В Республике Казахстан создана уникальная модель межэтнического и межрелигиозного взаимодействия, получившая признание в мировом сообществе как особый «казахстанский путь». Страна присоединилась к международным договорам по правам человека, в том числе в сфере религиозных убеждений. Эти правовые нормы задают направления политики государства даже в нынешних условиях возникновения террористической угрозы. Именно в этих условиях, на фоне распространения псевдорелигиозного радикализма, в октябре 2011 года в Казахстане был принят новый Закон «О религиозной деятельности и религиозных объединениях». Преамбула закона определяет Православие и ислам ханафитского направления как традиционные религии, отмечая их «историческую роль в развитии культуры и духовной жизни народа». В то же время закон предполагает контроль за миссионерской деятельностью, а также ограничение присутствия религии как таковой в государственных учреждениях и организациях, в учебных заведениях, в пенитенциарной системе, в организациях социальной направленности и больницах. Тем не менее закон гарантирует возможность общения заключенных или пациентов государственных клиник и домов престарелых со священнослужителями, представляющими зарегистрированные государством религиозные организации. В общественных кругах и органах государственной власти Казахстана сложилось убеждение, что именно традиционные и культурообразующие религиозные направления могут противостоять негативным тенденциям в социальной жизни, утверждая духовные ценности и воспитывая в своих последователях неприятие экстремизма. В 2011–2012 годах развивалось активное сотрудничество государства, научного сообщества, общественных организаций и Митрополичьего округа в Казахстане, направленное на противодействие псевдорелигиозному экстремизму и терроризму.
Церковно-государственные отношения в Латвийской Республике складывались подчас в непростой обстановке, однако многолетний труд привел к установлению взаимопонимания и конструктивного диалога. В результате государство стало оказывать заметную поддержку Латвийской Православной Церкви. Светская власть, не вмешиваясь во внутрицерковную жизнь, поддерживает межрелигиозный и межконфессиональный диалог. В процессе разработки и принятия законов и нормативных актов, касающихся религиозных организаций, Парламент и Правительство тесно сотрудничают с религиозными организациями. В Латвии с целью возвращения недвижимости религиозным организациям был принят закон, предоставляющий дополнительные льготы при реституции. На основании этого закона в собственность Церкви возвращены не только храмы, но также земли и различные объекты недвижимости. Действующий Закон о религиозных организациях предусматривает, что название религиозной общины не должно вводить в заблуждение насчет ее принадлежности к зарегистрированной в Латвии Церкви или религиозной организации, если новая организация не признает свою принадлежность к ранее зарегистрированной. Следует отметить факт принятия Парламентом Латвии Закона о Латвийской Православной Церкви, и это – исключительное явление на постсоветском пространстве.
В Литовской Республике Православная Церковь входит в число признанных государством традиционных религиозных общин и пользуется всеми правами, определенными законом о религии. Ежегодно из бюджета страны выделяются средства для оказания поддержки каждой традиционной религиозной организации. Священнослужители не облагаются подоходным налогом, обеспечены базовой пенсией и страховкой (традиционный церковный доход налоговой инспекцией не контролируется; налогами облагается лишь коммерческая деятельность, в том числе сдача недвижимости в аренду). С момента восстановления государственной независимости традиционным религиозным организациям возвращена национализированная в 1940–1949 годах недвижимость. Важно отметить, что национализированные строения возвращаются натурально или эквивалентно, в противном случае выплачивается компенсация по рыночной цене зданий. Священнослужители, студенты духовных учебных заведений и насельники монастырей в обязательном порядке страхуются государством в области здравоохранения и освобождаются от службы в армии. В процессе подготовки принятия законопроектов, касающихся социальной и гуманитарной сторон жизни общества, государство запрашивает мнение традиционных религий страны.
