расклад опасным, то сейчас ей было настолько радостно, что стало всё равно.
Она отчаянно отбрасывала от себя мысль, что идет бродить по незнакомым местам с мальчишкой, который не способен ни на что, кроме как копошиться в земле. Вряд ли он владеет достаточной силой телекинеза: слишком худощавый и слабосильный. Если им встретятся опасные личности, Мию никто не защитит, кроме неё самой.
В последние дни молодая женщина периодически разглядывала изящную шею мальчишки, мелькавшую в вороте его костюма, и думала о том, что его было бы неплохо откормить. Всё-таки он крайне молод, и, возможно, сможет обрести более крепкую стать…
Терен уже ждал за воротами.
Одетый в иширские черные джинсы и такого же цвета куртку, он уже не казался очевидным представителем зоннёнов. Волосы перехвачены шнурком, потрепанная сумка через плечо, на лице озорная улыбка – точь-в-точь иширец не самого высокого статуса.
Мия улыбнулась в ответ. Чувствуя отчего-то глубокое волнение, она всеми силами держала ментальные щиты, чтобы не выдать его.
- Тебе идет... -пробормотал парень, игриво разглядывая её фигуру, затянутую в штаны. – Мы выглядим с тобой, как настоящая парочка!
Мия вздрогнула, и улыбка медленно сползла с её лица.
Терен как будто ничего не заметил и, схватив молодую женщину под руку, повел за собой по узкой гладкой дороге, лентой убегающей вдаль. На горизонте сиял огнями многонациональный городок.
Намёк на романтику Мию откровенно смутил.
Нет, только не это! Никаких романтических отношений! Иначе всему конец!! Он её вполне устраивает, как хороший добрый друг!!!
Терен начал без умолку болтать, впрочем, как обычно, Он уделял внимание каждому дереву, мимо которого они шли прямиком по дороге, и рассказывал о нём всю его подноготную: название, примерный возраст, особенности и значимость. Эти разговоры Мию наконец-то отвлекли, и она с удовольствием погрузилась в мир Терена – это тот, в котором растениям уделено весьма значительное место.
- У тебя есть родственники? – вопрос Мии прозвучал несколько неожиданно и даже неуместно посреди этого всего, так что Терен тут же потерял нить повествования и немного растерянно повернул к ней лицо. Помрачнел.
- Они все погибли… - проговорил он. – Мама и её сестры с моими племянниками – они умерли…
Сердце Мии сжалось: настолько горько прозвучали его слова. Ей захотелось как-то проявить сострадание, поэтому она сжала его руку покрепче. А молодой человек вдруг обнял её за плечи и бочком привлёк к себе.
Зоннёнка вздрогнула от неожиданности и лёгкого испуга, но из-за трагичности только что прозвучавших воспоминаний не решились отстраниться. Кожу ей начало жутко жечь в тех местах, где соприкасались их тела. Жгло не физически, а словно изнутри, вызывая целые толпы волнительных мурашек.
Снова, снова тело предаёт её!
Не выдержала и аккуратно отодвинулась, хотя сердце колотилось от безумного волнения и даже предвкушения. Нет, рассматривать Терена, как мужчину она не будет ни за что!
Ему тридцать семь, всего тридцать семь против ее тринадцати тысяч!!!
Успокойся, глупая!
До мужчины ему очень далеко…
Глава 14. Переосмыслить прошлое
Город был застроен высокими домами, поблёскивающими на солнце глянцевыми поверхностями огромных стеклянных окон. Чистые широкие улицы были заполнены разношерстным народом, а вдоль улиц пестрела многочисленная реклама в обрамлении голограмм и огней.
Воздух был наполнен гомоном голосов и звуками жужжащих двигателей. Мия с интересом рассматривала небо с проносящимися по нему черными точками флайкаров и миникораблей.
В городе пахло раскаленным металлом и едой, и чувствительное обоняние зоннёнки немного страдало. Звуки не так донимали, хотя визг машин, мчащихся по главным улицам, иногда бил по ушам.
Как ни странно, но её успокаивал тихий звук шуршащих кроссовок по тротуару – это рядом шел сияющий Терен, аккуратно поддерживающий Мию за руку при каждом встречающемся впереди препятствии.
Если бы зоннёнка оказалась здесь в одиночестве, то чувствовала бы себя отвратительно. Такое обилие незнакомых существ очевидно низшего сословия её откровенно напрягало. Она даже порадовалась, что где-то недалеко должны были слоняться её телохранительницы. Ведь на Терена в плане защиты надежды нет…
Впрочем, видимость этой защиты он создавал всё равно отменную. Его аккуратные прикосновения к спине или к плечу окутывали ощущением комфорта и расслабляли даже посреди многотысячной толпы.
Когда же они вынырнули из потока, свернув в более узкую улочку, Мия почувствовала облегчение. Здесь пешеходов сновало значительно меньше, и можно было спокойно гулять, рассматривая непривычные глазу постройки. Молодая женщина с легкостью читала надписи на всех вывесках: за последние несколько лет она основательно выучила иширский, цвиннский и лирийский языки.
В какой-то миг Терен схватил её запястье и аккуратно потянул за собой. Они поспешно вошли в небольшое уютное кафе, окутавшее посетителей приятным ароматом кофе и корицы.
Мия почувствовала дрожь удовольствия. Этот иширский напиток она успела полюбить, и на Мироане он считался деликатесом.
Терен усадил её за круглый столик и поспешил навстречу официантке, чтобы поскорее озвучить свой заказ.
Мия огляделась.
Хозяин кафе скорее всего был иширцем. Только они любили устраивать из интерьера такой безумный коктейль красок. Пол был белым, а стены темно-коричневыми с большими белыми пятнами. Зеркальный потолок подсвечивался множествам ярких ламп. Мебель была сделана из плотного белого пластика, но стулья отчего-то оказались черными, как ночь.
А еще на стенах висели картины. В них преобладали такие же цвета – черный, белый, коричневый, но иногда встречались и яркие контрастные пятна – красный, ярко-зеленый, голубой…
В общем, от всего этого буйства рябило в глазах.
Мия снова перевела взгляд на Терена, подробно описывающего заказ миленькой официантке. Держался он уверенно, значит, был завсегдатаем подобных заведений. Что ж, судя по всему, жизнь помотала его основательно, хотя прожил он всего каких-то тридцать семь лет…
Ей снова стало его ужасно жаль.
Мия даже почувствовала сожаление, что уже не может участвовать в общественной деятельности зоннёнского общества. Она бы усилила отток средств в фонды, чтобы больше никто из её народа не знал нужды…
Выдохнула.
Воспоминание о Мироане не принесло привычной боли о собственной судьбе. Мия изумленно всмотрелась в душу и поняла, что начала оценивать последние события своей жизни немного под другим углом.
Молодая женщина вдруг осознала, что была довольно-таки эгоцентричной и зацикленной на себе. Пытаясь быть совершенством в глазах окружающих, Мия требовала особого отношения с своей персоне, а когда не получала, начинала смертельно страдать. Ей казалось, что её оскорбляют, что её ни во что не ставят, в частности, Арраэх… И она ответила ему своей дерзкой изменой!
Мия побледнела, вдруг ощутив, что месть
