же говорил, что пожалеешь». Это единственное, что я запомнил.
- Что ж, - вздохнул я. – Похоже, сон действительно был вещим, - я положил у надгробия небольшой венок из полевых цветов. – Ты так и не научила меня их плести… - я медленно встал. – Мне пора.
Выйдя из леса, я на мгновенье остановился. Вдохнул полной грудью все еще теплый воздух, полный ароматов полевых цветов. Посмотрел на странный феномен, который уже ни с того ни с сего появился в небе над Асурой и направился было к городу. Но тут эта штуковина в небе словно взорвалась… Хотя нет, произошло что-то другое, но я не могу более внятно объяснить что. Небеса словно разверзлись. Последовала яркая, ослепительная белая вспышка. Я едва успел зажмуриться, иначе рисковал лишиться зрения. Но ни грома, ни какого-либо вообще звука не последовало. Все продолжалось каких-то несколько секунд, а когда я открыл глаза, небеса над Асурой снова были безмятежно лазурного цвета.
4
Тревор.
Знаете, говорят, что когда теряешь сознание, то «мир погружается во тьму». Так вот со мной все произошло с точностью да наоборот. Все вокруг было белое. Нет, не «ослепительно белый свет». Просто белое. И странное. Непонятное белое пространство без границ… Точно, безграничное пространство, заполненное белой дымкой. Но не это было самое странное. Самым странным было то, что я снова был в своем старом теле. Ну в том, в котором обретался еще в прошлой жизни. Хотя и это было не так уж и странно. А вот то, что я был абсолютно голым, уже можно было записывать в странность.
«И какого хер тут происходит?», я попытался встать, но не смог пошевелится.
«Отлично…», я попробовал поднять руку. Без результата.
Понятно, значит, я не могу пошевелиться. Может быть, я все-таки умудрился помереть во второй раз? И теперь мне не дадут второго шанса и сразу отправят на встречу с Петром? Хотя нет… Я мыслю, следовательно существую.
«Точно», хотел было кивнуть я, но, разумеется, у меня ничего не вышло.
- Ну здравствуй, - проговорил кто-то совсем рядом со мной.
«Ты встань передо мною как лист перед травою», усмехнулся я. «Я ж головой не могу повернуть!».
- Прости, прости, - повторил голос.
И передо мной появился некто. Ну это точно было что-то похожее на человека. По крайней мере очертаниями. Такое же белое, как и все вокруг. И без лица. Ну точнее то место, где должно было быть лицо, было закрыто пикселями цензуры. Да и сам этот тип был словно весь какой-то зацензуренный.
«Ты что еще за хрен с бугра?», устало подумал я.
- Я? – существо присело на корточки напротив меня.
Ну прям цензурный гопник…
- Я Бог Человеческий, - проговорило это.
Глава 5.
Здесь нет времени. По сути, как бы странно это не звучало, здесь нет и пространства. Это место существует везде и нигде одновременно. Она находится на границе меж сном и реальностью. Белая пустота, не имеющая границ. Кто-то, попав сюда решит, что он умер и попал в чистилище. Кто-то сразу примет это место за посмертие. За нечто, что неминуемо наступает после смерти. Ну а кто-то может вообще не придать произошедшему абсолютно никакого значения. В конце концов белая пустота без границ, лишающая тебя слуха, осязания и других чувств… Только здесь можно спокойно расслабится и подумать. Даже речь здесь не имеет абсолютно никакого значения. Ибо любые мысли облекаются в слова. Да, действительно… Для кого-то это место покажется раем. Но есть на свете и такие люди, которые скептически относятся ко всему. Наверняка они и собственную смерть будут воспринимать скептически.
1
Тревор.
В Бога я особо никогда не верил. Более того – я просто образцовый атеист, который никогда не поверит в существование какой-то там высшей силы, которая всенепременно присматривает за нами откуда-то там сверху. Мой рациональный разум и профессиональное техническое образование просто не могут принять что-то такое, существование чего невозможно ни доказать, ни опровергнуть. Собственно именно из-за отсутствия опровержений, существование Бога является чисто вопросом веры. Ну а с верой мы уже определились.
«В смысле «Бог Человеческий»?», вздохнул про себя я.
- В прямом, - ответило зацензуренное существо. – Я Бог Человеческий.
«Ясно понятно…», усмехнулся я. «Имя у тебя есть?».
- Я… - начал было «Бог».
«Постой! Не говори!», я перебил его. «Сам угадаю».
Я на мгновенье задумался. Говорит, что он Бог человеков. Предположим… В этом мире помимо людей есть еще эльфы, зверолюды и демоны. Наверняка имеются еще и какие-нибудь дварфы и гномы. У каждого что ли свой Бог имеется? Хотя мечники и маги тоже носят титул «Бога». Среди мечников таких как минимум трое: Бог Меча, Бог Севера и Бог Воды. Среди магов представителей божественного уровня поменьше… Но этот покрытый пикселями чудик явно не принадлежит ни к одной известной мне расе…
«Эйн-Соф!», я зашел сразу с козырей.
- Нет, - покрытая цензурой голова покачнулась. – Не попал.
«Ладно… Иегова?», попытал счастья я.
- Опять мимо, - вздохнул Бог Человеческий.
«Яхве?», поинтересовался я.
Опять отрицательно покачивание головой в ответ.
«Шемхамфораш? Эхье-Ашер-Эхье?», выдал я сразу два варианта.
- Опять не угадал, - покачал головой зацензуренный.
«Иисус?», осторожно поинтересовался я.
На этот раз никакой реакции со стороны моего собеседника не было. Неужели попал?
«Слушай, Иешуа», вздохнул я. «Я ни за тридцать, ни даже за шестьдесят серебряников не соглашусь. Так что даже не предлагай мне такие сомнительные сделки».
- Давай я тебе немного помогу… - усмехнулся мой собеседник. – Я Хитогами.
«Хитогами? Вот буквально? Просто «Бог Человеческий»?», усмехнулся я. «Банальщина какая».
- Эй, вообще-то это было обидно, - «Бог» покачал головой.
«Мне то что? Я вообще в богов не верю», хмыкнул я.
- Не веришь собственным глазам? – Хитогами усмехнулся. – Ты же видишь все это…
«Скорее всего, я помер, а значит, сердце остановилось. Прекратилось кровообращение, и кислород перестал поступать в мозг», вздохнул я. «Так что это предсмертная агония умирающего мозга. Галлюцинации, вызванные кислородным голоданием. Минуты три осталось, не больше».
- Ты так спокойно говоришь о собственной смерти, - усмехнулся «Бог».
«Ну по-хорошему я уже один раз умирал», я бы развел руками если бы мог. «Так что не страшно. Привык уже».
- А что если я скажу тебе, что ты вовсе не
