десяти минут… Но мне безумно понравилось ощущение легкой тряски, будто я впервые села на железного зверя. Давно у меня не было подобной эйфории!
В гнетущей тишине мы зашли в библиотеку. От утренней проделки меня вдруг резко охватил стыд, и я старалась не пересекаться взглядом с Бесом. А парень выглядел вполне себе безразлично, даже слишком спокойным после того, что случилось.
Ещё утром я была так зла на него! Особенно, когда увидела эти комментарии под видео с моим вымокшим до нити позором. Я сама подошла к Тиму за помощью, и не долго думая, он предложил маленькую шалость. Для этого нам всего лишь понадобилось зерно или что-то питательное для птиц. Мы удивительно быстро купили в ближайшем супермаркете пшеницу и воду.
Мне пришлось уйти за минуту до звонка, а Тимоша остался и заверил, что пришлет фотографию. И он прислал. Предварительно облив байк Беса водой, мы обсыпали его пшеницей, и уже спустя пять минут пары на фотографии с байком участвовало с десяток голубей. Тимофей умудрился даже видео заснять, когда я творю нечто подобное с байком Бессонова, и отправил несколько фоток, которые я сохранила себе в галерею.
Боюсь представить, что представлял собой мотоцикл Беса до чистки на СТО…
Конечно, эта месть могла быть тихой и почти невинной, но я оставила открытку, чтобы у Бессонова не было сомнений, кто именно ему подпортил байк.
«Тебе следовало извиниться передо мной, когда была возможность» — написала я, прежде чем поторопиться на пару. Но ведь я была права! Бессонов заставил меня извиниться, что облила его жидкой алкогольной дрянью, но он даже не пытался извиниться или сделать виноватый вид, когда практически назвал меня шлюхой!
Мы сели за стол, ближе к окну, и Бес включил компьютер. Я достала из рюкзака книгу, тетрадь по предмету и свой блокнот. Бессонов залез на стол, и взяв наушники, заткнул ими уши. Я удивленно осмотрела парня, услышав дикую громкость музыки какой-то рок-группы.
Что за..?
— Бессонов, ты что делаешь? — обескуражено спросила я парня, и зная, что он не слышит, всё равно не смогла сдержать своего возмущения.
Поднявшись, я встала перед ним. Бес поднял свой взгляд, несколько угрюмо осмотрел мою футболку с надписью на моей груди «нарушитель» и снова опустил глаза на телефон, листая новости Твиттера.
Самоуверенный, высокомерный, наглый, дерзкий, эгоистичный… Ух!
Не выдержав такого явного игнорирования, я протянула руку и дернула за провод наушников, один из них выскользнул из его уха. Он медленно поднял голову, уставившись в мои глаза, кинув взгляд из-под бровей, как демон.
— Мы встретились для того, чтобы делать курсовую, а не для твоего представления, — несколько рассержено высказалась я, расценивая его поведение как баловство.
— Для тебя этот курсовой важен. Для меня — нет. Почему бы тебе его самой не написать, а я, так уж и быть, внесу правки? — беззаботно пожал плечами парень, вынудив меня растеряно открыть рот.
— Моя работа не нуждается в твоих правках, — возмутилась я.
— А это уже, с какой стороны посмотреть, Лиса. На экономике ты не решила довольно легкую задачу, кто знает, через сколько «и», ты напишешь слово администрирование, — он едва не плескался ядом.
Бес и сам понимает, что сегодня преподавательница была излишне строга ко мне и хотела осадить, используя свои полномочия. Но парень настроен против меня, решив перейти во вражеский лагерь. Ну, конечно… Кое-кто просто бесится!
— Я не стану извиняться за твой байк, ясно? — вдруг слетело с моего языка. Конечно же я понимала, почему он мне грубит. Что его ещё может так сильно волновать кроме себя и своих вещей?
— Ты не должна извиняться за то, что не сделала своими руками, Лиса. Даже для таких шалостей ты слишком… — он запнулся, а я сощурилась, ожидая то самое слово, которое он подберет лично для меня. — Трусливая. К тому же попросту глупа, чтобы усвоить очевидное — ты не моего уровня для подобных шалостей.
Я отстранилась от него, почувствовав с каким холодом он на меня смотрел и как осуждал. Ну, хорошо! Не твоего уровня? Трусливая? Не могу усвоить очевидного?
— Интересно, чтобы ты скажешь на это, — я с ликованием достаю свой телефон и найдя видео в галереи, поворачиваю экран телефона к Бесу. — Не узнаешь?
— Значит, всё-таки Тимофей Фирташ, — он невозмутимо смотрит на видео, но почти не моргает, внимательно всматриваясь в каждый кадр.
— Не называй меня трусихой, Бессонов. Ты не знаешь, на что я способна. Слышал выражение: в тихом омуте черти водятся… — я почти ойкнула, когда Бес спрыгнул со стола, вцепившись в моё запястье руки, в которой я держу телефон. От неожиданности я отошла назад, задев бедром стул.
— Лиса, у тебя быстрее сердце встанет от страха, если я к тебе подойду ближе. Так что давай ты займешься делом, и не будешь напрягать мой мозг, ладно? — грубо огрызнулся Бес. — И насчёт этого… — он забирает мой телефон, теперь уже мне показывая воспроизведенное видео. — Фирташ против меня, и я уверен, что твоя выходка — это его подстрекательства. Ты плохо разбираешься в людях Лиса, если считаешь этого идиота своим другом. А теперь напряги свои извилины и садить за курсовую. Вернусь через час, — он всунул телефон мне в руку, и развернувшись, ленивой походкой направился к выходу.
Он совсем считает меня бесхребетной трусихой?
— Ты не проверил этого! — в сердцах выкрикиваю я, с удовольствием отметив, как он остановился, едва не споткнувшись. Бес явно не ожидал моего слова вдогонку. — Не проверил, на самом ли деле встанет моё сердце от страха к тебе, — более конкретно уточняю я.
Кирилл Бессонов оборачивается и есть что-то в этом угрожающее.
Не знаю, о чём он думает, но у него взгляд стал заинтересованным. Он возвращается тяжелыми шагами и идет с такой настойчивостью, что я едва смогла удержать свои ноги на месте, а не отшатнуться в сторону. Аура Беса перенасыщена угрозой, и несколько насторожила меня своей агрессией.
Он остановился так близко, что носки наших кроссовок соприкоснулись, а его дыхание опалило моё лицо.
Моё тело хотело отпрыгнуть от парня, как тот самый магнит, который отталкивается от идентичной стороны второй половинки, но я довольно упряма, чтобы признать себя трусихой. Моё сердце не остановилось от близкого контакта с Бессоновым… Всё случилось наоборот — сердце как бешеное намеревалось вырваться из моей груди.
Я смотрела в его глаза, пока он смотрел на меня. Его глаза могли заворожить, но Бес точно старался порезать меня таким острым взглядом.
— Что, не нравится, когда я
