Читаем без скачивания Охота на волков (СИ) - Кас Маркус

— Вероятно, из-за вашего взаимодействия с Высшим демоном, вы теперь можете и, хм, такое, — жрец высказывает предположение, задумчиво потирая подбородок.

Тварь все так же трепыхается наверху, летая как безумный мотылек и задевая лампы. Наконец демон цепляется за один из светильников, устраивается на нем, раскачиваясь, и смотрит на нас.

Какое-то время мы так и разглядываем друг друга, задрав головы. Затем жрец встряхивает головой, делает жест рукой и края провала стремительно сходятся, закрывая яму. Только трещины остаются, выдавая место прорыва.

— Как интересно! — оживляется Нармер. — С вами, молодой человек, одни сюрпризы. Мне это нравится.

Ну хоть кому-то это нравится. Я по-прежнему рассматриваю демона. Тот умилительно моргает, склонив голову на бок и чирикая. Такое как-то и убивать жалко…

— А с ним что делать? — с жалостью интересуюсь я.

— Изучать конечно! Если он не опасен, это же прекрасная возможность, — мужчина потирает руки. — Иди-ка сюда, кис-кис. Тьфу, как его подманить?

— Понятия не имею.

— Позови его, — предлагает жрец. — Он должен отозваться своему создателю.

Нда, создатель демонов. Ох, боюсь моей репутации придет полный швах. Я цокаю, протягиваю руку, что-то сюсюкаю, но тварь продолжает раскачиваться на лампе, смотря уже с удивлением.

— Да используй ты силу хаоса, — нетерпеливо подсказывает Нармер.

На хаос объект моего нездорового воображения реагирует сразу же. Пару взмахов огромных крыльев и эта «фея» приземляется рядом, выдав трель и ткнувшись мне в бок мордой.

— Какая прелесть! — умиляется жрец.

Глажу демона по мягкому меху на макушке, выпадая из реальности. «Прелесть» радостно фырчит, высунув длинный черный язык. Из этой сюрреалистической комы меня выводит голос:

— Боюсь, пока придется оставить в тебе силу хаоса. Возможно, демона можно как-то приручить или передать управление мне, надо изучить.

— Так, вы обещали мне другое, — возмущаюсь я.

Знал ведь, что без подвоха не обойдется. Низший, словно чувствуя мое настроение, рычит на жреца. Да как я умудрился сотворить и мурчащую и поющую тварь? Снова глажу мутанта, успокаивая.

— Без проблем, могу забрать. Но тогда его придется уничтожить, — изображает равнодушие Нармер.

Демон, придя в благодушное состояние от моих поглаживаний, начинает вилять хвостом, поскуливая. И я понимаю, что не поднимется у меня рука на него. Пусть создание несуразное, но безобидное. И вдруг правда его изучение поможет?

Жрец, зараза, прекрасно видит, что я не смогу убить это недоразумение хаоса. Но упорно делает вид, что все зависит от меня, а ему все равно. Только вот в глазах уже мелькают идеи, взгляд становится отстраненный.

Внутри же кипят силы. Еще более странный симбиоз словно перестраивается, хаос перестает метаться, найдя себе место по-соседству с темной силой. Как-то они слишком быстро.

— Ладно, — я шумно вздыхаю. — Оставляем питомца. Изучайте.

Нармер тут же достает из кармана шоколадку, шуршит оберткой, привлекая внимание низшего. Мордочка заинтересованно утыкается в руку с угощением и тут же слышится чавканье. Серьезно, демон ест шоколад?

Мотаю головой, отрицая реальность происходящего. Итак, что мы имеем в итоге? Меня наградили хаосом, в академии теперь есть свой долбанутый демон, а соседи у меня психи. И это первый день еще не закончился.

Жрец совсем перестает обращать на меня внимание, полностью переключившись на новую игрушку. Все мои попытки поговорить игнорируются.

— Завтра приходите, — отмахивается он, даже не поворачиваясь в мою сторону. — Все завтра.

— И вы сможете забрать силу хаоса в любой момент? — все же уточняю я.

— Да, да, в любой момент, — Нармер раздраженно машет рукой, указывая на выход. — Ах, вот еще, не используйте силу хаоса. Вообще.

