В голове пронеслась картина сражения на борту флейта, мощь и мастерство капитана Адама Лонели в бою, безжалостность и жестокость его шпаги, что мелькала будто продолжение руки капитана и сеяла смерть пиратам. Картина объятий и родственно-любовного общения с Энни. Картина почти моментального уважения со стороны команды, которую Рок подбирал годами тщательно и под себя лично.
Картинки перемешались, слились в одну, завертелись цветными пятнами и взорвались яркими искрами, когда губы и язык Агния спустился по подбородку, шее, груди пирата и остановился на животе. Влажная дорожка прошлась вкруг пупка, спустилась ниже… Рок открыл глаза. Агний стоял на коленях меж широко расставленных ног пирата и зубами застегивал ширинку на штанах.
Рок засуетился, полез помогать, торопливо растегивая штаны. Тогда Агний бросив на мужчину понимающий взгляд, приподнял бедра того со стула, ровно на столько, чтобы кэп смог стянуть штаны и оставить их висеть пониже колен.
А потом произошло то, что никак не укладывалось в понимании капитана пиратов. Такого изыска и таких «штучек с вывертом» как это называли портовые девки, он отродясь не видывал. Агний, склонившись над уже вставшим членом кэпа, легонько подул на головку и… мягко отцепил от своего бедра ладонь пирата, поднес ко рту и.. по очереди стал брать каждый палец в рот и облизывать и посасывать, обводя языком.
Рок вытаращил глаза и встретился с голубыми озерами глаз Агния. Который почти не моргая смотрел в лицо капитана и сосал его пальцы… Рок, вообще-то ждал, что парень такое проделает с капитанским членом.. Действо было настолько возбуждающим, настолько неприличным даже в такой ситуации, что Рок не выдержал и зарылся в светлые локоны Агния свободной рукой.
- Парень, парень… Cojonudo, я словно во французском борделе… Cono, - последнее кэп прохрипел, когда ладонь Агния проскользнула под ягодицы мужчины и, безошибочно пройдясь по промежности, накрыла мягкое anus кэпа.
Не прекращая посасывать пальцы Рока, Агний разминал и растягивал то место, в которое даже если кэп струсит и начнет отнекиваться, Агний войдет.
Признаться, пират, если и потрахивал иной раз мальчиков, но сам в роли maricon, то есть, ну вот так… чтоб тебя, а не ты… выступал впервые. Ощущения были пугающе сладкие, хотелось продолжения.
Почувствовав состояние кэпа, Агний снова привстал и начал целовать того в губы, положив обе руки на плечи капитана. Язык Агния совершал движения во рту Рока, имитируя движения члена, а руки крепко удерживали пирата, пока тот сам не начал тереться пахом об Агния.
- Кого хочешь, Адама или Агния, скажи? – Низкий, мягкий, по-кошачьи мурлыкающий голос парня подстегнул, и так, казалось бы, запредельное желание Рока.
- Hijo de puta! Me la sudo…
И тогда Агний резко развернул пирата спиной к себе, нагнул в спине так, чтобы тот ухватился за спинку стула, коленом развел ноги пошире и схватил за бедра, раздвигая половинки ягодиц.
Рок почувствовал, сначала смачный плевок меж ягодиц, а потом и член парня…осторожно на полдюйма, на дюйм...
Несколько плавных бережных движений, и вот Агний, выгнув капитана Рока Бразильяно, в его же каюте, имел пирата как шлюху. Вызывая у того лишь стоны и вопли страсти.
Агний знал, что для того, чтобы подчинить, надо сначала, немного, показушно подчиниться. Школа гладиаторов и кинедов даром не прошла. Закалила, научила, помогала.
Агний знал, что сейчас насадил на свой член не только задницу Рока, но и подсадил на всего себя этого пирата.
За тонкой перегородкой спала бепоскойным сном Энни. И Агний молил богов, чтобы она поменьше услышала из происходящего в капитанской каюте.
***
Тихонько, чтоб не потревожить уснувшего, довольного, но больше удивленного и растерянного капитана, познавшего этой ночью в полной мере что значит мужская любовь, Адам прихватил свою одежду и вышел из каюты на палубу.
Рассвет только занимался, было свежо и тихо, мелкая рябь прошлась по волнам, предвещая появление тоненькой полоски солнечных лучей на востоке.
