пыталась понять, что делать. Правда тело отдавало совсем другими эмоциями и уже скоро она успокоилась. И даже улыбнулась.
«Никто ничего не должен знать. Нам это обоим ни к чему», — прошептала она и улыбнулась. Немножко успокоившись и ополоснувшись ведьмочка все же пошла в дом.
Ирвин встретил ее в кухне, бухнувшись в ноги.
— Встань, — приказала она. Смотреть в глаза ему было стыдно, но Марика все же смогла, — никто ничего не должен знать. Слышишь?
— Да, хозяйка, — только и смог ответить раб.
— Иди спать.
— Прости, хозяйка.
— Не смей! — закричала она, — не смей извиняться. Забудь! Не было ничего, ясно тебе? Ничего не было и точка на этом.
— Да, хозяйка, — Ирвин еще раз поклонился и вышел из дома.
А Марика полезла в свои запасы. Травки от нежелательных последствий девушки у нее покупали часто.
Ничего не было. Так она решила. Вот только уснула ведьмочка с улыбкой на устах. Впрочем, как и раб.
Утром, Ирвин ушел на работу еще на рассвете, пока девушка спала. А вернулся почти по темну. Смотреть на свою хозяйку он стеснялся, понимая, что по закону за совершенное его должны казнить. Однако Марика вела себя так, словно ничего не произошло. Даже улыбалась ему, вот только взгляд отводила всякий раз, когда взглядом сталкивались.
Наскоро поужинав и перебросившись парой незначительных фраз оба не сговариваясь разошлись, ведьма наверх, раб в сени. Так продолжалось несколько дней, но постепенно случившееся затерялось в памяти дней и оба смогли уже спокойнее находится в одной комнате. Ирвин перестал задерживаться на лесопилке, старался выбраться домой как можно раньше. Юджин не задерживал. Приближалась осень и у всех деревенских работы в своих хозяйствах прибавилось.
Глава 10
Осень, в королевстве, традиционное время для военных сборов. Каждый год перед зимой по всем деревням шли военные, дабы рекрутировать молодых и свободных на очередную войну. Зиму новобранцев тренировали, а по весне шли на очередную войну. Аристократы подшучивали за глаза над королем, дескать в солдатиков в детстве не наигрался.
Простому люду было не до шуток. Рекрутировали в основном мужчин до тридцати пяти лет, если к этому времени у них было менее двух детей. Хоть и службу несли мужчины не более пяти лет, а все же матери волновались, не на праздник сыновей забирали, на войну. Эта осень от остальных не отличалась.
— Эй, холоп! — громко, перекрикивая гомон толпы на торговой площади, выкрикнул военный, — почему по гражданке?
Обращался он к Ирвину, который шел с объемной сумкой за своей хозяйкой. Раб внимания на окрик не обратил. Солдат зло выругался и припустил за Ирвином. Догнав в три шага парня, он грубо его развернул и рыкнул:
— Я к тебе обращаюсь! Оглох что ли?
Ирвин зло зыркнул на военного и уже хотел ответить, когда Марика положила ему ладошку на руку.
— Он не глухой. И не холоп, он мой раб.
Только сейчас служивый заметил толстую цепь в высоком вороте куртки.
— Простите, леди, не признал, — военный поклонился Марике, а та в ответ засмеялась.
— А я не леди, солдатик, я ведьма.
— Так уж и ведьма? — с прищуром переспросил солдат. Был он молод, но форма выдавала небольшой командирский чин.
— Ведьма, — подтвердила Марика и улыбнулась, — обычная деревенская ведьма.
— А он твой раб? — недоверчиво переспросил военный.
— В он мой раб, — подтвердила ведьмочка.
— Не знал, что у ведьм рабы бывают, — усмехнулся солдат.
— А я особенная ведьма, — засмеялась девушка. Солдатик ей понравился, симпатичный, улыбчивый.
— Особенная говоришь, а могу я особенную ведьму угостить чем-нибудь сладким? — спросил солдат и кивнул в сторону небольшой чайной.
— Можешь, почему нет, — ответила ведьмочка и повернулась к своему рабу,
— Ирвин, отнеси заказ Анро. Ты ведь знаешь где его лавка.
Ослушаться хозяйку парень не посмел.
— Да, хозяйка, — буркнул он и быстрым шагом направился в сторону лавки старика Анро.
Со стариком Ирвин даже разговаривать толком не стал, извинился и выбежал назад. Солдат ему не понравился. Ему вообще военные не нравились. Не видел он причин воевать, если опасности для страны нет. Быстрым шагом вернулся на площадь и сел на лавку на против чайной. Марика с солдатиком сидели у окна и парню их было хорошо видно.
Девушка вышла через час и не оглядываясь пошла домой, про Ирвина она уже забыла, а он в свою очередь побрел следом. Марика его заметила почти у самого дома.
— А я думала, ты дома уже.
— Не мог же я тебя одну на рынке оставить, хозяйка.
— Да я и не одна была, — улыбнулась девушка.
Ирвин только вздохнул, открывая перед ней калитку.
— Когда военные из деревни уйдут? — спросил он через минуту.
— Не знаю, Марк зайдет еще сегодня вечером. Оберег просил на удачу.
— Сказала бы, я бы принес, в сумке же лежат, — проворчал Ирвин.
— Нет, — покачала головой ведьмочка, — я ему другой соберу.
И что-то напевая себе под нос она легко побежала в дом. Солдат и правда пришел вечером, почти по темну. Ирвин, сидевший на лавке во дворе и стругавший что-то, смерил его недобрым взглядом, но промолчал. Солдат хмыкнул и зашел в дом.
А через пол часа в комнате разбилась чашка. Ирвин влетел в дом.
— Ирвин назад! — закричала ведьма. И очень вовремя. Картина рабу не понравилась. Парень, так красиво ухаживающий еще днем, держал девушку за локоть и буравил масляными глазками.
— Ты что же, служивый, забыл с кем дело имеешь? — глаза ведьмы вдруг полыхнули огнем. — А ну руку убрал.
— Да, что же ты ведьмочка, не ломайся. Поверь, тебе понравиться. Пойдем, покажешь где у тебя кроватка мягкая. А утром я уйду, — парень не отпускал. Раб за спиной глухо зарычал.
— Ирвин назад, — еще раз скомандовала ведьма. И совсем черным взглядом посмотрела на солдатика.
— Прокляну, — медленно прошипела она. Воздух вокруг ведьмы стал густым, — прокляну так, что больше не встанет. Или сам не встанешь. А ну руку убрал!
Тут до парня начало доходить. Сила ведьм отличалась от классической магии, а потому понять, что перед ним истинная ведьма солдатик смог не сразу. Но когда дошло он отшатнулся от девушки как от прокаженной и выскочил за дверь.
Ведьма зажмурилась, успокаивая себя. Лишь бы не заплакать.
— Хозяйка, — тихо произнес Ирвин.
Марика посмотрела на него взглядом полным боли.
— Ведьма я. Понимаешь? Ведьма! И за себя постоять в состоянии. Иди Ирвин. Все хорошо.
Раб вышел во двор. Запер калитку и пошел мыться. Ему очень не хотелось оставлять девушку одну сейчас, но и перечить ей он не посмел. А через
