Читаем без скачивания Лунные дети-1 - Александр Сиваков

Я едва смогла прошептать:

– А почему ты со мной хочешь?

– Ты не вредина.

– С чего ты взяла? – Я впервые обратилась к ней. Обратилась на «ты», и после этого даже нашла в себе силы улыбнуться.

– Ты краснеть умеешь, – дружелюбно пояснила Иванова. – И симпатичная, с тобой приятно будет в одной комнате жить. Ну?

Никита с интересом прислушивался к нашему разговору.

– Ты думаешь, нам разрешат?

Моя собеседница хмыкнула:

– Ты вообще, с какой планеты к нам? Не знаешь, кто я такая? Или до сих пор думаешь, что придёт какой-нибудь добренький дядечка и что-нибудь посмеет мне сказать? Хватит, уже приходил.

Я взглянула на мальчика, словно ждала, словно ждала от него подсказки, что нужно делать. Он едва заметно передёрнул плечами с видом, что, мол, я, разбирайся сама. От Ивановой наш безмолвный диалог не укрылся.

– Это твой брат? – Поинтересовалась она.

– У тебя в школе был «этикет»? – Спросил у неё Никита, поднимаясь со своего места.

– Был. И что?

– Пора бы знать, что в присутствии какого-нибудь человека невежливо говорить об этом человеке в третьем лице.

И ушёл.

Это называется «поставить на место».

Я бы на месте моей будущей соседке по комнаты умерла со стыда, та только слегка порозовела.

Да, не сошлись ребята характерами, что тут ещё можно сказать. Точнее, слишком уж сошлись, а теперь отталкиваются друг от друга словно два одноимённых полюса в магните.

– Ну, что, ты решила? – Голос Ивановой перестал быть дружелюбным. Я поняла, что, стоит мне сейчас отказаться, я стану её врагом на всю оставшуюся жизнь.

– Меня Настей зовут. Пойдём?

Мы подошли к двери с цифрой «пятнадцать». Я слегка удивилась такому совпадению: всегда считала это число своим счастливым.

Комнату себе Полина, как это и следовало ожидать, выбрала самую лучшую. Просторная, светлая, с двумя аккуратно застеленными кроватями у противоположных стен. Перед окном – двухместный письменный стол, в разных углах по обе стороны от него – интернет-кресла. Ещё один крохотный столик с обтекаемым корпусом пищесинтезатора. Это – минимум любого уважающего себя кабинета.

Были тут и свои излишества. Пушистый серый ковёр, настолько большой, что казался не ковром, а полом. Такой я видела впервые: ноги по щиколотку утопали в ворсе. Мерно раскачивался маятник ходиков. В самый неожиданный момент из крохотной дверки, которую я сначала не заметила, высунулась серая птичка и прокуковала семь раз. Семь часов. Часики, оказывается, ещё и с кукушкой. Здорово.

За окном шумели вековые дубы школьного парка. Между стволами деревьев блестела гладь озера.

– Здесь довольно мило.

Иванова фыркнула:

– Ты говоришь прямо как героиня какого-нибудь старого фильма.

Она прошла по комнате, переставляя с места на место какие-то безделушки, подошла к пищесинтезатору, открыла его крышку и принялась изучать написанные на оборотной стороне технические характеристики.

– От голода мы тут не умрём, – наконец, последовал комментарий. – Но сам пищевик – жуткая рухлядь. Если можно будет, обязательно поменяю. Есть хочешь?

– Я сегодня даже позавтракать не успела.

– Иногда на меня такое находит: люблю похозяйничать, – сообщила Полина, сосредоточенно нажимая кнопки. – Только не думай, что я всегда буду готовить.

– Не буду.

После импровизированной трапезы мы принялись разбирать сумки…

Глава 9

Так я оказалась в одной комнате с Полиной Ивановой – самым, пожалуй, известным ребёнком на нашей планете. Раньше я её видела только по телевизору и даже представить себе не могла, что когда-нибудь буду сидеть в метре от неё и наблюдать, как она аккуратными кучками раскладывает по кровати всякую полезную мелочь из своего чемоданчика.

– Моё! – Заявила она, усаживаясь в кресло. Руками Полина плотно обхватила подлокотники и сразу стала похожа на средневековую принцессу на троне.

Я нейтрально пожала плечами. Девочка сползла с кресла.

– С тобой неинтересно, – заявила она. – Какая-то ты беззубая. Ты спорить вообще умеешь?

– Наспоримся ещё за пять лет. Ты хочешь, чтобы я с первых же минут начала выяснять с тобой отношения?

Полина подняла брови:

– Ты не такая пушистая, как я надеялась.

– Первое впечатление редко бывает верным.

– Когда ты краснела, ты притворялась?

– Нет. Соматические реакции организма подделывать невозможно.

