попытался пробраться к двери. На шум из кабинета выглянула дородная женщина с кудрявыми седыми волосами. Она моментально выхватила меня взглядом из толпы и приветственно взмахнула рукой. Очередь расступилась, открывая мне путь. Я вошёл в кабинет и устроился на стуле для посетителей.
— Здравствуйте, Марк. Прошу извинение, но произошла небольшая накладка… — женщина тяжко вздохнула. — Вам назначили встречу с нашим директором, однако возникла непредвиденная ситуация — приехала комиссия из Москвы, и он освободится через два-три часа. Вы можете подождать его в колледже. У нас очень хорошая комната отдыха, кстати… Или я могу перенести запись на послезавтра. Нет, погодите… — она уткнулась в компьютерный монитор и цокнула языком. — Послезавтра уже всё занято. Как и вся следующая неделя. Я могу перенести запись на начало следующего месяца.
— Тогда уж лучше подожду два часа, — хмыкнул я.
— Хорошо, я вас перезапишу, — кивнула женщина и, набрав что-то на клавиатуре, потянулась к стационарному телефону и кого-то набрала. Я услышал три длинных гудка и невнятный басовитый голос. Женщина прощебетала в трубку: — Алексей Алексеич, проведите, пожалуйста, экскурсию нашему гостю… Да-да, снова. Ну простите, так уж вышло, к директору пожаловала комиссия, а перед гостем неудобно…
— Не нужно, обойдусь без экскурсии, — прошептал я, отмахнувшись, но женщина меня проигнорировала и продолжила болтать с Алексеем Алексеичем. Минут десять она уговаривала его, а потом, ещё минут двадцать, обсуждала подробный маршрут экскурсии и, наконец, с довольной улыбкой сбросила звонок. А ведь в коридоре очередь только растёт, бедные люди, они здесь, наверное, с шести утра сидят… Я откашлялся и повторил: — Не нужно. Я найду чем себя занять, ничего страшного.
— Что вы, что вы! — ужаснулась женщина. — Как же я вас отпущу без компенсации!
Ну, если она имела в виду под «компенсацией» — мучительные пытки невыносимой скукой, то… Что ж, я не ушёл из сто тридцать четвёртого кабинета безнаказанным. Алексей Алексеич оказался молодым человеком — не старше двадцати пяти лет. Однако при этом его вполне можно было бы назвать старичком, к тому же он словно сошёл с карикатуры про «маечку заправить в штанишки, а штанишки — в носочки». В целом впечатление он производил довольно неоднозначное. Говорил очень занудно и монотонно, отчего невероятно клонило в сон. Я планировал для приличия пару минут походить с ним, послушать его заунывные рассказы о Колледже магических искусств и слинять под каким-нибудь предлогом, но выяснилось, что покинуть Колледж я могу только по пропуску, который — какая незадача! — прикарманила женщина из сто тридцать четвёртого кабинета. Разумеется, я вернулся к ней, но на двери висела табличка «Обед». Очередь дремала, негромко посапывая. В общем, пришлось мне «наслаждаться» экскурсией. Алексей Алексеич был заурядником — в его теле не было ни капли магии. Однако у меня было стойкое ощущение, что он вытягивает из меня энергию, как энергетическая пиявка. Мои мыслительные процессы замедлились, я то и дело зевал.
Через полтора часа моё терпение закончилось, и, когда Алексей Алексеич отвернулся, я бросился в ближайшую арку и помчался куда глаза глядят. В итоге я выскочил в круглый дворик, посреди которого журчал фонтан с красивой статуей в виде горгульи. На скамейке неподалёку сидела девочка лет двенадцати и что-то рисовала в альбоме. Услышав мои шаги, она подняла голову и прищурилась. Чтобы не напугать её, я специально отошёл в сторону, но девочка громко ко мне обратилась:
— Вы здесь учитесь?
— Нет.
— Я так и подумала, — заявила она. — Не видела вас здесь раньше. А вы очень заняты?
— Нет, — я склонил голову набок. — А что ты хотела?
— Проводите меня, пожалуйста, на занятия? Тут недалеко, за углом.
— Без проблем. Показывай путь, — я пропустил её вперёд, и она, расправив плечики, пошагала по дорожке между цветущих клумб. Когда мы вышли в коридор, она настороженно огляделась, но, никого не увидев, расслабилась и даже улыбнулась. Заметив, что я немного отстал, она обернулась через плечо, поджала губы и взяла меня за рукав. Я послушно ускорился и невзначай поинтересовался: — А зачем тебе проводник? Кажется, ты прекрасно знаешь дорогу.
— Знаю, — буркнула девочка и неловко перевела тему: — Меня зовут Алиса, а как зовут вас?
— Марк, — ответил я и напрямую спросил: — Тебя обижают?
— С чего вы взяли? — смутилась девочка и с бравадой бросила: — Пусть только попробуют!
— Кстати, а ты не слишком маленькая, чтобы здесь учиться? В колледжи вроде бы принимают с двенадцати лет. Или ты пришла на работу к родителям?
— Я очень талантливая, — похвасталась девочка.
Мы завернули за угол. В коридоре стояла компания девушек и молодых людей, они весело смеялись и что-то обсуждали. Алиса внезапно резко потянула меня назад, когда увидела их, и перешла на бег. Я не сопротивлялся, и минуты через три мы вышли в знакомый мне двор — отсюда был виден третий контрольно-пропускной пункт. Девочка отпустила мой рукав, шаркнула ножкой и сказала:
— Спасибо, дальше я сама.
— Будешь ждать, пока они не уйдут? — уточнил я и тут же предложил: — Хочешь скажу им, что я — твой старший брат, и припугну их?
Девочка слегка побледнела и отрицательно покачала головой:
— Они не поверят, не надо. Станет только хуже.
Я несколько минут взвешивал все за и против и всё-таки решил, что не буду влезать в чужие дела. По крайней мере так грубо. Просто во время разговора с директором Колледжа упомяну, что одну из его учениц травят и надо бы принять меры. Алисе помогут, плюс её не заклеймят ябедой и доносчицей — мало ли, откуда директор получил информацию. Так что я кивнул ей на прощание и пошёл обратно. Навстречу мне выбежал взволнованный Алексей Алексеич — взмахнув руками, он запричитал:
— Куда ж вы делись-то! Я ж вам ещё не рассказал про строительство Колледжа! Фундамент — самое интересное! — он ткнул пальцем в землю. — Первое здание построили целый век назад, но через сорок лет решили его полностью снести, так как посчитали, что реставрировать дороже. Однако во время сноса оказалось, что старый фундамент невозможно уничтожить! Строители очень долго не могли понять, чем он укреплён, даже вызывали сильнейших магов. И лишь через несколько месяцев узнали, что в бетонную смесь, оказывается, были добавлены яйца. Обыкновенный куриные яйца, понимаете?
— Понимаю, — обречённо
