой ноутбук, я открыла фотографии Павла. Почему-то стало важно получить ее оценку. Одобрение, что ли…
— Ого! Я бы ему отдалась. Сразу и без прелюдии, — это была высшая оценка внешности мужчины с ее стороны. — Так что, если решишь уйти в монастырь, отправь мне его номер телефона.
— А если мыслить категориями вечного и прекрасного? — Я ждала ее мнения об иной стороне Павла.
— Красивый мужчина. Избалован вниманием, что понятно при его статусе и внешности. Взгляд на многих фото откровенно надменный. Но что-то в нем есть неуловимое и странное…
Ирка попала в точку. Только я, в отличие от подруги, знала эту странность, хоть объяснить не могла.