Такова его сущность. И где бы он ни был и кем он ни был, всегда мужское тело будет манить его и привлекать больше женских прелестей.
Вдохнув полной грудью утренний воздух, наполненный свежестью и горьковато-солоноваым вкусом и запахом водорослей, Адам протиснулся в закуток у камбуза, где спала Энни.
Как ее называл капитан? На ирландский манер – Энн, Энни. Ей удивильно шло это домашнее, теплое имя. Поэтому, когда девка протирая глаза, подняла голову навстречу Адаму, он не удержался и чмокнул ее в кончик носика.
- Энни, с добрым утром.
А Энни поприветствовала его заботой и лаской. Как когда-то, давно, девка натаскала воды и принялась раздевать невыспавшегося Адама. Словно он вернулся не с любовной свиданки, а с поля боя.
Хотя, как сказать, как сказать…
Так приятно было позволить поухаживать за собой.
Чтобы ополоснуться, они вышли на палубу. Энни выплеснула из лохани остатки относительно чистой, но леденющей, воды на обнаженный торс Адама. Парень заорал с удовольствием, напугав чаек и вахтенного, а девка засмеялась, за что и получила сдачи: Адам, мокрый и холодный, прижал ее к себе со спины и взъерошил волосы девки.
На шум и гам вышел довольно потягиваясь кэп.
«Опять эти двое ведут себя так, словно они… родные. Энн со мной-то так не себя не вела никогда».
Ревность было зашевелилась и подняла волну гнева в душе Рока, но… капитан не был глупым человеком, поэтому, Рок Бразилец улыбнулся и, подойдя к молодым людям, приобнял, положив им руки на плечи.
- Отплываем. И через сутки подходим к Барбадосу. Приведите себя в порядок, чтоб не напугать тамошнюю публику.
***
Карибы. Встреча пятая.
***
Случай с Кнутом напугал и расстроил. Энни так долго опасалась и стереглась и тут из-за встречи с Адамом расслабилась. Вот и результат.
Стараясь соблазнить совего мужчину, Энни напоролась на пьяного пирата. И еще раз убедилась: что есть, то и есть, не стоит травить гусей.
Адам любовался своей девочкой, не приближаясь. "Давай я буду латать твое гнилое мясо, а ты будешь молчать?" Первое их знакомство было забавным. Сейчас вспоминалось как забавное. А Елин была интересная Агнию до сих пор.
А вечером за совместной трапезой Энни шалила, обнаглев от выпитого вина. По наивности, видимо, полагая, что Адам может ее променять на Рока Бразильца.
Как в Камелоте лила слезы из-за леди Элейн, а в Вероне из-за сестры трактирщика. Всегда находился кто-то, к кому Елин ревновала до слез и ссоры, до распускания рук.
Адам чувствовал, как под столом со стороны Энни его ногу оглаживает нетерпеливая рука, а с другой стороны, не стесняясь и не скрываясь, кэп навалился на плечо Адама и приобнял.
Ах, хитрюшка!
И тогда Адам шире раздвинул ноги и, повернув голову к Року, подмигнул пирату.
Капитан разулыбался, осмелел. Не переставая говорить о важности их путешествия, о каких-то особых делах на Барбадосе, кэп выпадал в воспоминания о прежних походах и битвах, всё чаще начал упоминать Мэгги, мать Энни. И гладил, ласкал Адама. Уже не руку, уже плечо, а придвинувшись поближе, обнял за талию.
" Как бы руки-ноги, глаза-губы этой семейки не пересеклись на мне" мелькнуло в голове у Адама.
Он попытался свести ноги, прижав до боли руку Энни. Не отрывая взгляда от кэпа, Адам откиеулся чуть в сторону Энни и опустил руку плд стол.
Нырнув рукой под юбку девки, сразу нашел теплое местечко, приласкал внутреннюю часть бедер Энни и накрыл ладонью повлажневшие завитки. Даже не поворачивая головы к девке, стал поглаживать.
Делал вид, что слушает кэпа, а сам одним ухом улавливал прерывающееся дыхание и тихие всхлипы получившей по заслугам хулиганки.
К ночи, сославшись на усталось, Адам сбежал от капитана и прокрался в закуток на баке, где спала Энни. Не смог удержаться, не захотел.
