и друзья деда рассаживаются за столом.
Вот как она может на поминках? Да, дедушка был добрый по жизни, помогал родне и друзьям в трудных ситуациях, но они, по крайней мере, платили ему благодарностью. Часто приходили в гости в последнее время, чтобы навестить.
Начали поминать, говорили о том, какой замечательный человек был дедушка. Мама тоже высказалась, пустила слезу, в конце поминок поблагодарила всех, кто пришёл. За столько лет жизни с ней я научилась различать, когда её слова насквозь пропитаны фальшью. Мать всегда думала только о себе, шла по головам к своей цели. Деньги и власть — вот что важнее всего. Остальное для неё — тлен.
* * *
Уже на третий день после похорон деда, мама потащилась к нотариусу оформлять наследство, меня она потянула за собой. Я уже выяснила, что получения положенной мне суммы придётся ждать полгода. Какая разница, когда бежать всё оформлять, могли бы и подождать немного. Мы ехали на машине матери, она сидела рядом, поджав губы, потом достала завещание и перечитала ещё раз.
— Хорошо, что управляющим наследством меня поставил. Чужие люди только бы весь бизнес угробили. Кстати, приедем — подпишешь свою долю на меня.
— С чего бы это? Дедушка мне завещал эти деньги, и я не собираюсь отказываться, — возразила я.
— Ты тупая⁈ Понимаешь, что выдернуть вот так восемь миллионов со счетов фирмы нельзя! Это тебе не восемьсот рублей! — крикнула она, взмахнув руками.
— Ну конечно. На личном счёте дедушки было немало денег. Я не собираюсь отказываться от наследства.
— Да, у отца на личном счёте было пять миллионов. Остальное на счетах фирмы — и всё в деле, — возразила она.
— У тебя тоже есть счёт, — пожала плечами я.
— А ты к моим деньгам не примазывайся, это моё, личное, сколько бы там ни было. И потом, зачем тебе такие деньги? Вот что ты с ними делать будешь? Профукаешь всё. Когда помру, получишь то, что я имею в полном объёме.
— Ты к моим деньгам тоже не примазывайся. Дедушка их мне оставил. Они мои, что захочу, то и сделаю. Может быть, я, по-твоему, и дура, но даже я поняла, что ты в последнее время много тырила со счетов фирмы и переводила на свой.
Впервые решилась в открытую противостоять матери. Ни за что не уступлю. Я обещала деду перед его смертью исполнить свою мечту. Часть наследства пойдёт на операции по коррекции внешности, только матери об этом совсем не нужно знать.
Приезжаем к нотариусу. Мама уже не настаивает на передаче моей доли ей, она молча подписывает все документы и заявления, потом цепким взглядом следит, как это делаю я. Неужели испугалась, что я упомяну о тех деньгах, что она умыкнула под шумок? Впрочем, мне всё равно, осталось полгода потерпеть, и я буду свободна.
* * *
Атмосфера в доме стала поистине гнетущей. Без деда мать совсем распоясалась, срывала зло на слугах, доставала меня, потом неожиданно подобрела и дала деньги на празднование моего дня рождения. Ей вдруг захотелось, чтобы мой праздник был не хуже, чем у Демидова.
— Ты понимаешь, что сорок дней ещё не прошло? Какие праздники, мам? — говорю я удивлённо, сидя за столом.
Она вскидывает на меня взгляд поверх очков, откладывает на подоконник документ, который читала. Даже за завтраком не может не думать о работе.
— Отец умер, ему уже ничего не поможет, а мы с тобой ещё живые, — парирует мать.
Я смотрю на неё и удивляюсь. Мама вышла на завтрак, как всегда, собранная, шикарно одета, причёска, макияж. Глаза, в отличие от моих, совсем не красные от слёз. Я до сих пор реву вечерами, потому что любимого деда нет рядом. Да, у меня есть родители, но отец далеко, а мать будто неродная.
Внезапно в голову приходит мысль: почему бы не убраться из дома на несколько дней. Мой день рождения выпадает на пятницу. Возьму Ирку с Юркой и уеду вечером на базу отдыха недалеко от города. Там лес, озеро и, помимо основного корпуса, есть домики. Мой друг уговорил Иру встречаться с ним, только вот оба живут с родителями в квартирах и по большому счёту им и переспать негде.
— Поеду в санаторий на два дня с друзьями. Закажу пару домиков с пятницы по воскресенье включительно. Не хочу собирать толпу. Что бы ты ни говорила, а у меня траур.
— Хочешь парня свозить прогуляться? Он хоть из приличной семьи? Ладно, неважно. Ты говорила, какой-то Юра сегодня вечером придёт?
— Да, нам нужно реферат совместный сделать, — отвечаю спокойно.
— Презервативы не забудь купить, чтобы у этого реферата последствий не было, — ухмыляется мама.
Мне становится противно от её слов и очень больно. Вот как она может? Я тоже для неё всего лишь последствие той пьяной вечеринки? Встаю из-за стола. Сквозь зубы давлю из себя пожелание хорошего дня и ухожу. Кажется, что сердце кровоточит и вот-вот алые капли выступят на коже, я никогда не смогу родить, как бы ни пыталась.
* * *
Приезжаю в институт одновременно с Кириллом. Тот выходит из машины и широко мне улыбается.
— Привет, Катя.
— Привет.
В последнее время Кирилл уделяет мне много внимания. По группе ползут шепотки, но вслух никто сказать не смеет. Впрочем, всё в рамках приличия. Кир ведёт себя как друг, но сплетни гуляют такие, от которых хочется бежать подальше. Все думают, что Кир мне платит за секс. На нас не показывают пальцем только потому, что отец Демидова один из самых крупных предпринимателей города. Его дядя по матери тоже держит большой бизнес, а дядя по отцу — депутат областной думы. Такого человека, как Кирилл, просто так не обидишь.
— Катя, у тебя через пару дней день рождения. Я хотел бы тебя поздравить, — говорит Кир.
Я внутреннее стону от досады, он звал меня на свой праздник и придётся теперь пригласить его. На самом деле мне не нравится, что Демидов вьётся вокруг меня и набивается всеми силами в друзья. В то же время я благодарна ему за то, что он поддержал меня в трудные времена.
— Я собираюсь арендовать на выходные два домика у озера. Тогда три, если ты поедешь. Будут только Юра и Иришка. Сорок дней траура не прошло, я не хочу большого праздника.
— Ты в
