и скандалов.
Девушка… удивилась. Скандалить⁈ Как простой девке! Вот еще!!! Однако уже через час она поняла, что была не права. Сминая в руках мешок, что должен в скором времени оказаться у нее на голове, ей вдруг жутко, прям до физического напряга, захотелось не просто устроить кое-кому скандал, но и расцарапать лицо!
Сдержаться удалось с большим трудом!
— Ну, знаешь, Павел Анатольевич!.. — прошипела она, едва пассажиры вступили на бетон муниципального стартового стола в центре столицы.
— Знаю, Виктория Львовна, знаю, — довольно жестко обрубил Павел, самолично (!!!) подхватив ее чемоданы.
И дело было вовсе не в благородстве. Просто охрана была занята контролем пространства. Так что роль «носильщика» пришлось взять на себя Волконскому. Он особо не возражал.
Девушка фыркнула и… замолчала. До стоянки они дошли в тишине.
— Привет, Вик! — белозубо улыбнулся ей памятный еще по походу «простолюдин», к которому все почему-то обращались Кроль.
«Принцесса» лишь кивнула, давая понять, что между ними вообще-то, есть разница. И она огромна. И лучше бы кое-кому об этом не забывать!
— Уууу, — протянул со смехом, как оказалось, водитель Павла, помогая клановцу загружать чемоданы в багажник. — Бука!
Последнее удалось сделать далеко не сразу. Автоматы пришлось переложить в салон.
Столь холодная реакция не смутила его ни на грамм.
— Что это?!! — рявкнула возмущенно красна девица, усевшись в салон.
Соседство с двумя «Вепрями» ей совершенно не нравилось.
— Оружие, — без всяких эмоций сообщил Павел. — Кстати, зачем?
Вопрос был адресован Кролю и задан таким тоном, будто это нормально по городу во все оружии разъезжать.
— Тишь заставила взять, — пожал плечами водитель. — Таким женщинам я не отказываю!
— Уберите! — чуть капризно потребовала Вика.
Павел вздохнул и обернулся. Секунд десять он рассматривал девушку, после чего коротко поинтересовался:
— Какой из двух своих чемоданов ты готова выкинуть, чтобы освободить место в багажнике?
Юсупова прикусила язычок. И молча натянула на голову мешок.
— Затяни немного, — потребовал Волконский. — Чтобы не слез!
Ехать пришлось далеко. Судя по внутреннему таймер девушки не менее получаса. Запятую в маршруте поставили завывания полицейской сирены. Однако договорился с властями Павел быстро. Спустя еще минут пятнадцать петляний, последние пять из которых проходили по аккомпанемент матерков Кроля в адрес тех, кто «паркуется как мудак». Наконец машина остановилась.
— Можно снимать? — раздраженно бросила девица.
— Ага, — услышала она же равнодушный ответ.
Со злостью сдернув с головы надоевший мешок, она просто остолбенела. На секунду «принцесса» решила, что ей показалось, но… нет, вокруг все действительно было серым, штампованным и каким-то безликим. А, самое главное, она и предположить не могла, где именно находится! Ведь на домах табличек просто… не было!
Юсупова покосилась на элегантный наручный комм. Тот радостно сообщил, что спутников не видит, подключиться к навигации не может.
— Добро пожаловать домой, милая! — коротко сообщил клановец, первым выбираясь под лучи вечного столичного солнца.
Несколько секунд девушка наблюдала за несколькими парнями, вида самого маргинального, возящимися с остатками какой-то дешевой «машинешки».
— Пацаны! — тут же крикнул один из них, махнув в их сторону рукой.
Вика даже не сразу сообразила, что это хоть как-то относилась к Павлу и Кролю Но нет… первый махнул рукой. Второй же крикнул, ничуть не стесняясь присутствия «небожительницы»:
— Че надо, Дань!
— «Прикуришь», а⁈ — заорали в ответ. — Аккум сдох, зараза!
— Ща!
Несколько секунд девушка огладывала царящую вокруг серость и разруху. Ее взгляд все никак не мог зацепиться хоть за что-нибудь, а потому она прикрыла веки и обреченно выдала:
— ******!
Павел уважительно кивнул. Он тоже считал это определение самым подходящим к окружению. Вот только, в отличие от Вики, ему здесь нравилось!
Глава 7
Глава 7
Противник не отступал.
«Хорош!» — коротко отметил Павел с искренним уважением. Последний удар был красив, четок и молниеносен. Какого-то волоска не хватило, чтобы он стал окончательно результативным. До возгласа «Иппон!» не хватило каких-то миллиметров.
Однако в следующий миг волна привычного спокойствия смыла все эмоции. Восхититься техникой бойца можно будет и после. Ведь, в первую очередь, Волконский вел поединок вовсе не с ним, а в собственном сознании. В моменте самым важным был контроль тела, чувств, разума и дыхания. Все внимание на способах подавления противника: сломить дух, «убить» синай в его руках, поломать технику.
Застывший на миг перед Павлом боец, спокойный и непоколебимый, словно скала в бушующем море, был сосредоточен на том же самом. Пока преимуществом не удалось завладеть ни одному из них.
— Хай!
Молниеносный рывок клановца завершился простым технически, но идеально исполненным ударом. Противник не дрогнул, довольно жестко сломав технику своим бамбуковым мечом… и тут же перешел в контратаку. Короткий размен ударами окончился вничью. Противники вновь разорвали дистанцию, стараясь подавить дух оппонента перед следующей атакой.
Напряжение в этот миг было куда сильней, чем во время атаки. И оно нарастало с каждым мигом, чтобы взорваться единой вспышкой и…
Волконский первым опустил бамбуковый меч. Противник повторил его движение. Причиной стали две девушки, незаметно прибывшие в зал, и теперь дожидавшиеся за территорией тренировочной площадки.
Бойцы кивнули друг другу, разом согласившись с тем, что поединок пора заканчивать, после чего присели на корточки особым образом и выполнили традиционный поклон, обозначая уважение к сопернику.
— Неплохо, — удовлетворенно кивнул Воронцов, стягивая защитную маску.
Его волосы после череды схваток были мокрыми, а лицо раскрасневшимся. Впрочем, Волконский был уверен, что нынче выглядит точно так же.
— Более чем, — согласился клановец, все еще пребывая в легком трансе, что позволял во время боя концентрироваться на собственных эмоциях.
Однако это состояние было лишь отголоском тех чувств, что он
