что потрясенные граф и его жена в мрачном молчании таращатся друг на друга.
— В документах нет ничего о призраках, привязанных к этому дому, мадам.
— Спасибо, Флут. Полагаю, теперь нужно позаботиться о… — Алексии не понадобилось договаривать: неизменно инициативный Флут хлопотал вокруг Фелисити с надушенным носовым платком.
Леди Маккон повернулась к мужу.
— А ты должен…
Тот пристраивал на голову цилиндр.
— Уже иду, женушка. Длина ее привязи должна позволять являться в этот дом. Где-нибудь в БРП наверняка должны быть записи. Возьму с собой профессора Лайалла и Биффи.
Алексия кивнула.
— Не задерживайся слишком сильно. Кто-то должен помочь мне вернуться в дом лорда Акелдамы до утра, а тебе известно, что в последнее время я только и делаю, что сплю.
Хлопая плащом, муж бросился к ней на манер героя какого-то готического романа, громко чмокнул ее сперва в губы, а потом, к ее величайшему смущению, в выпирающий живот, после чего был таков. К счастью, Флут по-прежнему возился с Фелисити, а потому ни одна живая душа не стала свидетелем столь чрезмерного проявления привязанности.
* * *
— Как я понимаю, в такой ситуации Фелисити становится наименьшей из наших забот.
Солнце только что закатилось, и проснувшиеся Макконы перебрались по временным мосткам из дома лорда Акелдамы в собственный, а там спустились в столовую. Разговор, начатый накануне ночью и прерванный на несколько часов, за которые граф Вулси наспех провел несколько расследований, а потом сладко подремал, возобновился буквально с запятой. Коналл поднял глаза от тарелки и проворчал:
— Когда дело касается королевы, дорогая моя, мы должны серьезно относиться к любой угрозе. Даже если мои усилия пока что ни к чему не привели, это не значит, что мы можем относиться к бредням призрака спустя рукава.
— Ты считаешь, меня это не касается? Я поставила в известность Теневой совет, и сегодня вечером мы созываем чрезвычайное совещание.
Вид у лорда Маккона стал недовольный.
— Право слово, Алексия, следует ли тебе лезть в дела подобного рода на такой поздней стадии?
— Что? Да ведь мы только-только об этом узнали! Я понимаю, что вы с Лайаллом продвинулись довольно далеко вчера, когда я отправилась спать, но едва ли…
— Нет, женушка. Я о том, что твое нынешнее состояние не предполагает зажигательных прогулок по Лондону с парасолем наперевес, понимаешь?
Алексия опустила взгляд на свой выдающийся во всех отношениях живот, а потом у нее на лице появилось то самое выражение.
— Я целиком и полностью способна…
— На что? Подковылять к кому-нибудь и безжалостно врезаться в него со всей дури?
Леди Маккон сверкнула очами.
— Уверяю тебя, муженек, хоть я и двигаюсь медленнее, чем мне было свойственно раньше, с головой у меня все в порядке. Я справлюсь!
— Послушай, Алексия, пожалуйста, будь благоразумна.
В силу своего положения леди Маккон решила дать слабину и немного пойти на попятную.
— Обещаю, не стану рисковать без необходимости.
Коналл не упустил из виду тот факт, что прозвучавшее в этом заявлении слово «необходимость» может трактоваться его женой весьма произвольно, и поэтому ничуть не успокоился.
— Хотя бы возьми на это свое расследование одного из щенков.
Леди Маккон прищурилась. Граф заюлил:
— Я буду чувствовать себя куда спокойнее, зная, что кто-нибудь сможет позаботиться о твоей физической безопасности. Даже если вампиры держат нейтралитет — а этого мы, кстати, гарантировать не можем, — ты все равно склонна вляпываться в неприятности. Нет-нет, бесценная моя, я вовсе не считаю, что ты беспомощна. Просто недостаточно подвижна.
Алексии пришлось согласиться с его доводами.
— Очень хорошо. Но если мне придется расхаживать с компаньоном, я хочу, чтобы это был Биффи.
Граф совершенно не одобрял такой выбор.
— Биффи! Он у нас новичок. Он даже не научился контролировать превращение. Какой с него толк?
— Или Биффи, или никто, — отрезала Алексия, а про себя подумала: «Как типично для моего мужа видеть недостатки, которые есть у Биффи-оборотня, и не замечать его выдающихся человеческих способностей».
Ибо молодой денди действительно обладал множеством дарований. К вящему недовольству лорда Маккона, он взял на себя обязанности камеристки при своей новой госпоже — Алексия так и не озаботилась нанять замену Анжелике, — причем, обладая безупречным вкусом, всегда понимал, какие прически и наряды будут той к лицу. Он справлялся куда лучше Анжелики, во взглядах которой, по мнению леди Маккон, было многовато французской раскованности. Биффи же, хоть и склонен был проявлять дерзость, когда дело касалось его собственного гардероба, знал меру, если речь шла о леди, которая то вступала в битву с человекоподобными автоматами, то забиралась в махолеты.
— Не слишком мудрый выбор, — сжал челюсти лорд Маккон.
Никто пока не присоединился к ним за обеденным столом. При жизни в стае побыть наедине вне спальни было редкостью, и Алексия наслаждалась этой роскошью. Она придвинулась к мужу поближе и опустила руку на его ладонь, покоящуюся на изысканной кружевной скатерти.
— Биффи прошел подготовку лорда Акелдамы, а она вовсе не ограничивается навыками виртуозной работы со щипцами для завивки. — Граф фыркнул. — И сейчас я забочусь не только о своем удобстве. Биффи нужно немного отвлечься, Коналл. Разве ты сам не заметил? Прошло уже пять месяцев, а он все такой же неприкаянный.
Граф скривил губы так, что его рот слегка поехал набок. Он заметил! Еще бы ему не заметить. Он замечал все, что касается его волков. Это же одна из важнейших частей его бытия — следить, чтобы стая оставалась сплоченной и была единым целым. Алексия читала научные труды; ученые называли это явление присущей душам склонностью к образованию совместных структур и обобществлением эфира. Она и сама догадывалась, как обстоят дела: вампиры и призраки привязаны к месту, а оборотни — к стае. Слишком часто возникавшая у Биффи меланхолия, должно быть, ужасно ранила Коналла.
— А чем поможет, если я разрешу ему тебя сопровождать?
— А разве я — не часть стаи?
— Ага, — граф перевернул руку и сжал ладонь жены, с готовностью отвечая на ее ласку.
— Если тебе интересно мое мнение, то дело не столько в Биффи, который не может найти свое место в стае, сколько в стае, которая не предоставляет ему такой возможности. Вы все относитесь к нему как к любому другому новичку-оборотню, а он не такой, понимаешь? Он другой.
Примечательно, что Коналл не подскочил, как ужаленный, на месте и не перешел к немедленной обороне.
— Да, я это понимаю. Мы с Рэндольфом как раз недавно обсуждали этот вопрос. Но все не может упираться в одни только предпочтения Биффи. Мы, оборотни, в своих вкусах не меньше
