так это маменька. Она всегда намекала, что отцу следует больше зарабатывать.
Жадность одолевает всех. Только не меня. Этому случиться не суждено. Я не позволю! Никакое желание, ни что-то другое не заставят меня стать тем, кем я не хочу…
Но этот взгляд джинна…
За столько лет он чего только не насмотрелся, возможно ли, что Мермер научился предсказывать будущее?
Не лучше ли зарыть эту банку сардин где-нибудь, где ее никто не найдет, и зажить по-прежнему? Покориться чопорной мисс Саламанке и чванливой Терезе? Стать скучной самодовольной леди и тем самым умилостивить семью?
Нет.
Вот уж дудки!
Я нашла джинна.
Среди полчищ жителей Лондона, даже всей Британии, джинна нашла я. Я, Мэйв! Раз выпал один шанс на миллион, нельзя же от него отказываться. У меня осталось два желания, и я распоряжусь ими с умом. Пожелаю себе свободной жизни, полной приключений, которых не знала ни одна английская девчонка. Объеду весь мир, буду сама решать, во что играть, что говорить и носить. И ни за какие богатства не продам душу, что бы там ни болтал зеленый старикашка.
Да, точно. Я решительно кивнула, хоть в темном подвале никто и не видел. Умойся, Мермер.
Хм, Мермер… Вот еще одна загадка. Я постаралась вспомнить все, что о нем узнала.
Итак, он младший из трех братьев. Был принцем в великолепной и могущественной стране. Чародей превратил его в джинна. Что же ты натворил, Мермер, чем так разозлил колдуна? Судя по обаятельному характеру джинна – кучу всего.
Что еще мне известно? Он сказал, ему пять тысяч лет. Проклятье! Неужели Мермер – самое старое на земле существо? Наверняка так. За исключением остальных джиннов. У него перед глазами пронеслась почти вся история человечества. Зарождались и погибали империи.
Как он там описывал собственную страну? Прекрасная и могущественная?
Значит, в руинах его древнего дворца или гробницах спрятаны ценности. Газеты пестрели статьями об археологах, которые на раскопках в дальних странах обнаружили бесценные сокровища античного мира.
Наверное, кроме как загадать желание, существовали и другие способы обзавестись богатством, чтобы оплачивать свои мечты. Мне представлялось скучным просто попросить денег. Лучше пожелать указать, где находится древний клад.
К тому же мне хотелось больше узнать о Мермере. Он родился принцем, затем стал джинном, получил невероятную власть и проклятие жить до скончания веков.
«Ты сам по себе загадка, Мермер», – подумала я, поглаживая банку сардин. Загадка, которую я намереваюсь разгадать, пока буду совершать набеги на гробницы твоих предков… И это пойдет тебе только на пользу!
Но когда осуществить свои планы? Пока что нельзя. Они требуют подготовки. Но скоро, очень скоро.
Чем же заняться? Время ползло медленно, как слизень по листу капусты. Ночь предстояла долгая, а я была слишком взволнована, чтобы уснуть.
Поэтому я решила осмотреть ближайшее окно.
Поблизости нашлось несколько старых ящиков. Мне они показались достаточно прочными, чтобы на них вскарабкаться. Изнутри окно было оснащено железными прутьями. Похоже, меня не первую заточили в этой тюрьме. Я передвинула ящики к другому окну и увидела то же самое. Выхода нет.
За дребезжанием створок и решеток я сначала не замечала прочих звуков. А потом мне послышались ужасные шорохи и чавканье. Я повернулась.
Прямо на моей койке сидела гигантская крыса! На заостренной мордочке влажно поблескивали зубы, омерзительный хвост хлестал туда-сюда. Она быстро расправилась с моим хлебом и принялась за леденец.
Я спрыгнула, ящики рухнули, крыса зашипела, моя нога подвернулась… И что самое ужасное, я закричала.
Ненавижу крыс!
На койку вскочила вторая крыса и выхватила лакомство у товарки. Застряв в обвалившихся ящиках, я не шевелилась и наблюдала, как крысы зубами и когтями вырывают друг у друга леденец. Я рассудила так: пожалуй, если не двигаться, через какое-то время грызуны, сожрав все что можно, уберутся восвояси.
Развязалась кровавая и писклявая война за леденец. Наконец одна крыса сшибла другую с койки, порылась в моем узелке и заметила банку сардин. Не успела я завопить еще раз, как зверь сжал страшными челюстями жестянку и умчал добычу во мрак.
О нет!
Я бы все сейчас отдала за свою крикетную биту. И лампу, и голодную бродячую кошку! Осмелюсь ли я погнаться за омерзительной прыгучей крысой и отнять свою жестянку? Бог знает, куда крыса может ее утащить. Я содрогнулась: ох и достанется мне от ее когтей и зубов…
Способна ли крыса убить человека? Клянусь, я слышала, что они нападают на арестантов. Но как же мои желания? Моя крикетная команда, мое кругосветное путешествие – все исчезло в крысиных зубах.
Нельзя терять время. Я отбросила ногой сломанный ящик, оторвала с рамы крепкую перекладину и отправилась за крысами в темноту.
Было темно хоть глаз выколи. Где-то там, по волглому полу подвала, скребли когти. Тьма удушала. Что-то коснулось моей ноги, я взмахнула самодельной битой, и…
Мрак прорезал ужасающий стон, будто охнуло привидение. Я отшвырнула биту, крысы запищали. Что-то пронеслось прямо передо мной: я это скорее почувствовала, нежели увидела. Сжавшись от страха, я закрыла лицо руками.
На пол упал какой-то предмет. Маленький, твердый и металлический. Моя банка! Я принялась шарить по грязному полу, но вместо жестянки пальцы наткнулись на скользкую крысиную шерсть. Я принялась хватать ртом воздух.
Крысиный мех не шевелился. Крыса дохлая! И все еще теплая. Меня чуть не вырвало. Одолев тошноту, я вытерла руку об юбку, сделала глубокий вдох и продолжила поиски.
Вдруг на пол упала крошечная искра. Я повернулась: позади вспыхнула спичка. Из тьмы возникло лицо, а потом свеча.
Это был Том, приютский мальчишка. А передо мной, закусывая теплой крысой, расположилась на ужин большая серая сова.
Глава 10
Том! Что он здесь делал? Как попал сюда?
Несомненно, задумал добраться до Мермера.
В панике я развернулась и поползла по грязному полу к жестянке. Что-то блеснуло в мерцании свечи Тома: это была она, моя банка, точно! Вот только сжимала ее ужасная когтистая лапа совы. Птица сочла банку своей добычей.
Я не раз видела чучела сов в чужих гостиных, но живого хищника – никогда. Огромные глаза уставились на меня, а я вытаращилась на смертоносный изогнутый клюв.
Отпрянув в сторону, я схватила перекладину и встала.
– Что ты здесь делаешь? – требовательно вопросила я Тома.
Его брови удивленно приподнялись.
– А ты что тут забыла? – Он указал на койку и мои разоренные пожитки. – Это твоя новая спальня?
Я промолчала: слишком злилась на него и слишком волновалась о жестянке. Он ведь явился
