Читаем без скачивания Врата Победы - Влад Савин

- Мой командир, корветтен-капитан Штрель, после сгинувший на U-1507, был уверен, что Ужас - это всего лишь большая подлодка, - сказал Краузе в откровенной беседе после третьей порции шнапса, - но я уверен, что это не так. Никто не может сейчас построить субмарину с такими характеристиками! Как не могли создать U-бот во времена Нельсона или карибских пиратов. Ты спросишь меня, что же это такое? "Летучий голландец" - кто сказал, что он должен быть парусником во все времена? Сегодня он с большим успехом принимает вид чудовищной подводной лодки. Хотел бы я знать, что посулил Сталин Голому Гансу (прим. - немецкий аналог Дэви Джонса. - В.С.), чтобы сам Морской черт согласился поступить к русским на службу! И слава богам, что этот договор, похоже, ограничивается лишь северными морями!

Сейчас Рапке уже в который раз проверял мотор своего "бибера". Хорошо еще, что его "бобренок" стоял впереди от рубки U-1102, а не над машинным отсеком, где вибрация гораздо сильнее. Макаронники все ж не англичане, так что шанс вернуться с победой, а не погибнуть во славу фюрера, достаточно велик. Ну а после есть надежда, что скоро кончится война. Мир с русскими, когда орды азиатов разобьются о несокрушимый Одерский рубеж, и здесь по Альпам тоже очень сильная позиция - пусть это не будет обещанным миром Пакс Германика, но несомненно, лучшими границами, чем в тридцать девятом, так что война, может, и не будет однозначно выиграна, но и не проиграна ведь! В тридцати милях к северу Ницца, пляжи Лазурного берега - может быть, уже этим летом приеду здесь отдыхать, ведь честные немцы заслуживают этого больше, чем французские плутократы?

Мечты были прерваны грохотом взрыва. Через несколько секунд раздался второй. Когда Рапке высунул голову из люка (а развернуться внутри "бибера" в очень тесном отсеке было непросто), у борта U-720, идущей впереди, взметнулся водяной столб, а там, где во главе ордера шла U-711, не было уже ничего, только пятно соляра и какие-то обломки на воде. И на палубе не было никого, как положено по команде "срочное погружение", лишь Краузе мелькнул на мостике, как положено командиру - уходить вниз последним. Увидев Рапке, он сделал знак рукой, как будто закрывал люк. Все правильно, вылезти из "бибера", пробежать до рубки, подняться на мостик и нырнуть в люк никак уже не успеть! Оставалось лишь надеяться, что U-1102 не погрузится слишком глубоко, чтобы корпус "бибера" мог выдержать давление. Сволочь Краузе - впрочем, сам Рапке на его месте поступил бы так же!

Лево на борт! Правильно, если враг справа, то его следует приводить за корму и отходить максимально быстро. Впрочем, если это британская лодка, о которой было предупреждение, но не здесь, а южнее, то под водой она нам ничего сделать не может. Так что ничего страшного, лишь немного переждать. Черт, условия предельно некомфортные, и холодно!

Еще два взрыва где-то справа и позади, или показалось? Затем с полчаса не происходило ничего; U-1102 ровно шла на глубине двадцать. И вдруг взрыв, будто в борт ударили молотом! Лодка стала проваливаться на глубину, Рапке подумал, это конец - но крепления лопнули, и "бибер" освободился, едва не вылетел на поверхность. Однако это было бы опасно, вдруг враг наблюдает в перископ, лучше остаться незамеченным! Рапке запустил электромотор на "самый малый", чтобы только сохранить управление, и "бибер" завис на глубине пятнадцать, очень медленно и почти бесшумно продвигаясь вперед.

И тут Рапке, зачем-то взглянув в нижний, "посадочный" иллюминатор, испытал настоящий ужас. Солнце просвечивало толщу воды - и там, на самой видимой грани, быстро двигалось что-то большое, округлых форм, совсем не похожее на субмарину, да и больше U-бота в несколько раз. Вот оно исчезло, но Рапке был абсолютно уверен, он видел, ему не показалось! Неужели Краузе был прав - и русские выпустили в море своего черта теперь и здесь?

Он вел "бибер" очень осторожно, боясь даже дышать. И только когда солнце склонилось к закату, рискнул всплыть и запустить бензиновый движок. На север, к золотым пляжам Ниццы, чтобы остаться жить!

Рапке был единственным выжившим из двухсот сорока человек - экипажей четырех подводных лодок и сдвоенных команд восьми "биберов". Но для командования Средиземноморского флота Еврорейха это было наименьшей неприятность в сравнении с известием - русский Полярный Ужас здесь!

Лазарев Михаил Петрович. Подводная лодка К-25. Средиземное море. Март 1944

За вражьей лодкой началась охота - она от нашей гвардии услышит вой торпед.

В расшифрованном приказе было: по данным разведки, немцы и итальянцы собираются применить подводно-диверсионные силы против флота Народной Италии в Специи и Генуе. Немецкое "соединение К" прибыло в Тулон, ну а Боргезе со своей бандой пойдет от Неаполя. Мы должны были, по возможности, перехватить врага еще на переходе, вдали от цели.

