Читаем без скачивания Падение "Утренней звезды" (СИ) - Бутусова Лена

…Изображение ожило — Лучезар улыбнулся:

— Я напугал тебя, Лизонька. Прости, пожалуйста.

Лиза оторопело смотрела на бывшего жениха, пытаясь вспомнить все те слова, которые она придумала для него во время полета к станции.

— Где ты, Лучезар? Что все это значит? — сказала Лиза совсем не то, что хотела сказать при первой после ссоры встрече.

Изображение на миг замерло, словно кто-то включил стоп-кадр, затем выражение лица собеседника поменялось — улыбка погасла, в глазах плеснулась грусть:

— Я здесь, Лизонька.

— Здесь — где? — девушка еще раз затравленно оглянулась и, разумеется, никого не увидела. — Тебя здесь нет! Я тут одна! — в ее голосе прорезались истеричные нотки.

— Не волнуйся, милая, все хорошо. Я — здесь. Я — везде.

Глава 7

— И что ты здесь делаешь? — чувствуя, что происходящее теряет связь с реальностью, Лиза спросила у изображения на экране.

Горский невесело улыбнулся:

— Пытаюсь подружиться с искусственным интеллектом станции, как я и собирался.

— Прекрати пугать меня, Лучезар, мне и без того страшно до ужаса, — Лиза сердито поджала губы. — Ты сказал, что я нужна тебе. Не хочешь говорить, где ты, не говори. Но что тебе от меня нужно? Я готова помочь, если тебе нужна помощь.

Лиза пыталась казаться сердитой и невозмутимой, между тем, как пальцы ее мелко подрагивали от волнения, а голос то и дело срывался. Разумеется, Лучезар видел все это, он всегда видел людей насквозь, словно рентгеновский аппарат.

Мужчина склонил голову набок, любуясь своей бывшей невестой:

— Какая же ты все-таки красивая, Лизонька, когда сердишься.

— Что? — девушка опешила и жалобно захлопала ресницами, пытаясь справиться с подступившими слезами.

— Прости, — изображение мужчины на экране прикрыло глаза. По экрану прошла рябь, и вот уже Лучезар смотрел на Лизу прямо и спокойно. Он продолжал, — Мне действительно нужна помощь. Я многое могу делать удаленно, но некоторые системы вашего корабля автономны и не имеют выхода в сеть.

— Зачем тебе наш корабль? Мысин сказал, что двигатели не работают, мы не можем даже улететь отсюда, — Лиза решительно вытерла выступившие на глазах слезы.

Изображение Горского чуть улыбнулось:

— Кир умный парень, но он не сможет запустить двигатели, пока я их контролирую.

— Ты? — по спине Лизы снова пробежал холодок. — Так это ты держишь нас здесь в заложниках, а вовсе не станция?

— Да и нет.

— Перестань говорить загадками! — еще мгновение, и, несмотря на все усилия, Лиза расплакалась бы от обиды и страха.

Пусть голос в ее голове оказался реальным, а не плодом приступа космического психоза, легче от этого не становилось. И даже на короткий миг Лизавете захотелось, чтобы рядом оказался Такер, простой и надежный. Он не пугал ее странными намеками в отличие от Лучезара, а наоборот пытался успокаивать и защищать.

— Прости, — Лучезар снова принялся извиняться. Он выглядел таким виноватым и расстроенным, что Лизе стало жаль его и совестно за свои тайные желания, — я немного путаюсь, для меня многие вещи понятны и очевидны по умолчанию, и я забываю, что у людей причинно-следственные связи работают иначе. Что вам нужно объяснять все по порядку.

— Да, — Лиза пыталась разозлиться, чтобы было не так страшно, — будь добр, объясни по порядку.

Изображение мужчины замерло на миг. По нему прошла рябь, и Лучезар заговорил:

— Когда Утренняя звезда потеряла орбиту, я стабилизировал ее траекторию, предотвратив падение. Сейчас я контролирую почти все системы станции. Я держу под контролем последний из реакторов. Пока что он стабилен, но из равновесия его может вывести любой неосторожный внешний импульс. Я не могу этого допустить, при нынешнем положении орбиты станция рухнет на Землю, пусть частями, но могут быть разрушения и жертвы. Интеллект станции пытается перехватить управление, и мне приходится отражать больше миллиона кибератак ежесекундно.

— Где ты, Лучезар? — Лиза нахмурилась. — Ты улетел со станции? Ты на Земле? — она непроизвольно бросила взгляд на его футболку, которая определенно осталась в их домике под Новосибирском.

