не сразу. Для этого региона вспышки болезней с похожими симптомами были обычным делом, и поначалу подозрения пали главным образом на холеру. Гвинейские врачи сообщили сотрудникам ВОЗ, осведомленным о возникшей вспышке, что, по их мнению, началась эпидемия именно этого заболевания. Но не все симптомы совпадали с признаками холеры. Кровотечение из носа, а также рвота и диарея, которыми сопровождалась высокая температура, указывали на то, что речь шла о другой инфекции.
В итоге, вирус выдало не что иное, как икота.
Взявшись анализировать сведения о гвинейской эпидемии, члены организации «Врачи без границ» заметили среди перечисленных симптомов икоту (своеобразный побочный эффект геморрагической лихорадки). Но и тогда казалось невероятным, что всему виной вирус Эбола, ведь в Гвинее вспышек этого заболевания раньше не бывало. Поскольку в распоряжении у представителей гвинейских органов здравоохранения не было материалов, необходимых для проведения тестов на наличие данного вируса, образцы крови инфицированных пациентов были отправлены в лаборатории Сенегала и Франции. Результаты оказались неоспоримыми и отрезвляющими: инфекцию вызвал заирский штамм вируса Эболы.
В Гвинею незамедлительно отправились члены организации «Врачи без границ», а также учрежденных местными властями комитетов по устранению чрезвычайной ситуации. ВОЗ объявила о начале эпидемии. В срочном порядке были оборудованы полевые госпитали, оснащенные изоляционными камерами, и регион заполонили иностранные врачи, облаченные в защитные костюмы.
Многих жителей Гвинеи испугали столь поспешные меры. По их разумению, иностранцы увозили их заболевших родных и помещали в изоляционные камеры, где те зачастую умирали, так больше и не увидевшись с семьей. К тому же людей, скончавшихся от вируса, лишали традиционных обрядов погребения, ведь их тела сразу же клали в мешки для трупов и хоронили. Гуманитарные работники не могли предложить местным жителям вакцину или лекарство – помощь, которая с радостью принималась прежде, во время вспышек таких инфекций, как малярия. В результате иностранцев стали побаиваться, и помогали им по большей части неохотно, а временами страх и вовсе перерастал в насилие. В деревне Воме на юго-западе Гвинеи восемь гуманитарных работников были жестоко убиты дубинками и мачете. На фоне слухов и теорий заговора, согласно которым болезнь распространяли иностранцы, а также предположений, что они тайно собирали органы умерших, некоторые гвинейцы даже прятали заболевших родственников у себя дома, не желая везти их в больницу.
Бушмит
Бушмит (от англ. bush – «кустарники, заросли», meat – «мясо») – под этим понятием подразумевается мясо диких зверей, употребляемое в пищу африканцами. В Африке неосвоенные места вроде лесов и саванн носят название «буш» – отсюда и слово «бушмит». Хотя такое мясо – это, безусловно, важный источник пропитания для жителей бедных регионов, его добыча представляет собой животрепещущую проблему. Охота значительно сокращает численность диких африканских животных и даже приводит к их вымиранию. Предполагается, что жители Африки употребляют в пищу более миллиона тонн бушмита в год. В частности, это сказывается на популяциях горилл и шимпанзе (а также других приматов), слонов, антилоп, крокодилов, крыланов, дикобразов, тростниковых крыс, змей и панголинов. К тому же употреблять бушмит в пищу опасно, ведь он может быть источником зоонозных инфекций. Если уж на то пошло, заразиться можно и на охоте, ведь добытчики непосредственно контактируют с физиологическими жидкостями убитых зверей. Продолжавшееся тридцать пять лет исследование в Камеруне, в бассейне реки Конго, показало, что путем охоты на диких животных и употребления их мяса в пищу человеку передались следующие зоонозные патогены: арбовирусы (лихорадка денге, желтая лихорадка), вирус оспы обезьян, ВИЧ, сибирская язва, сальмонелла, обезьяньи пенистые вирусы и Эбола.
Считается, что люди заражаются вирусом Эбола через «бушмит».
Окончательно не доказано, но весьма вероятно, что с 1976 по 2014 год вирус Эбола передавался человеку от рукокрылых около тридцати раз через употребленное в пищу мясо животных, убитых на охоте, или недоеденные ими фрукты и плодовую мякоть.
Это сложная проблема, которую нельзя решить в один день, и существует она не только в Африке. Мясо диких животных едят по всему миру. Для жителей некоторых регионов оно – важнейший источник пропитания, и зачастую он связан с культурными традициями. До тех пор, пока не будет найден более приемлемый выход, многие жители планеты будут идти на риск подхватить зоонозную инфекцию. И кто знает, какое доселе неизвестное новое заболевание, не менее страшное, чем эбола, грозит нам в будущем?
Информационный плакат, призывающий граждан мыть руки, чтобы остановить распространение вируса Эбола. Либерия, 2014 г.
А между тем от инфекции умирало все больше гвинейцев. К июню лихорадка Эбола унесла на тот свет жизни трехсот человек. К сентябрю эта цифра достигла трех тысяч. По мере ухудшения ситуации, местные жители все больше пугались новой болезни и убеждались в ее серьезности, и в конце концов поверили в необходимость карантинных мер и методов лечения, предписываемых иностранными медиками. Одним из основополагающих аспектов лечения были капельницы, позволявшие предотвратить сильное обезвоживание, а также прием антибиотиков, препятствующих развитию вторичных бактериальных инфекций вроде перитонита (воспаления брюшины).
Вирусологи сосредоточили свое внимание на обстоятельствах, при которых заразился нулевой пациент вспышки 2013 года – двухлетний мальчик, первым подхвативший инфекцию. Они выяснили, что он часто играл вместе с соседской ребятней у полого дерева, внутри которого гнездилась колония летучих мышей – ангольских складчатогубов. Иногда дети их ловили, убивали и съедали. Это хоть и не доказало, но в очередной раз косвенно подтвердило предположение о том, что переносчиками заболевания и причиной человеческих эпидемий могли быть летучие мыши. Кроме того, это усугубило и без того растущие опасения относительно употребления в пищу мяса диких животных (см. вставку на стр. 55).
К тому моменту, когда эпидемиологи отыскали упомянутое дерево, надеясь отловить и протестировать поселившихся в нем рукокрылых, от него остался лишь обгорелый пень. Однажды в разгар эпидемии дерево загорелось – то ли по чьей-то вине, то ли по воле случая. Наблюдавшие за случившимся жители говорили, что, пока бушевало пламя, «с неба сыпались летучие мыши».
Вспышка, названная «эпидемией лихорадки Эбола в Западной Африке» и начавшаяся, как принято полагать, в 2013 году с той самой колонии летучих мышей, в итоге охватила территорию трех стран: Гвинеи, Либерии и Сьерра-Леоне. К
