— Неужто игнорируют не только результат, но и процесс? — думаю, в устах ребенка подобная фраза звучит весьма дико.
— Зачастую так и есть, — тихо произносит красотка, — Многие договариваются ночевать вместе только для того, чтобы не спать в общем блоке.
Понятливо киваю. Хоть и чувствую накатывающую неловкость, все же решаю довести разговор до логического завершения.
— Ну а мы-то что? — смотрю прямо в глаза девушки, — Ляжем спать или нужно соблюсти некий формальный ритуал?
Лицо красотки переливается всеми оттенками красного, но, переборов стеснение, она поднимает взгляд.
— А ты разве против? — робко вопрошает Мари.
Она стоит совершенно неподвижно, но полотенце неким волшебным образом вдруг соскальзывает с тела, открывая взору обнаженную прелесть во всем ее великолепии и блеске. Меня накрывает волна вожделения, шансов противостоять которой просто не имеется.
Глава № 6
— Мне нужно идти, — едва ли не первая фраза, что я слышу после пробуждения.
Мы стоим на улице, у двери в спальный блок. Мари выглядит превосходно — даже лучше, чем вчера. Отдохнувшее, дышащее силой и здоровьем лицо притягивает взгляд, как и изгибы точеной фигуры. Золотисто-серое платье подчеркивает объемы девушки, я не могу налюбоваться на прекрасную брюнетку.
— Что значит — «нужно»? — слегка недоумеваю, — Ты же сама говорила: каждый делает лишь то, что хочет.
Ночь прошла не то чтобы бурно, скорее — сумбурно. Учитывая страстность Мари и невеликие возможности моего десятилетнего тела. Зато выспаться удалось более чем комфортно; по словам Нимфы — активность мозговых клеток восстановлена на девяносто пять процентов.
— У меня есть… определенные обязательства, — улыбается девушка, — Не беспокойся, мы обязательно еще встретимся!
Появляется совершенно нелепое чувство, будто мною воспользовались, а теперь бросают. И действительно, кто я для этой чувственной красотки? Бесполезный защитник? Не слишком умелый любовник? Умом-то я понимаю, что все, конечно, совершенно не так, и предъявлять хоть какие-то претензии глупо, но… на душе как-то муторно.
— Когда? — спрашиваю с идиотским выражением на физиономии, — И где?
Девушка поворачивается в пол-оборота и дарит мне нежную сочувственную улыбку. Похоже, ей давно уже не привыкать разбивать сердца незадачливым юношам навроде меня.
— Просто будь на связи, — она игриво подмигивает, — Держи мой айди!
Дзинь! Хорошо различимый звоночек сопровождает появившийся перед глазами конверт.
— Тей, индивид Мари Дин запрашивает разрешение на обмен сообщениями, — тут же уведомляет Нимфа, — Подтверждаете полномочия?
— Конечно, — мне не остается ничего, кроме как согласиться.
Мари еще раз улыбается и с довольным видом кивает.
— Вот и все! — радостно заявляет она, — Теперь сможем общаться в любое время и на любом расстоянии! Вот так…
Девушка на миг принимает задумчивый вид; я слышу очередное «дзинь», а взгляд фиксирует новую появившуюся надпись:
Мари Дин: Привет!
Чтобы отправить ответ, приходится повозиться чуть дольше, все же я еще не слишком освоился с нейросетью. Наконец, мой «привет» улетает красотке, а она, взмахнув на прощанье рукой, удаляется легкой порхающей походкой.
Я смотрю вслед: темные волосы девушки развиваются под встречным ветерком; короткое платьице опасно задирается вверх. Она очень хороша, и знает об этом; более того — не брезгует пользоваться своей привлекательностью.
Дзинь!
Мари Дин: Кстати, совет! Не торопись раскрывать свой айди любому встречному. Это довольно личная информация. Ты уж извини, я просканировала тебя, пока ты спал…
Вот оно как… А я-то думал, что за странность. Перед сном мы разговаривали довольно долго, а вот с утра — не обмолвились и словом. Быстро собрались, скомкано попрощались… Оказывается, девушка заранее рассчитывала на виртуальное общение.
