Допивая теплое молоко, она жалела, что они не встретились при других обстоятельствах, когда она не была бы суррогатной матерью, а он – ее работодателем.
Тяжело вздохнув, она слезла со стула и направилась в комнату, куда он относил последние коробки. Шеннон решила включиться в работу по распаковке вещей, хотя логичней было бы все сложить обратно и попросить отвезти назад в ее квартиру.
Берк решал, какую коробку раскрыть первой.
– С чего начнем?
Она открыла несколько коробок и увидела, что вещи там лежали в диком беспорядке – одежда и обувь вместе. Было видно, что эту коробку собирал мужчина, женщина никогда бы так не упаковала.
– Мне кажется, для начала нужно отделить обувь от одежды, потом кое-что постирать, а что-то погладить. – Она с сожалением посмотрела на испачканную блузку.
– Извини. Мне нужно было послать горничную, а не водителя.
– Все в порядке, нет ничего непоправимого. Если у вас… у тебя есть утюг, то я с этим разберусь.
Он смотрел на нее, сощурив глаза.
– Ты только вчера выписалась из больницы, а сегодня уже собираешься гладить и стирать. Ну уж нет! Этого я допустить не могу. Собери все грязные вещи, я отправлю их в прачечную.
Шеннон хотела было возразить, но, взглянув на выражение его лица, ничего не сказала.
– Это было бы неплохо, – только и ответила она.
Шеннон стала доставать вещи из коробки и бросать их на кровать в разные кучки. В одной куче были мятые вещи, в другой – просто грязные.
Она рассчитывала, что Берк забудет о своем намерении и она заберет их домой. Она даже подумывала о том, чтобы попросить помощницу Берка Маргарет принести ей утюг, если он вообще был в этом пентхаусе.
Натолкнувшись на униформу из ресторана, где работала, Шеннон тут же отбросила ее, потому что сегодня не хотела думать о работе.
Вообще-то нужно позвонить и предупредить о болезни, ведь у нее есть даже справки из больницы. Но Шеннон по опыту знала, что эти справки учитываться не будут и ей будет очень трудно отработать пропущенное время. А ей так нужны деньги. Зарплату на обеих работах обещали дать в прошлую пятницу.
Когда же она сможет выйти на работу? Наверное, раньше, чем сказал доктор. Наверное, надо пойти на работу сегодня. Она должна это сделать.
Шеннон стала выбирать соответствующую одежду и тут заметила удивленный взгляд Берка. Она стала ему объяснять:
– Я должна пойти. Я не могу потерять работу.
Даже не возражай. Меня сегодня там ждут.
Берк посмотрел на нее и засунул руки в карманы.
– Ты знаешь, – начал он медленно, – сегодня утром я позвонил в тот ресторан, где ты работаешь.
– Что ты им сказал? – спросила Шеннон, боясь услышать самое страшное. Она уже знала, что он ответит.
– Не сердись, я знаю, что ты сама зарабатываешь на учебу, что не можешь позволить себе не работать, но ты больна, и тебе надо позаботиться о своем здоровье, хотя бы во время беременности.
Он говорил так, словно хотел извиниться, подготавливал ее к этой новости, но все еще не сказал самого основного – что же он сделал.
– Говори, я не буду сердиться на тебя.
Он растерянно посмотрел на нее, потом опустил глаза, словно провинившийся ребенок. Затем произнес:
– Я сказал твоему начальнику, что ты не сможешь сегодня выйти на работу. Ни сегодня, ни вообще когда-нибудь в ближайшее время.
Брови Шеннон поползли вверх от возмущения.
– Из-за тебя я потеряла работу.
– Ну, это только на время. Я, конечно, не вдавался в детали, но объяснил, что на несколько месяцев тебе придется оставить это место, а потом, возможно, ты и вернешься. Я не говорил, что ты бросаешь работу насовсем.
– Ну а мистер Дэн, конечно, согласился на это.
Он просто сказал: «Конечно, пусть отдохнет несколько месяцев. Работа будет ждать ее, когда бы она ни захотела прийти».
– Он не очень возражал. Конечно, такого энтузиазма он не проявил, но в остальном я его убедил. И Берк добавил доверительным тоном:
– Я могу быть очень убедительным, если захочу.
– Да уж, я уверена, ты можешь. – Это было похоже на обычную манипуляцию. И это ей не нравилось. Берк не раз убеждал ее в том, с чем она не хотела соглашаться. Сначала он убедил ее согласиться на личного шофера, потом на то, чтобы остаться в его доме.
– Извини, я не хотел тебя расстраивать. Но тебе на самом деле необходимо отдохнуть несколько дней. И неплохо было бы сократить твои рабочие часы. Я ведь забочусь и о ребенке.
От бессилия Шеннон сжала кулаки, но возразить ничего не могла.
Она поняла, что попалась. Раз ее здоровье связано со здоровьем малыша, он может заставлять ее делать все, что ему надо, мотивируя это заботой о ребенке. Да, она обязана ему. Ведь это именно он нашел ее больную, и, возможно, если бы он не пришел, она бы до сих пор лежала в жару на своем узком диванчике. Теперь Шеннон чувствовала себя обязанной ему. Но ей совсем не нравилось то, что он принимал все важные решения за нее.
– Может, лучше оставить тебя одну, чтобы ты могла распаковать вещи? – спросил Берк, но по его тону Шеннон поняла, что он не хочет уходить. Он явно хотел загладить свою вину. Но еще не мог определить, где она будет решать сама, а где может вмешаться и он.
Да, это была проблема: он не знал ее, а Шеннон не знала его. Они были как день и ночь – непохожие, но пытающиеся найти что-то общее, что могло бы объединить их. Например, ребенок. Собственно, именно ребенок и связывал их. И ничего более.
Шеннон все еще стояла, держа в руках свою униформу.
– Пожалуй, сейчас так будет лучше, – сказала она.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Берк готов был убить себя. Он вышел из комнаты Шеннон и направился в кабинет. Сев в кресло, он откинулся на спинку и потер переносицу, чтобы сосредоточиться. Он всегда так делал, когда что-то расстраивало его.
Итак, он слишком торопится. Каждый раз, когда он что-то предпринимал, Шеннон куда-то отодвигалась от него. А ведь он мечтает только об одном – приблизить ее к себе.
У Берка было ощущение, что он все делает не правильно. Да, он заставил ее переехать к нему, потому что она больна, а ее квартира – не самое подходящее место для беременной женщины. Хотя, конечно, он прекрасно понимал, что единственной причиной, по которой он заставил ее переехать, было его желание видеть ее каждую минуту.
Он совершил ошибку. Ему не надо было принимать такое важное решение, не посоветовавшись с ней. Он и в бизнесе иногда, правда очень редко, совершал ошибки, но там ему не надо было извиняться.
А Шеннон ему слишком дорога. Не дай бог потерять ее! Ему стало страшно от мысли, что она может уйти. Нет, только не сейчас, когда он, казалось, наконец обрел душевный покой. В его жизни появился человек, который был ему на самом деле дорог. Необходимо сделать все, чтобы этот человек остался рядом с ним. Тут Берк вдруг понял, почему он постоянно думает о Шеннон: она единственная женщина, с которой он может быть счастлив. А раз это так, то он получит ее. Чего бы это ему ни стоило.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