– Тогда всё в порядке. Человек, который умеет краснеть, редко бывает плохим.

Мы продолжили разбирать багаж.

– Подумать только, – Полина оглянулась вокруг так, словно только что зашла в комнату, – пять лет в этой конуре.

– Всего год, – успокоила я её.

– С чего ты взяла?

– Табличку на двери видела?

– Где написано «ХОЛЛ 1 КУРСА»? Да, а что?

– Ей лет пятьдесят, не меньше…

– Тут всё под старину сделано, – вставила Полина.

– Я не о том. Её ни разу не перевешивали. Значит в следующем году здесь тоже будут жить первоклашки. А мы переедем куда-нибудь ещё.

– Хорошо бы в более солидные апартаменты, – она снова бросила вокруг взгляд миллионера, который случайно зашёл в притон.

– Будут тебе солидные, не волнуйся.

– А я и не волнуюсь.

Несколько минут Полина раскладывала в ящики стола канцелярские принадлежности, потом хмыкнула:

– У меня создаётся ощущение, что ты знаешь больше, чем все остальные.

– С чего ты взяла?

– Откуда, например, тебе известно, что на следующих курсах наши…, – она запнулась, подбирая слово, – жилищные условия улучшатся?

– Это элементарно. Даже проще, чем сложить два и два. Когда ты на вахте с дежурным болтала, помнишь, что он говорил? Что первый курс живёт в этом холле, а Васильев, пятикурсник – в двадцать восьмом. Как ты думаешь, для чего остальные двадцать семь корпусов? И, кстати, двадцать восьмой, вполне возможно, не последний.

Полина задумалась. Потом кивнула.

– Как, оказывается, всё просто, – сказала она. – Значит, мы тут прозябаем, зато старшекурсники живут как короли. По два-три человека в целом корпусе.

– Вот-вот. По человеку на этаж.

– И всё-таки ты меня подслушивала, – с глубоким удовлетворением в голосе произнесла Полина.

– Извини, я нечаянно. Тем более, ты особенно-то и не пряталась.

– Да ладно, с кем не бывает, – отмахнулась Полина. – Я и сама любопытная – просто жуть.

– Я тоже, – не могла я не признаться, – иногда.

– Я рада, что мы так быстро нашли, в чём совпадаем друг с другом, – и тут же Полина поменяла тему. – Я бы с удовольствием пообщалась со здешним начальством.

– Ты имеешь в виду того дядечку, который называет себя директором?

– Дядечку! – Хихикнула Полина. – Это точно, что он «дядечка», по другому и не скажешь. Никогда бы не подумала, что здесь, в этой школе, такое начальство.

– Это не начальство. Точнее, не настоящее начальство. Он нас боится до потери сознания.

– Я тоже это заметила. Наверное, думает, что мы взглядом можем убивать, или что-нибудь в этом роде. Сама знаешь, какие истории по Сети ходят.

– Настоящее начальство мы увидим сегодня вечером. Или, максимум, завтра.

Полина внимательно на меня посмотрела.

– С чего ты взяла?

– Обычная логика.

– «Два плюс два», как любит говорить мой папа?

– Даже проще.

– Почему?

– Не скажу, – спокойно ответила я.

– Почему? – Повторила Полина.

– Когда это произойдёт – я смогу всё объяснить. А если я не права – зачем тебя смешить и зря свои акции опускать?

– Логично. И вообще, – восхитилась она сама собой, – как я удачно тебя выбрала!

Я задала вопрос, который меня интересовал больше всего:

– Ты вообще что-нибудь слышала «Штуках»?

– Нет, – помрачнела Полина. – Пыталась отыскать в Сети, но там только какие-то байки. А сайты «Штук» закрыты лучше, чем сайты наших военных Навигаторов.

Я кивнула, соглашаясь, но ни капельки Ивановой не поверила. Имея самым близким родственником Сенатора планеты, она вне всякого сомнения должна знать много такого, что недоступно среднестатистическому человеку. Только вот, похоже, все свои тайны первой попавшейся любопытной подружке она открывать не намерена. Ну, и ладно. Не очень-то надо. В ближайшие несколько дней и так всё выяснится.

– Как ты думаешь, – спросила Полина через минуту, – у меня когда-нибудь получится стать здесь главной?

Я вытаращилась на мою новую подругу:

– В каком смысле?

– Мне не хочется прозябать среди остальных ребят, – призналась она. – Когда я училась в школе, то была старостой всего начального звена, с первого по третий класс. Хорошо бы и здесь куда-нибудь пробиться.

Я даже не посчитала нужным скрыть невольную усмешку.

– Если ты будешь вести себя так, как вела до сих пор, думаю, месяца тебе хватит, чтобы стать старостой всей нашей «Штуки».