Виктор, а сам подумал: «Пора прекращать этот трёп и ложиться спать. Да, неоднозначный типок оказался этот Николас. Точно, казачок засланный».
— Нет, нет, конечно. Соблюдать закон — это важно. — Николас поднял обе руки вверх. — Предложение такое. В одной глухой деревне живёт семья пожилых людей, которым я обязан. Нет, я скорее чувствую вину перед ними. — Он сделал паузу, убедился, что Виктор слушает, и продолжил: — Они живут очень бедно и, если бы вы могли как-то помочь им, может, материально, или, ну я не знаю, съездите к ним, посмотрите, что можно сделать, чтобы улучшить их жизнь. Они живут в глуши, в старом доме. Детей у них нет. А я бы вас отблагодарил, заплатил бы хорошо, вы же как раз работу искали. Сам я этого сделать, к сожалению, не могу. Они от меня ничего не примут.
— Какое-то необычное предложение. — Виктор задумался. — Материально мне бы кто помог, да и, честно говоря, сиделка из меня не очень.
— Что вы, какая сиделка?! Это муж с женой, они нестарые и вполне самостоятельные. Им, наверное, лет по шестьдесят пять, просто, как и многие пенсионеры, живут очень скромно.
— Тогда давайте немного конкретней, расскажите, чего, где, сколько. — Виктору не очень нравилась вся эта идея, но было уже просто интересно, что там ещё расскажет этот необычный сосед.
— Да всё просто, — оживился Николас. Он вырвал из блокнота лист с написанным адресом и именами. Затем подумал и, ещё что-то дописав на обратной стороне, протянул листок Виктору. — Это вот адрес моих знакомых в деревне, а вот это — координаты другого места. Там есть старый заброшенный дом. Ни на каких картах он даже не обозначен, так что найти непросто, но по GPS-навигатору несложно. Вот на рисунке есть схема.
— Как-то всё необычно. — Виктор взял в руки листок, с одной стороны весь изрисованный дорогами, реками, где также были обозначены названия деревень. С другой стороны был написан адрес, имена людей, рисунок со стрелками и ещё много чего неразборчиво, на незнакомом иностранном языке.
— Это пахнет несусветной интригой. — Он даже слегка поморщился, так уж всё это нелепо выглядело.
Но, похоже, Николаса нисколько не смутил явно недоверчивый настрой Виктора, и он продолжил:
— В этом доме я не был почти двадцать лет и не знаю, что там сейчас, но тогда я спрятал в погребе, что под домом, ящик. Закопал его так, что даже если кто-то был там, то он бы его не нашёл. На листочке, что я вам дал, есть схема, где он находится. Вы разберётесь. Там есть всё, что нужно. Просто сделайте так, чтобы им было комфортно.
— А что там, клад, что ли? — спросил Виктор с явным сарказмом в голосе.
— Да, в некотором роде клад. Вы всё увидите. — Николас загадочно улыбнулся. — Просто поверьте мне.
— Как-то с трудом верится. — Ярскому абсолютно не нравилась вся эта затея. — Вы знаете, я, пожалуй, пас, — сказал он.
Это ничуть не удивило его собеседника, он даже, казалось, обрадовался такому недоверию со стороны Виктора.
— Хорошо, давайте так: если я сейчас смогу вас удивить, вы пообещаете подумать над моим предложением.
— Не вопрос, подумать я и так обещаю. Такого мне ещё никто не предлагал. Даже интересно.
— Хорошо, — сказал Николас. — У вас есть мелочь?
— Что?
— Ну, мелочь, там два рубля или пять?
Виктор порылся в карманах и, достав несколько монеток, положил их на стол.
— Вот эту оставьте, остальные уберите, — показал на пятирублевую монетку Николас.
— Вы знакомы немного с физикой, Виктор?
— Да, немного знаком.
— Тогда слушайте. Многие знают, что эта монетка сделана из медно-никелевого сплава, весит около шести грамм, ну и т. д. — Он посмотрел вопросительно на Виктора, и тот кивнул.
— Итак, если копнуть глубже, то мы понимаем, что металл состоит из молекулярной сетки, которая в свою очередь состоит из атомов, вокруг которых вращаются электроны, протоны и ещё бог знает что. Мы также знаем, что расстояние между всеми этими частицами, по сравнению с их размерами, просто огромное. А раз так, то фактически на столе лежит не монетка, а девяносто девять — запятая и много девяток — процентов пустоты и только мизерная часть вещества, которое держится одним куском благодаря силе магнетизма, которую создают все эти крошечные частицы. Вы ловите?
— Да, конечно, — улыбнулся Виктор. — Только не могу пока связать это с вашим предложением сходить туда, не знаю куда, и принести то, не знаю что, и, кстати, тому, не знаю кому.
— Человеческие возможности абсолютно безграничны, — не обращая внимания на сарказм, продолжал Николас. — Вы даже не представляете, насколько. Иисус ходил по воде, воскрешал мёртвых, он говорил, что все могут делать то же самое.
— Ну, это же легенды, не более, — усмехнулся Виктор.
— Ничуть! И я вам сейчас это докажу. Возьмите монетку в руки и попробуйте, ну, скажем, попробуйте согнуть её.
— Это очень сложно, — улыбнулся Виктор. — Имея силу, можно согнуть чуть-чуть, и то, если перед этим её несколько раз нагревать и остужать.
— По вере вашей вам дано будет, — сказал Николас. — Следите внимательно.
Он взял монетку большим и указательным пальцами за край, поднял её так, что она оказалась прямо у Виктора перед лицом и широко улыбнулся. Тот думал, что Николас будет показывать свою сноровку. Однажды он видел как здоровенный мужик сгибал монетку. Долго пыхтел, напрягая всю свою силищу, мял и мял этот кусок железа толстыми пальцами. В результате ему всё-таки удалось её немного согнуть. Николас же, продолжая держать монетку одной рукой, молча смотрел на Виктора. Вдруг верх пятирублёвки стал плавно загибаться вниз, словно она нагрелась до температуры плавления и начала обтекать под своим весом. Через несколько секунд от монетки получился ровный полукруг. Пятирублёвка сложилась напополам. Сложилась сама, без какого-либо физического усилия. Положив монетку на стол, он спокойно спросил:
— Сделаете это для меня? Поможете хорошим людям?
Сказать, что Ярский сидел в оцепенении, это ничего не сказать; по-научному это называют когнитивный диссонанс — отрицание действительного. Глаза отказывались верить, а разум — понимать. Как? как? — твердил он себе. Этого же не может быть! Это либо гипноз какой, либо он сошёл с ума. Это просто не могло быть реальностью.
— Я обещаю подумать, — наконец удалось сказать хриплым голосом. Он взял монетку в руки, стал её рассматривать: ничего необычного, просто половинка — и всё. Попробовал разогнуть. Тщетно. Да бред какой-то! Николас же спокойно продолжал:
— И это только малая часть того… да это вообще ничего по сравнению с тем, на что способен человек. Люди не задействуют и одного
