прифигел, затем заявил, что в шутку может на меня дело состряпать. При кореше моем лепшем Генке наш заклад и разбили. Через две недели пришлось майору привезти на дачу ящик коньяка. Нет ничего! Бумаги не сохранились, свидетели далече, сроки прошли. Вот так и делались в лихих девяностых состояния. Ну или хотя бы удавалось схомячить на относительно нормальную жизнь.
Сейчас же… А вот здесь надо крепко подумать! Жизнь впереди, если судьба не врет, длинная. Старых концов надолго не хватит. Слишком стремительно все меняется. Даже непонятно какая из профессий будет востребована. В офисное рабство точно не хочу. Производство? Надо подумать. Левый заработок на грани закона? Тоже стоит осмысления. Хм, а выбора то на самом деле не так и много. Миллионы просто ниоткуда не валятся. Это на обычное прожитье и хотелки заработать стало проще. Другое дело, что величина хотелок иная.
А чем, вообще, живет молодое поколение? Поспрашать что ли Наташку? Хотя нет. У нее иной случай, да и не москвичка она. Хотелки другие, пусть и похожие. Тоже зависла в смартфоне. Слух у нее чуткий, а перевоплощаться мгновенно она умеет. Это не отнимешь. Актриса!
— Наташ?
— А?
— А если тебя, кто замуж позовет, то пойдешь? Или будешь ждать окончания учебы?
Мой каверзный и откровенно издевательский вопрос застает девушку врасплох. Все-таки опыта жизни еще не хватает. Куда и делась напускная раскованность? Наташа неуверенно спрашивает
— Это ты мне, что ли предлагаешь?
— Вот еще! Я жениться пока не собираюсь, а для траха девок полно.
Не ожидала такой откровенности, но собралась и ответила.
— Я тоже пока не тороплюсь. Хочется пожить для себя любимой.
— И сделать карьеру?
— Само собой!
Заметно, что она не лукавит. Давно продумывала ситуацию.
— А если любовь?
— Угу, любовь зла, полюбишь и козла?
— Девушки частенько ведутся на проблемных альфачей.
— Странно такое слышать от омежки.
А вот это было неприятно. Слог незнакомый, но смысл улавливается. Но не обижаюсь.
— Я так похож на ботана?
Вот тут шаблон поломался. Видимо, проведенное вместе время или необычность моих суждений так повлияло, но Наталья ответила нешаблонно.
— Я бы так не сказала. С виду да. Но ведешь себя иначе. Как будто есть в тебе нечто такое… Я даже не знаю. Когда тебе совсем хреново было, ты вел себя, как мужчина. Не плакался, сжимал зубы и гнул свою линию. Будь собой, Никита. Стань им поскорей. На таких парней девушки также ведутся. Им нравятся сильные личности. Например, те, кто уходят жить от навязчивой мамочки к деду.
Я глянул на девушку по-другому. А она умная не по годам. Нелегкая судьба заставила? Очень может быть.
Человек на самом деле никогда не хочет взрослеть. Обстоятельства заставляют. Иногда врасплох. Нынешней молодежи такое позволено лет до тридцати. И не скажу, что это сильно плохо. Старческий бубнёж — «А вот мы в их время. Вот в старину в шестнадцать замуж выдавали» — это безмозглая хрень. Вы чего, олдфаги? Цивилизация за сто лет поменялась кардинально! Какие замуж? Люди стали тупо жить дольше, продлили себе работоспособный возраст, репродуктивный. Стародящие — это не под тридцать, а уже за сорок.
Таблетки, витамины, йога, здоровое питание, которое раньше, и короли не могли себе позволить. Богачи проводят дорогостоящие процедуры черт знает за сколько бабок! Выглядят прекрасно! Уровень «высокой медицины» вы можете увидеть в некрологах миллиардеров. Они все, говнюки такие, живучие? За девяносто….
— Спасибо, попробую. Я, вообще, после этого дурацкого падения взгляды здорово поменял. Правильно дед говорил, дурью мы маемся. Много за так досталось. Извини, это я не о тебе?
— Да не за что! Приходите за плюшками еще! — девушка развеселилась. Тут я её и подловил.
— Слушай, Наташк, а если стану тем, кто другой, ты со мной на свидание с продолжением пойдешь? Хата теперь моя.
Искреннее возмущение, переходящее в интерес, что застыл в глазах девушки. Тысяча чертей, как она умна и умеет владеть собой. Берегитесь мужики!
— А ты нахал, Никита. Как я в тебе это сразу не разглядела. Далеко пойдешь.
— Штаны порвешь.
Через пару секунд мы хохотали вдвоем. Так громко, что проморгали приход Вадима Петровича. В этот раз он был не один. Мимолетно скользнул взглядом по вскочившей разом Наталье и остановился на мне.
— Ну что ж, молодой человек. Вижу, присутствие молодой барышни пошло вам на пользу. Положительная динамика на лицо. Так что не смею вас задерживать. Завтра утром на выписку.
— Чего не сегодня.
Врач глянул на дорогие часы:
— Поздно, оформить не успеем. Я сейчас позвоню твоей маме. Наталья, дежуришь до утра и возьмешь два отгула.
— Спасибо, Вадим Петрович.
— Да не за что! Результат есть. А вам, Никита, советую больше к нам не попадать. Во всяком случае в ближайшие тридцать лет.
— Спасибо!
Глава 8
Ростик. Август 1973 год. Зареченск. Знание-сила!
— Как себя чувствует, больной? — голос у сестрички озорной, глаза горят. С чего бы это? Алька бухается рядом на кушетку и берет в руки газеты, затем заливисто смеется. — Нет, ты определенно головой ударился. Кто же это читает?
— Я! — с недовольным видом отбираю газеты. — Мне подготовиться нужно к школе в политическом плане.
— Поняла. Стал комсомольцем и решил карьеру сделать? Кто подсказал или сам додумался?
Глаза у Альки стали хитрющими, а я понимаю, что только что прикоснулся к некоему сакральному внутреннему распорядку жизни Союза.
«И все-таки комсомолец!»
— Типа того. Зря смеешься. Мне очки для поступления нужны.
Сестричка враз посерьезнела:
— Правильно и делаешь. Проведешь пару политинформаций, и тебя тут же заметят. Активных комсомольцев всегда не хватает. Что тебя интересует?
Задумываюсь, как лучше обставить мои делишки.
— Руководство КПСС и его последние решения. Плаваю в этом вопросе.
— Немудрено! Их там так много. Я сейчас.
Алька исчезает, но быстро появляется с какими-то брошюрами в руках.
— Это что?
— Здесь решения последнего пленума ЦК КПСС. Можешь смело по нему первую политинформацию провести. Следующий не раньше осени будет. Здесь список членов Политбюро, дальше Совета Министров СССР. Вдруг пригодится. Мне это на лекции в области втюхали. Скукота!
— Спасибо.
В дверях появилась мама.
— Молодежь, идите кушать.
Как говаривал дед — война войной, но обед по расписанию! И в