Ясно, сохранить итальянские корабли для будущего Средиземноморского флота Варшавского договора, или как в этой реальности будет называться военный союз соцстран - пожалуй, даже более важно, чем потопить еще несколько транспортов, вывозящих из Италии фрицев. Как и то, отчего диверсанты - раз Генуя наша, то должны там быть и ПВО, и истребители. Сведения, скорее всего, от радиоразведки - насколько мне известно, перехват немецких передач и расшифровка их нашими компами были уже организованы на всех фронтах и флотах. Хотя не исключаю, что под конец войны кое-кто из немцев стал Штирлицем, или итальянцы осерчали на Гитлера за ватиканский погром. Впрочем, для нас это неважно - вводные приняты, надо исполнять.

После Неаполя мы не встретили ни одной достойной цели. Раз шесть засекали противолодочные патрули, успевали уклониться, пользуясь преимуществом в скорости. Слышали вдали взрывы глубинных бомб - явно не по нашу душу, так что относились спокойно. Итальянцев мы могли бы поймать и здесь, а вот чтобы перехватить немцев, нам надо подняться на север, между Корсикой и Италией, а там с итальянской стороны обширное мелководье, что не есть хорошо - и Саныч с всей БЧ-1 старается как проклятый, и с миноносцами лучше не встречаться. Но за нас играет, что мы очень тихие и для сонаров невидимые (хотя покрытие на корпусе за столько походов уже поизносилось, но все равно сигнал отражает куда слабее, чем голая сталь бортов), а у итальянцев и немцев акустика в эту войну была не очень. Хуже, если там успели выставить мины, глубины вполне позволяли. Потому придется идти, периодически подсвечивая свои локатором - тридцать миль пройдем часа за два. Справа на траверзе остров Монтекристо, про него ли писал Дюма, не знаю, по лоции описание похоже, самый южный в Тосканском архипелаге, центром которого Эльба, с которого сбежал Наполеон. А до того тут войнушки генуэзцев с турками были, с французами, а еще раньше римляне и карфагеняне ходили - читал, что уже во второй половине двадцатого века тут столько работы было морским археологам! Тьфу три раза - мы еще фрицев должны на дно отправить, но сами туда не ляжем!

Тем более мы здесь не одинокий охотник. Наше сообщение ушло на берег - и с вечера авиация должна врезать по корабельным патрулям в проливе, если они там есть. Благо фронт уже, по сводке, у Ливорно и Флоренции. Ну а мы ночью и пойдем, тихо, осторожно, никого не задевая - нет нас, мы призрак, тень в море. И останемся ею, пока не обнаружим врага. Предполагается - две или три немецкие лодки, несущие каждая по паре сверхмалых субмарин.

Пришлось немного понервничать, когда по правому борту, милях в четырех, прошли миноносцы. Нас не засекли - но нам пришлось последний участок идти без локатора, по счислению, чтобы не выдать себя шумом. В четыре часа ночи 11 марта мыс Капо-Бьянко, северная оконечность Корсики, остался у нас за кормой по левому борту. Курс 280, запад-северо-запад, скорость четырнадцать, глубина сто - слушаем море. Убедившись, что вокруг чисто, всплываем на перископную, поднимаем антенну и отправляем сообщение, адресованное Генуэзской военно-морской базе ВМФ СССР. Неважно, что по факту это флот "народной Италии", и наших там может быть пара ответственных представителей. Надеюсь, что наши сумели уже все взять в свои руки, покрепче, чем Кузнецов в Испании семь лет назад. Пусть учитывают нас в своих планах - и нам совершенно не нужны ни потопленные союзники-итальянцы, ни тем более получить от своих. Потому ушел доклад: "Подводная лодка К-25 собирается провести противолодочный поиск в указанных квадратах, к югу и юго-западу от Генуи".

Начинается работа. Хорошо, что к северо-западу от Корсики дно резко идет вниз, глубины за два километра, есть где развернуться. Наша незаметность прямо зависит от глубины - поскольку основной звук от винтов дает кавитация, то на трехстах мы можем почти неслышно разгоняться до тридцати узлов, а на малой глубине при таком ходе шум был бы на все море. Но нежелательно лишний раз перегружать металл корпуса, тем более нам в этом времени, когда возможности по ремонту явно не те - и потому выбираем нечто среднее, сто метров и четырнадцать узлов. Что все равно намного превосходит возможности дизельной лодки, даже конца века. Наш "Палтус", он же "Варшавянка", он же "проект 877", недаром имел прозвище "черная дыра", будучи гораздо тише любой атомарины - но и для него было проблемой, находясь в противолодочной засаде, быстро менять позицию, получив сигнал об обнаруженной цели, емкости батарей хватало на один-два броска полным девятнадцатиузловым ходом. Мы же можем идти так неограниченно долго, просматривая обширный район. И тактика у нас другая, не элемент противолодочной сети, наряду с авиацией, кораблями, другими лодками, линиями акустических буев и стационарными системами - а охотник, ответственный за весь обширный район, найти, уничтожить, доложить.