Читаем без скачивания Переход (СИ) - Номен Квинтус

Наталья — доктор психологичнских наук — за отдельные деньги научила Алексея довольно многим трюкам по части запоминания всякого. В том числе и как запоминать много страниц произвольного текста буквально за минуты. Правда она все же предупредила:

— Я не знаю, зачем тебе это вообще может понадобиться, ведь человек такой текст может удержать в памяти всего лишь несколько часов, а потом полностью его забудет. Ты даже сможешь текст записать дословно — через четыре часа или даже через шесть, но ведь и это не поможет его удержать в памяти. Эту технику используют для очень специальных целей…

— У меня как раз специальные цели: иногда получается пролистать конспекты преподавателей, которые они готовят для своих лекций или семинаров, и если я из смогу для себя вернувшись домой записать, то потом уже, на занятии по этой теме, я смогу выглядеть отличником…

— Не уверена, что ради подобного выпендрежа стоит так издеваться над собственным мозгом.

— Стоит. Меня в таких случаях не особо сильно тиранят когда я лекции или семинары пропускаю, а мне сейчас слишком часто приходится этим заниматься. Я же неплохой программист, подрабатываю в компашке, которая какие-то биржевые программы для буржуев, а там ставятся очень жесткие сроки. Но работать-то мне надо, потому что семью кормить приходится.

— А ты уже женат? Поздравляю!

— Нет, у отца предприятие закрыли и даже зарплату за последние три месяца пока не выплатили, а цены — вы и сами видите.

— Да уж… но ты молодец, раз обо всем этом думаешь. Тогда слушай: если тебе нужно срочно запомнить произвольный текст…

Времена в стране настали не самые простые — то есть наступил полный бардак, но институт все же марку держал — и Алексей учился не жалея сил. А заодно как мог и сокурсникам помогал, все же имел возможность. И с учебой помогал, объясняя товарищам какие-то непонятные вещи, и — иногда — материально, но на это он и внимания не обращал. Считал, что раз Галя не смогла выучиться, то он вместо нее всему научится, в память о ней научится. Но по-прежнему каждый почти день уходил в переход и внимательно изучал «наследство Елены», вообще особого внимания на то, что творилось «в реальном мире», не обращая.

То есть обращать иногда приходилось — например, когда отца с работы просто уволили, но и тут особых переживаний в семье не случилось, так как деньги в семье были. Правда даже родители не подозревали, сколько из было — но денег на жизнь всем хватало. И жизнь как-то продолжалась, с внешней точки зрения довольно спокойно. А местами и вообще счастливо: учась на четвертом курсе Алексей встретил девчонку, совсем еще молодую — и влюбился уже по-настоящему. Причем чувство это была взаимным, так что в день ее восемнадцатилетия подал заявление в ЗАГС…

А в двадцать семь Алексей даже получил, наконец, свой диплом — диплом инженера-математика. Вот только страна изменилась — и вместе с дипломом он не получил места работы. Поэтому он начал довольно активно работу искать: деньги — это хорошо, но не работать и пользу людям и стране не приносить он считал неправильным. Однако летом он узнал — совершенно случайно, просто просматривая новости — что изобретено лекарство от Галиной болезни. И поэтому он начал учиться в институте уже фармацевтическом. Правда, поступив все же на заочное обучение…

По самым оптимальным прикидкам Алексей смог бы к марту изготовить от двух до максимум пяти моторов, все же работы было очень много. Но комсомольский районный вождь по имени Вася Николаев настолько вдохновился, увидев первую отливку, что в Приреченское на работу направил уже человек тридцать. Из которых два десятка были молодыми девицами, а десяток — просто мальчишками лет по пятнадцать. Но два парня вроде уже успели поработать именно в чугунолитейках (по крайней мере расплавленного чугуна они не боялись), а девицы яростно бросились осваивать станки. И «руководителю» этого дурдома оставалось лишь удивляться тому, с каким энтузиазмом все старались приступить «к настоящей работе», игнорируя все неудобства: ведь расселить их получилось лишь по землянкам, которые для себя наскоро отрыли «прошлые строители-добровольцы». Да и с продуктами было несколько напряженно: город новичкам кое-какие продукты прислал, но «по тыловой норме», то есть если бы не запас картошки, то все бы просто впроголодь сидели.

С другой стороны, и в городе было не сладко: ни работы, ни учебы, ни еды — так что энтузиазм новичков был все же понятен. Люди — даже такие молодые — уже думали о будущем, а все текущие проблемы изначально рассматривали как временные. Потому что скоро наступит победа — и вот тогда, когда враг будет повержен…

Люди мечтали о светлом будущем и буквально себя не жалели, стараясь сделать так, чтобы это будущее наступило побыстрее. А Алексей все чаще думал о прошлом. О своем прошлом, которое, как он все больше верил, глядя на нынешнюю молодежь, Советский Союз уже не постигнет. Ну, если очень сильно постараться — и он старался. Старался даже с большим энтузиазмом, чем эта «нынешняя молодежь». Потому что он точно знал, чего допустить ни в коем случае нельзя…

Глава 6

У Василия Николаева был один недостаток, из-за которого его в армию не взяли: у него только один глаз видел, причем и этот глаз видел не очень хорошо. Поэтому когда ему — все силы отдающему комсомольской работе — поручили «помочь партизану в изготовлении тракторов», он решил было, что его просто отправили «на легкие работы»: восстановить трактор — это безусловно хорошо, но в двух селах местные мужики такое уже и сами проделали, и два восстановленных ими «Универсала» даже успели осенью поля вспахать под озимые. Но все же он решил неизвестному партизану помочь, приложив для этого все силы: все же в области пока только два трактора у колхозников и было, а если их будет уже три…

Но оказалось, что товарищ Пономаренко, давший ему это поручение, имел в виду именно «изготовление» трактора, и даже не одного трактора, а сразу нескольких тракторов: у парня уже был один очень странный трактор сделан, а нему сделана и хитрая машина, убирающая картошку быстрее, чем это может проделать бригада колхозников. И трактор парень изготовил с использованием мотоциклетного немецкого мотора, а разбитых мотоциклов на территории области можно было собрать немало. Может быть десяток, а может и два. И парень ведь даже сильно разбитые моторы знал, как починить!

Но для этого ему требовались станки, и станки эти были — правда лежали они на дне Двины, но с помощью саперов их оттуда подняли. Саперы, вероятно, уже не одну машины из рек поднимали, так что проделали они эту работу достаточно быстро и очень хорошо: валяющуюся на боку машину они как-то поставили на колеса — прямо на дне и поставили, а затем танком вытащили ее на берег. И оказалось, что за два года в реке машина не особо и испортилась: после того, как ей подкачали колеса, ее за пару дней трактором партизану в деревеньку и перетащили. И тогда Василий с партизаном (которого звали Алексеем) и познакомился. То есть он с ним и до этого встречался, а тут именно познакомился и увидел, как парень умеет работать.

Хотя Лехе и было всего семнадцать, станки он понимал: сразу как машина-мастерская приехала в деревню, он станки с машины снял и переставил в заранее выстроенную мастерскую. Мастерская, конечно, была… деревенская, из земли буквально выстроенная — но в ней даже свет электрический был. Пара лампочек всего, не очень и ярких — но был, и вот при этом свете Леха разобрал генератор, стоящий на прицепе, вместе с мотором разобрал. Что-то почистил, что-то поправил — и через неделю генератор заработал, давая ток уже не в двадцать семь вольт, а в триста восемьдесят, как на настоящей электростанции!

Но работал парень практически один, два других мужика, в деревне живущих, с металлом работать не умели и занимались лишь заготовкой дров и выжиганием их них угля для газогенератора. А Алексей в это время возился с какой-то железной коробкой, стоящей на колесиках, с одной большой рукояткой на передней стенке. На вопрос Василия он ответил, что это самый настоящий сварочный аппарат электрический, причем — Вася это проверил и очень удивился — «дважды трофейный»: аппарат был советский, вероятно немцами где-то затрофееный — а теперь он вернулся в качестве трофея обратно на родину. И, по словам партизана, он еще принесет много пользы родной стране.