тобой силой, глупый ребенок. Поговори-ка со мной. А то вначале ты себя досуха выжала, потом наш ректор решил, что он понимает в целительстве больше, чем я, и передал тебе почти половину своей силы. Этот наивный мужчина решил, что, поделив свой запас сил на две части, он и тебя на ноги поставит, и сам в сознании останется.
Выговаривая все это, леди Лорна ловко убрала с груди Иржин руку милорда Десуора, после чего укутала спящего мужчину в пушистый плед цыплячьей расцветки.
— Вообще, это и правда звучит разумно, — осторожно произнесла Иржин.
— Конечно, разумно, — охотно согласилась целительница. — Пошли, будет тебе крепкий сладкий чай, плюшки и ласковое слово.
— А слово точно будет ласковое? — насторожилась Иржин.
— Конечно, первый раз я всегда ласково, — хмыкнула целительница.
Следуя за леди Лорной, Иржин едва не растянулась во весь рост — на входе в кабинет целительницы был высокий порог.
— Аккуратней, — рассмеялась Лорна. — Никто еще не преодолел эту преграду без столкновения.
— А почему не уберете?
— Так я-то давно привыкла, — усмехнулась целительница.
Иржин не стала говорить, что, согласно народной молве, целитель должен быть добрейшим существом в мире.
Кабинет у Лорны оказался тесным — все стены были заставлены шкафами, в которых стояли ровные ряды зелий. Окна не было, оно и понятно, многим настоям вреден солнечный свет. Рабочий стол целительнице служил и как обеденный — несколько темных кругов от донышка чашки выдавали Лорну.
— Рассказывай, — велела целительница. — Всю Академию лихорадит, боевики и иллюзионисты злые, как выползки Ледяного Ада.
— Я ничего не делала, — нахмурилась Иржин.
— Авертин учится на боевого мага, а Гилмор будущий иллюзионист. Их поступок сочли настолько возмутительным, что лишили их права занимать пост старост. А так как эти двое остолопов были лучшими на своих факультетах, то впервые за практически всю историю нашей Академии старостами станут ученики других факультетов.
— Ох, — Иржин тяжело вздохнула. — Вот это подстава. Никто ведь и не подумает, что они сами виноваты.
Лорна сноровисто вытащила большой медный чайник и глубокую миску с плюшками. Сдвинула документы на край стола, и через пару минут Иржин с удовольствием принюхалась к ароматному чаю.
— Ну? — нетерпеливо рыкнула Лорна.
Что-либо скрывать леди дер Томна не видела смысла, а потому выложила все как есть. Целительница выслушала ее с непроницаемым лицом, а потом, не говоря ни слова, встала и отошла к одному из шкафов. Вытащив темно-синий флакон, Лорна в два глотка опустошила его и отбросила в ящик для использованных фиалов.
— Успокоительное, — коротко пояснила Лорна и вернулась за свой стол. — Боги, какой позор. Это даже больше, чем позор. Это просто катастрофа.
Иржин взяла плюшку и спокойно спросила:
— Почему? То есть да, поступили они отвратительно, но такого ажиотажа я не ожидала.
Лорна взяла чашку, покрутила ее в руках и поставила обратно. Целительница молчала так долго, что Иржин успела съесть три мягких плюшки.
— Понимаешь, наши старосты — это не те, кто отмечают отсутствующих на лекциях. Нет, для этого есть особые заклятья на входных дверях. Наши старосты — это лицо Академии. Они первые помощники наставников в экспериментах и всех научных трудах. Да ради всех богов, старосты Академии раз в полгода посещают вечерние чаепития во дворце! И тут такое — издевательства над еще даже не поступившей девицей. Это стыдно, и в первую очередь нам, взрослым людям, — старост выбираем мы. Спорим, ругаемся, голосуем. А Гилмора ведь я предложила! Эх. Теперь хоть не выходи из лазарета. А ты ешь, набирайся сил. У тебя через полчаса общее построение. Обычно собрание первокурсников проводилось отдельно от общего построения, но преподаватели решили объяснить ситуацию всем. Чтобы не произошло никаких эксцессов и чтобы по Академии не поползли слухи. Встань-ка, я твой костюм почищу да разглажу. Вещи твои уже доставлены и стоят в комнате.
— Доставлены? В комнате? Но я же ничего толком и не собирала, — удивилась Иржин, но послушно встала и раскинула руки.
— У нас все давно отработано. Как только ты вышла из дома, пара студентов-третьекурсников постучалась в двери твоего дома, они все объяснили лорду и леди дер Томна, — рассмеялась Лорна. — Писчие принадлежности выдает Академия, учебники и сумки для их ношения — тоже. Верхняя одежда у нас форменная, так что из личных вещей у тебя будет только исподнее, пижама, полотенце и гигиенические принадлежности. В академии учатся самые разные студенты, и мы стараемся сгладить разницу между обеспеченными и необеспеченными учащимися.
— А как же все это происходит? Я про форму, ее ведь столько пошить нужно!
— Беги, беспокойная! Разрешаю приходить ко мне в любое время, но надоедать не стоит. Мы, целители, люди с богатой фантазией.
— И зелья тестировать надо, — хихикнула Иржин и выскочила из кабинета целительницы. Чтобы через мгновение вернуться назад. — А куда идти-то?
— Во двор, — махнула рукой Лорна, убиравшая со стола. — Все разборки у нас происходят во дворе, перед полигоном. Иди по коридору к двустворчатым дверям, а там уже и наш любимый двор.
— Спасибо, — выдохнула Иржин и взяла протянутую Лорной шляпку, — спасибо.
— Иди уже, чувствую, не оберемся мы проблем с тобой.
Двери уже закрылись, когда целительница вытащила тонкий мундштук и вставила в него самокрутку.
— Первая ведь за десять или даже одиннадцать поколений, — задумчиво произнесла Лорна и выпустила изо рта зеленоватый дымок. — Ох и вздрогнет Академия. А может, и Траарн.
Двор действительно нашелся быстро. Студенты уже собирались, и на фоне цветных форменных мантий легко угадывались первокурсники — единственные, кто был одет в обычную одежду.
— Строимся! — громко разнеслось по двору. — Смотрим под ноги! Первокурсники, смотрим под ноги. Черные плиты — выпускной курс, красные плиты — четвертый курс, оранжевые плиты — третий, жёлтые — второй, и первый курс — ваши плиты зелёного цвета.
— А староста-бытовичка ничего такая, — услышала Иржин чей-то комментарий. — И горло дерет громко, и посмотреть есть на что. Прикольные в этом году изменения.
Иржин не рискнула подслушивать — плиты под ногами из серых превратились в черные, а значит, она была в зоне выпускного курса.
— Всё-таки поступила? — раздался ехидный голос. — Ну-ну. Ты знаешь, что если тебя отчислят, то придется выплатить Академии огромные отступные?
Полуобернувшись, Иржин увидела Дею. Смерив девицу долгим взглядом, леди дер Томна ничего не ответила. Эту заносчивую заразу терпеть всего-то год! Нечего на нее слова тратить.
В зоне первокурсников оставался только один зелёный квадрат, на него Иржин и встала.
— Вначале правила для первокурсников, — громко произнесла рослая девица в черной мантии. — Парням в девичьи спальни нельзя, наоборот тоже нельзя. Покидать корпус общежития ночью — нельзя, слишком рано