— Нет, Лизонька, — Горский покачал головой. — Я здесь. Я интегрировал свое сознание в искусственный интеллект станции.

Поскольку девушка только оторопело открыла рот, Горский продолжал:

— Он все время делает попытки перехватить контроль, но компьютерной программе не хватает для этого воображения. Единственное, что она может, это перезапустить всю систему, чтобы избавиться от вредоносного объекта, то есть меня. Но тогда все поздние изменения в его структуре будут стерты, и программа вернется к заводским настройкам. К моим настройкам. А это не входит в планы саботажников.

— Все-таки саботаж?.. — Лиза пробормотала растерянно. — Профессор Келдыш говорил о саботаже.

Девушка спохватилась:

— Ты знаешь, где профессор Келдыш? Мы оставили его в грузовом отсеке, но там сейчас нет сигналов экипажа.

Лицо Горского на экране помрачнело:

— Боюсь, Станислав Вениаминович уже мертв, а его браслет деактивирован.

— Но… как же так? — нахмурившись, Лиза недоверчиво покачала головой. — Он был слаб, но стабилен.

— Спроси у своего нового друга, — показалось, или в голосе Горского скользнула досада?

— Что? — Лиза непонимающе посмотрела на собеседника, и Лучезар пояснил:

— Поинтересуйся у командира Такера, что он сделал с браслетом Келдыша.

Чувствуя, как ее начинает бить нервная дрожь, Лиза наклонилась ближе к экрану, провела рукой по наэлектризованной поверхности, будто лаская изображенное на ней лицо. От ее прикосновения по экрану пошли помехи, а Горский продолжал говорить, не обращая внимания на это проявление чувств:

— Послушай меня сейчас, это важно. Я не могу перезапустить программу изнутри, это можно сделать только снаружи. Мне нужен ключ на перезапуск системы. Он есть в бортовом компьютере вашего спасательного корабля, но получить его можно только через внешний носитель. Тебе придется вернуться на корабль, скачать код на инфокар и принести мне сюда, чтобы я мог его активировать.

— И тогда ты ко мне вернешься? — казалось, Лиза пропустила мимо ушей половину объяснений бывшего жениха. — И мы все-таки с тобой поженимся? Я тут подумала, полгода не такой уж большой срок. Могла бы ведь и подождать, — девушка продолжала гладить экран, по лицу ее катились слезинки, но она не замечала их. Умная автоматика скафандра попыталась подсушить неуместную влагу, но при открытом шлеме сделать это было не так-то просто.

— Лизонька… — одного этого слова было достаточно, чтобы у Лизы сдали нервы, и она горько расплакалась, склонив голову к коленям и обхватив ее руками.

Лучезар всегда называл ее именно так, ее имя в его устах звучало так нежно и так ласково. Именно поэтому Лиза бесилась на это чужое колючее «лиззи», которым звал ее Такер.

— Не плачь, девочка моя. Соберись. Мне нужна твоя помощь. Кроме тебя, мне больше некому помочь, — виртуальный Лучезар пытался увещевать расстроенную девушку, но слова не помогали. Помогли бы объятия, но сейчас он не мог обнять ее. И потому продолжал говорить, — Ты нужна мне, ты нужна тем людям на Земле, под нами, которые не знают, что над их головами летает смерть.

— Мне нет дела до всех этих людей! — Лиза взвыла.

— Ты сотрудник Космофлота, тебе есть до них дело, — голос Лучезара стал непривычно жестким.

Лиза обхватила себя руками за плечи. Она судорожно всхлипывала и никак не могла сделать нормальный вдох. Видя ее страдания, Лучезар скорбно нахмурился, голос его снова смягчился:

— Мы обязательно поженимся, Лизонька. Но сейчас ты должна помочь мне спасти станцию.

— Ты обещаешь? — девушка прошептала на полувыдохе.

— Я обещаю…

***

Лучезар спокойно, как на лекции, объяснял Лизе, что она должна была сделать:

— Возьми инфокар, — из прорези в приборной панели бесшумно выплыл полупрозрачный кубик кристаллического накопителя. — Тебе достаточно будет просто поместить его в разъем главного компьютера вашего корабля, программа сама найдет и перепишет нужную информацию. Ключ к системе защищен личным паролем Такера, но подполковник никогда не отличался богатым воображением, взломать его будет не трудно, — изображение Горского презрительно дернуло уголком губы.