— Хорошо. Насколько нам нужно ускориться? Может, всё же оставим небольшой резерв топлива?
— Сделай так, чтоб оставался запас для маневрирования в атмосфере Горнила в течение нескольких часов.
— Это риск.
— Да. Но на него придётся пойти…
— Ещё раз спрошу, на всякий случай. Нам точно сейчас настолько критична скорость?
— Точно. На Ирии уже хватились, что мы сбежали. И вот-вот начнут захватывать наши активы. Если раньше риск был небольшой, спешить им было некуда, то теперь мы можем стать для наших врагов большой проблемой. Они уже совершенно точно постараются ускориться, наплевав на все приличия. Надо их опередить.
— Ладно. Я постараюсь.
— За сколько мы долетим?
— Точно не скажу… От четырёх до трёх часов. И, Темнозар…
— Да?
— У нас на корабле традиция — совместные приёмы пищи. Если желаете, можете присоединиться — сейчас как раз настало время.
Предложение застало врасплох. Тем более, видеть поборника Хаоса мне очень не хотелось, и идея о совместной трапезе с ним не вызывала никаких приятных чувств.
— Капитан будет?
— Да. Мы всегда накрываем в трюме, чтобы Громовержец мог присутствовать — он тоже член экипажа. Капитан обычно вместе с ним.
— Хорошо. Мы будем. Заодно… Обсудим планы. Хотел с вами со всеми посоветоваться насчёт того, что мы будем делать дальше.
Отключившись, посмотрел на молчаливо взирающих на меня тампилеров.
— Нас зовут на обед с членами экипажа. Предлагаю перекусить и познакомиться со всеми поближе.
— Опасность существует?
— Я нанял этот корабль. Оплата — услуга за услугу. Сначала они помогают мне… Потом я им. Поэтому, вроде как, причины для конфликта нет. Но опасность существует всегда. А капитан корабля — жрец Хаоса.
Тит не смог скрыть удивления на лице, Луций владел собой чуть получше. Тем не менее, эти двое явно впечатлились.
— Я думаю, вы уже догадываетесь, что будет весело и интересно.
— Не ожидали. Удивлены.
— То-то же. А ещё, через несколько часов мы достигнем Горнила. Возможно, будет жарко… Во всех смыслах.
— Хорошо. Наше оружие, снаряжение?
— Выдам у цели. Опасаюсь возможных проблем со стороны ваших прошлых нанимателей, а так риск засветить наши планы чуть меньше. Центурион! Можешь снять маскировку. В этом, думаю, пока нет нужды.
Очертания робота постепенно проступили… Совсем не в том месте, где я ждал его увидеть. Видимо, успел незаметно переместиться. И надо отдать должное имперским инженерам — невидимость их поделки была куда более эффективна чем, например, у тех стрелков, которые расстреливали нашу с Ярой свадьбу, или у нашего трофея, добытого на лайнере.
— Центурион, спасибо. Думаю, ты теперь можешь нас оставить…
— Нет.
Робот решительно, почти человеческим жестом шагнул вперёд.
— Нет?
— Нет. Приказ — сопровождать чужаков.
Оставалось только смириться. Специально отправлять запрос Александеру, чтобы он отозвал большую металлическую няньку, не стал.
— Ладно. Пошли…
— Темнозар. Робот не подчиняется вам?
— Нет. Он союзник.
— Хорошо.
Небольшой, но внушительной процессией мы прошествовали до самой нашей каюты. Оставив тамплиеров и Центуриона в коридоре, зашёл за Яромирой.
— Ну что? — девушка явно волновалась и при моём появлении встала со стула.
— Не знаю. Узнаем. Пока, вроде, всё в порядке… Но проблемы могут вылезти сильно не сразу. Например, годы спустя. Конечно, эти двое сказали, что Перовскому и Дому выгодно наше возвышение, невыгодна наша гибель. И моя, и, возможно — твоя. Им разрешили это сказать.
— Зар, ты им веришь?
— Они не могут врать. Условия договора, который заключили.
— Но они могут искренне заблуждаться и говорить то, во что искренне верят, считая это правдой… А это неправда.
— Истинно так, Яра. Истинно так.
— Извини. Иногда забываю, что ты более опытный, чем я. Слишком молодо и несерьёзно выглядишь.
— Ничего, всё нормально. Я только рад, что есть человек, с которым можно всё обсудить. Это очень непривычно… Но иногда, чтобы разобраться в проблеме, достаточно её кому-то объяснить словами. Пока рассказываешь — сам всё раскладываешь по полочкам и находишь решение. Да и критика полезна всегда, некоторые вещи видно лишь со стороны…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Это и правда очень непривычно. Мне тоже, Зар… Меня ведь никогда никто ни о чём не спрашивал. Ставили перед фактом, и всё.
— Раньше… Когда-то давно, до всего… Я частенько к такому прибегал. А потом просто остался один. Кажется, это всё было вечность назад…
— Не спрашиваю.
— И не надо… Ладно, к нашим баранам. Александер позвал нас пообедать с командой, у них такая традиция — трапезничать вместе.
— И ты предлагаешь?..
— Да. Надо налаживать контакты. Надо бы получше разобраться, чем располагаем, перед возвратом наших лапут.
— Возврата? Лапут?
— Ну ты думаешь, зачем мы летим на Горнило? Они — главный актив наших семей. И надо вернуть их в первую очередь.
— Ты думаешь… Это возможно?
— Яра. Когда ты начала во мне сомневаться?..
Вместо ответа она просто молча подошла ко мне и поцеловала. И, пожалуй, это было красноречивее любых слов. Несколько долгих и невообразимо приятных минут я внимательно «выслушивал» доводы девушки, а она «объясняла», как же она во мне не сомневается. Своими мягкими губами, игривым язычком, да немного помогала ещё скользящими по спине ладошками и легонько прижималась бёдрами — так, чтобы я понял наверняка.
Увы, нас ждали. Долго задерживаться было неприлично, и мы нехотя отстранились друг от друга.
— Пойдём, Яра. Всему своё время.
— Пойдём… Надеюсь, это время когда-нибудь наступит.
Тамплиеры по своему обычаю поприветствовали девушку ударами кулаков в грудь, моя супруга расщедрилась на быстрый и изящный не то реверанс, не то книксен, не то вообще что-то ещё. После этого мы продолжили путь по коридорам корабля — впереди я с Яромирой, следом Тит с Луцием, и замыкающим — Центурион.
Я был готов к тому, что мы опоздаем, и что там, в трюме, всё подходит к концу. Но Александер и Хосе подошли почти одновременно с нами — мы столкнулись у входа в трюм.
— Думал, вы уже давно заседаете… Или специально за нами следили?
— Да. Ушли с мостика только когда увидели, как покидаете каюту. А то знаем, как вы собираетесь…
На справедливый упрёк мы с Яромирой реагировать никак не стали — в конце концов, персоны вроде нас ни в коем случае не опаздывают, а исключительно задерживаются. Я просто представил тамплиеров.
— Знакомьтесь. Это ваши новые пассажиры — Луций и Тит. Луций и Тит… Это первый пилот Александер и юнга Хосе.
Двое бойцов и двое членов экипажа «Косатки» обменялись приветствиями, после чего мы продолжили путь среди нагромождений ящиков, бочек и каких-то накрытых чехлами непонятных штуковин.
— Кстати, а чем у вас трюм-то набит?
— Станки это, сеньор! И всякое оборудование…
— Станки? Оборудование? Для чего?
— А вот за этим к Громовержцу, сеньор — он покупал. Сказал — у народа, который живёт исключительно на экспорте энергоносителей, такие штуки должны хорошо заходить. Мол, обязательно найдутся желающие организовать своё производство…
— И что, вы до сих пор этот свой груз не сбыли?
— Си, сеньор.
— Чего же так? Никому не надо?
— Похоже на то.
Ничего говорить не стал, только кинул предостерегающий взгляд на Яромиру — мол, даже не смей поднимать этот вопрос. Девушка сразу всё поняла и подмигнула, заставив в который уже раз оценить, как же мне с ней повезло…
На этот раз нас вели через трюм по новому маршруту, и пробравшись через рукотворные лабиринты, мы оказались в весьма уютно обустроенном закуточке. Вдоль стен и штабелей из ящиков стояли кадки с деревьями, посреди всего этого возвышался красивый антикварный стол круглой формы, который обступили фигурные, изящные стулья с ножками в виде звериных лап — точь-в-точь такие же, как те, что были у нас в каюте.