В Эстонской Республике, к сожалению, до сих пор не преодолены определенные предубеждения относительно Эстонской Православной Церкви Московского Патриархата. Некоторые даже считают ее институтом, якобы представляющим угрозу государственности Эстонии. Однако после юридической регистрации Эстонской Православной Церкви Московского Патриархата в 2002 году ее отношения с государственными органами в целом нормализовались. В настоящее время власти воздерживаются от действий, подобных тем, которые привели к расколу в 90-х годах прошлого столетия и лишению Эстонской Православной Церкви права собственности на бoльшую часть церковного имущества. Есть и примеры делового сотрудничества в административно-правовых вопросах с Управлением по делам религии МВД Эстонии, которое помогало, например, в решении миграционных проблем священников, а также приняло к рассмотрению предложения Эстонской Православной Церкви Московского Патриархата об изменении закона о церквах и приходах, нацеленные на предоставление статуса юридического лица епархиям, на смягчение миграционных требований к священникам. Продолжается финансирование работ по восстановлению православных храмов, признанных архитектурными памятниками, как из госбюджета за счет европейских структурных фондов, так и из бюджета местных самоуправлений. Однако сохраняется диспропорция в объемах финансирования по сравнению с Константинопольской юрисдикцией, которой выделяется значительно больше средств, хотя по численности паства Эстонской Православной Церкви Московского Патриархата превышает «константинопольскую» почти в 10 раз.
Эстонская Православная Церковь Московского Патриархата постоянно прилагает усилия по преодолению церковного разделения в Эстонии, основываясь на принципе справедливого решения имущественного вопроса в соответствии с Цюрихскими соглашениями 1996 года, одобренными обоими Патриархатами. Однако позиция руководства Константинопольской юрисдикции пока что не дает возможности серьезно продвинуться на этом пути.
В Азербайджанской Республике религиозные общины пользуются равными правами. При этом в условиях реальной опасности псевдорелигиозного экстремизма правовая система страны ограничивает внешнее влияние на религиозные организации, препятствует пропаганде потенциально опасных радикальных идей. Бакинская епархия Русской Православной Церкви поддерживает традиционно дружеские отношения с Управлением мусульман Кавказа, общинами горских и европейских евреев, а также католической общиной. Между Церковью и государственной властью сложилось конструктивное сотрудничество. Свидетельством тому – распоряжение Президента Ильхама Алиева о передаче Церкви территории, прилегающей к кафедральному собору святых жен-мироносиц в Баку, и строительство на ней здания епархиального религиозно-культурного центра.
В настоящее время церковно-государственные отношения в Республике Узбекистан успешно развиваются и имеют положительную динамику. Православная Церковь в стране занимает прочные позиции. Государственное руководство внимательно и доброжелательно относится к нуждам православных верующих, о чем, в частности, свидетельствует строительство духовно-административного центра в Ташкенте и возведение храмов в разных городах страны. Отрадно видеть, что Правительство Узбекистана в своей политике отдает приоритет традиционным религиям.
В Узбекистане не допускается никаких религиозных ограничений в отношении Православия, кроме запрещения Законом «О свободе совести и религиозных организациях» открытия общеобразовательных религиозных школ и миссионерской деятельности. Хочется надеяться, что диалог с органами власти позволит открыть в данных сферах для Православной Церкви новые возможности. Одним из путей улучшения ситуации в этих вопросах могло бы быть различение между традиционными религиозными общинами и деструктивными, навязываемыми извне организациями, опасность которых для Узбекистана, как и для любой другой страны, вполне очевидна. Упомянутый закон прежде всего направлен на пресечение деятельности радикальных течений и сект. Стоит упомянуть, что в большинстве учебных заведений страны недавно читались противосектантские лекции.
В Республике Таджикистан на фоне благоприятных условий для обеспечения свободы совести и вероисповедания сохраняется необходимость преодолеть последствия гражданской войны и исключить деструктивные внешние влияния на религиозную жизнь, что отражается в законодательстве и правоприменительной практике.