Да и в мыслях не было. Я, честно говоря, уже боюсь представить, что бы было, используй я все силы. И, пожалуй, больше прорывов делать не стану. Кто знает, что в следующий раз вылезет? Наполню мир хрен знает чем.

Пока жрец отвлекает моего демонам лакомством, потихоньку ухожу. Улица встречает теплым солнцем и ласковым ветром с залива. Все-таки, не смотря на безобидность, низший пованивает характерно.

Стою на берегу, наслаждаясь погодой и видом, и вдруг вспоминаю про кинжал. Пока он в ножнах, он не доставляет мне никаких неприятных ощущений. И я аккуратно начинаю вынимать его, тут же падая на песок от резкой боли.

В глазах темнеет, голова кружится, а боль моментально растекается по всему телу. Пальцы сводит и я еле разгибаю их, убирая руку с оружия. Не такой и сюрприз, но демоны вас задери, как же больно! Теперь я понимаю, почему одержимые шарахаются от моего кинжала. Из чего его дверги вообще сделали?

Валяюсь на берегу несколько минут, приходя в себя. Вода набегает волнами, вымачивая мне ноги. Подниматься мне совершенно не хочется и чуть не принимаю решение остаться тут, валяться на песочке, глядеть в небо и ни о чем не думать.

Но меня ждет недовольный вынесенной дверью распорядитель и не менее счастливые прачки. Я не уверен, что мою одежду вообще можно очистить, проще будет выкинуть. А лучше сжечь.

Отчитывают меня долго, тщательно и со всем уважением к великому роду.

Мирон делает вид, что идет на уступки, не вынося дисциплинарного взыскания. Ну а я делаю вид, что не хочу упрекать в его непосредственной виновности. Надо было меня предупредить.

Начальница над всеми прачками, надувшись и покраснев от расстройства, выдает мне новый комплект одежды и тоже решает закрыть глаза на нарушение. И тут моей вины нет, пусть на нового преподавателя валят штрафы.

В академии вообще оказывается все строго. Я возвращаюсь к себе, наскоро пообедав, и принимаюсь за изучение брошюры.

Любое нарушение устава академии ведет сначала к предупреждению, если это не серьезный проступок. Чем больше предупреждений, тем больше шанс вылететь по решению дисциплинарного совета.

Причем, если устроить драку, то это почти гарантирование отчисление без права восстановления. Для всех участников, вне зависимости от их вины. Это радует, с одной стороны. Не будут провоцировать мордобития. И немного печалит с другой — чувствую, что с таким ограничением мне будет непросто.

Еще и остался без единственного оружия. Практически на всей территории академии, кроме нескольких аудиторий и лабораторий, использование силы запрещено. Во всех зданиях установлены отслеживающие артефакты, не просто срабатывающие на всплеск силы, но и записывающие происходящее. И верещащие, как только засекают нарушение.

Правда, меня смущает формулировка «использование родовой силы». Не хочется испытывать удачу, но возможно, я смогу использовать другие силы. Исключительно для защиты, в случае чего.

Внимательно изучаю и запоминаю план зданий. Бункер для одержимых, кстати, на плане острова не отмечен. Но и не похоже, что им пользовались последние лет пятьдесят. Надо завтра спросить у жреца, что там случилось. Не понравились мне силы, витающие в этом подземелье. Какое-то странное ощущение старой крови от них. Очень-очень старой и в огромном количестве.

Так зачитываюсь, что опаздываю на ужин и приходится довольствоваться булочками с чаем. То ли студентов не так много, как мне казалось, то ли я умудряюсь выходить именно в тот момент, когда все они где-то находятся.

Вылавливаю Мирона и пытаюсь узнать, где все и что меня еще может поджидать. Но распорядитель все еще дуется за дверь и нагло смывается, улизнув из под самого носа.

Зато отлично прогуливаюсь перед сном. Так, что отрубаюсь, едва добравшись до подушки.

В этот раз просыпаюсь среди глухой ночи. За окном непроглядная тьма и стоит гробовая тишина. Будит меня неясное чувство угрозы.

Тихо поднимаюсь и прижимаюсь к двери, вслушиваясь. Сердце сильно колотится, мешая расслышать какой-либо звук.

Но мне не требуются звуки, я слышу запах. Характерный тухловатый аромат мертвечины. И это точно не моя лисобабочка, от нее попахивает, но не так. Я уж нанюхался низших.