Смотрю вдаль — силуэт Мари уже почти скрылся среди уличной толчеи. Не понимаю, как она умудряется переписываться на ходу; мне нужно несколько сосредоточится, чтобы надиктовать простейшее сообщение.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Вы: А что это за айди?
Мари Дин: Спроси у Нимфы!
Ответ приходит почти мгновенно, я сдержанно улыбаюсь. За последние сутки меня отшивает третья дама! Но уж от этой я так просто не отстану!
Бреду по улице в полной растерянности. Я не знаю, куда идти и, что гораздо печальнее, не знаю — зачем? Не могу понять, что сейчас — утро, день или ночь? Кажется, здесь круглые сутки однообразная серость — не то полусвет, не то полутьма — где невозможно потеряться, но и рассмотреть что-либо толком весьма проблематично. Многочисленные перемигивающиеся баннеры зазывают в сомнительные места; прохожие спешат в обе стороны, не понятно по каким-таким важным делам. То тут, то там на глаза попадаются мерцающие вывески, обещающие неземной «кайф».
— Нужен кайф, паренек? — передо мной возникает пожилой мужчина крайне ушлой наружности, — Могу предложить нечто совершенно особенное!
Всматриваюсь в силуэт, но не могу различить ни имени, ни ступени развития. Подсказка нейросети выглядит крайне неоднозначно.
[???]
Неужели этот барыга умудрился как-то заблокировать личную информацию? Надо будет как-то выяснить этот вопрос подробнее…
Без лишних слов прохожу мимо, торговец не препятствует, хоть и провожает неприятным цепким взглядом. Холодная личность, крайне скользкая. Отойдя на несколько шагов, усилием мысли отсылаю Мари очередной вопрос.
Вы: Что такое «кайф»? Все наперебой предлагают.
Мари Дин: Не вздумай! Крайне опасно! Сильнодействующий наркотик, вызывающий почти моментальное привыкание! Один из легальных способов уничтожения любой здравомыслящей личности. Даже не притрагивайся!
Чувствую, что девушка действительно встревожена, сквозь строчки сообщения просачиваются отголоски тревоги. И, что особенно радует, она хотя бы снизошла до ответа!
Вы: А чем мне заняться? Ума не приложу, куда пойти.
Мари Дин: Просто постарайся не влипнуть в неприятности. Скоро познакомлю тебя со своим другом. Он ответит на все вопросы.
Звучит загадочно, интригующе и слегка раздражительно. Я, конечно, предполагал, что Мари не одиночка, и наверняка у нее есть и друзья, и любовники. Но… одно дело догадываться, другое — знать наверняка. Да что ж такое-то, откуда во мне взялось это собственничество?
Вы: С кем?
Вы: Зачем?
Вы: Что все это значит?
Нет ответа. Теперь девушка целиком меня игнорирует. Может быть, занята; а может — не находит нужным разговаривать. Во всяком случае, во мне зарождается приступ подозрительности. В голову невольно лезут параноидальные мысли о том, насколько случайной была наша встреча? И во что меня пытаются втянуть?
Успокаиваю себя тем, что, в общем-то, я — обычный малец, без особых знаний и дарований. Если уж быть честным — никому не нужный. И не стоит выдумать лишних сложностей.
Захожу в ближайший пищевой блок, направляюсь прямиком к свободному экрану. На этот раз вокруг довольно людно — видимо, начался час пик. Занятых столиков гораздо больше, чем свободных; за некоторыми сидят довольно многочисленные шумные компании.
Палец тыкает в сенсор, но здесь меня ждет еще большее разочарование. Если раньше в рационе имелся хоть какой-то выбор, то сейчас, скатившись вниз на ступень социальной лестницы, я лишен его полностью. Хочешь — бери зеленую жижу в качестве еды, другую зелень — как питье. Не хочешь — вали на все четыре стороны!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Безысходно вздохнув, нажимаю на сенсор. Получаю поднос, где уместились тарелка и стакан, наполненные ядовито-зеленой слизью. Единственное, что радует — запах вкусный, не вызывает отвращения.
Иду к свободному столу, но сесть не успеваю. Поднос все еще покоится в ладонях, когда злой оклик заставляет замереть на месте.
