мне тоже строго по расписанию и под конвоем идти?
— Зачем спрашиваешь если сама знаешь ответ?
Аслан зло бросил: —Иди…
Подошла к Яну. Пожала плечами — А если я в тюрьме, можно мне один телефонный звонок?
Сказала и тут же пожалела. Каримов стремительно пересекая комнату, остановился. Нависая надо мной, грозно прошипел
— Пошла в комнату и не испытывай моё терпение снова
Я качнула головой, усмехнулась и прошла мимо него к лестнице. Ян шёл сзади, я тихо плакала. Он не отпустит меня. Даже после того как родится ребёнок… он никогда не оставит меня в покое. Теперь я ясно это понимала. Ребёнок лишь преграда на пути к его цели — истязать меня до конца моих дней… Он никогда не отпустит меня… никогда
–
(Лютый)
В кафе было людно, и шумно. Рядом праздновали чей-то юбилей. Народу тьма…
но своего друга я узнал бы даже среди тысячи других. Сидел за столиком у окошка. В руке кружка кофе. Служили когда-то вместе. Потом я вернулся к Палачу, который дал мне связи, деньги и новое имя. Дружбан поступил на службу в частное охранное агентство. Прошло десять лет, и наконец первая встреча. Всё такой же. Махнул рукой, я кивнул в ответ, приближаясь, присел за столик. Пожал руку Лютый Журавль Ян Вик Журавлёв… отсюда и позывной. Пожал руку боевому товарищу. Тот накрыл стол. Я же вернулся в места обетованные, намереваясь вернуться к Палачу на службу
— Как ты, морской черт? Думал, ты на Палача батрачил
— Так и было, пока не проблемы с тёткой, пришлось спонтанно уехать. Теперь вот, новая проблема, вернулся к Палачу. Он несколько раз проверил меня и снова взял в охрану.
Ян пожал плечами — Что за проблемы? Я смогу помочь?
Я только плечами пожал — Ищу друга, пропал…
Друг лишь усмехнулся, попивая с кружки ароматный кофе
— Красивая?
Достаю телефон, блуждаю по галерее, выискивая фото. Их всего два. Одно наше совместное, второе где она одна, с тортом для моей тёти в кителе, но без колпака — Самая красивая
Ян взял у меня телефон и… подавился кофе, громко закашлялся
— Да… эта красивая
Я обескураженно произнёс
— Ты что её знаешь??!
Ян кивнул
— Конечно знаю. Это жена моего босса!
Глава 12
Он чувствует, остро чувствует только ту, что сердце свое будто вкладывает ему в широкую грудь, где до этого пустота приятно темнела желанием только брать.
И дьявол молчит. Улыбается краем рта. Рисует себе, как творил ее из ребра — и будет беречь. До немеющих пальцев рук. И пальцы холодные ноют, как от тепла у тех, кто из белой стужи приходит вдруг в натопленный дом. Он бредит в порыве ласк единственной уязвимой в его груди. Он слышит ее мелодичный, чуть терпкий стон…
Лада
В эту ночь спать я легла рано — на диване. Решила, что принципиально спать на кровати не буду, кушетка отлично подойдёт. Стащила с себя огрызки платья, переоделась в белую футболку, на пару размеров больше чем требовалось. Она была удобной и просторной. Легла на кушетку, и прикрыв глаза, тихо плакала пока не забылась в бессилии беспокойным сном. Когда я проснулась, было еще темно. Спросонок голова соображала плохо, но я знала, что до утра еще далеко.
Глаза сами собой закрылись, я потянулась и перекатилась на бок. И вдруг поняла, что после такого переката мне следовало бы оказаться на полу. Да и лежать очень уж удобно. Я перевернулась обратно на спину, пытаясь что-нибудь рассмотреть. Было темно: луна не могла пробиться сквозь толстый слой облаков.
— Не хотел тебя будить
Прошипел Аслан так тихо, что его голос казался частью темноты.
Я напряглась, ожидая вспышки ярости — в себе или в нем, но темнота оставалась тихой и спокойной. Помимо аромата дыхания его мяты в воздухе почти физически чувствовалась горечь предательства: боль имела привкус горечи, который ощущали мы оба В пространстве между нами не ощущалось напряжения — тишина была мирной, как безоблачная ночь, без намека на грозу, а не как затишье перед бурей.
Неожиданно Аслан обнял меня, прижимая к себе. Я попыталась отстраниться, зло прошипела:
— Что ты делаешь?!
Он не отвечал, только навис сверху, провел губами по моему лицу, подбородку…
Мое дыхание стало прерывистым.
— Что ты делаешь?! Пусти меня!
Закричала, когда холодные губы прижались к моей шее. Он так же молча взял меня за локоть, медленно провел ладонью вниз по руке, по ребрам, до талии, вниз по бедру, задержался на колене и обхватил меня за икру. И вдруг поднял мою ногу вверх, забросив ее себе на пояс. Я перестала дышать.
— Я не буду спать с тобой, Каримов. Это неправильно, ненормально!
Губы его шевельнулись у основания моей шеи.
— Я не могу остановиться
Зажал мое лицо в ладонях, повернув его вверх так, чтобы дотянуться губами до шеи.
— Я не буду спать вместе с тобой — У тебя нет выбора
Повернул мое лицо вниз, и наши губы встретились. Навис надо мной сверху, старательно держась на весу, чтобы не придавить меня. Сердце заколотилось так сильно, что я с трудом расслышала, как Аслан усмехнулся Ее руки жадно заскользили по животу и ниже, я ударила его по лицу, он с шипением вздрогнул, жестко перехватывая мою руку за запястье и уводя в сторону.
— Не надо
Пылающий диким неуправляемым огнем взгляд околдовывал и напрочь лишил последних крупиц здравого смысла. И это темное чувственное обещание в голосе…
— Лучше не зли меня
Резко сдернул с меня трусики и откинул их в сторону. Быстрыми кусающими поцелуями он проследовал по ключицам и выше, лаская и покусывая чувствительную кожу шеи, тут же обдавая влажные следы поцелуев горячим дыханием, вызывающим волны мурашек по всему телу. Я нашла в себе силы снова ударить его по лицу, но он словно внимания не обратил.
— Я же предупреждал
Выдохнул мне в рот, снова привлекая к себе, обхватив лицо ладонями, и провел кончиками пальцев по приоткрывшимся губам. Он тяжело дышал, в полумраке его тело поблескивало от испарины, а широкие ладони сильно сжимали мои ягодицы Неожиданно приподнял мои бедра над кроватью, и сразу же погрузился на всю длину, так что мы оба слабо застонали.
От мощного и резкого толчка спинка кровати стукнулась об стену. Он проникал глубоко, на всю длину, и полностью выскальзывал из меня, влажной головкой задевая клитор. Прильнул к шее, слегка всосав нежную кожу, и наверняка
