Считается, что Иванов, в отличие от других чиновников, никак не связан с бизнесом. Но так нельзя сказать о его жене. С сентября 1999 года около пяти лет Ирина Иванова работала в московской компании «Солвей Фарма», которая представляет интересы международного химико-фармацевтического концерна «Солвей» (Solvay), а именно его подразделения «Солвей Фармасьютикалз» (Solvay Pharmaceuticals). Одновременно Ирина Иванова получала деньги от компании «Алкатель» (Alcatel) – крупнейшего в мире производителя и интегратора телекоммуникационных систем со штаб-квартирой в Париже. Так, только с января по август 1999 года она получила 1 124 393 рубля (около 43 245 долларов). Гендиректор «Алкатель» (в России) Йохан Вандерплаетсе не прокомментировал ситуацию. В компании отказались предоставить информацию о том, была ли Ирина Иванова их сотрудником, но сведения не опровергли.
В 2002 году десять иногородних сотрудников представительства «Солвей» числились по домашнему адресу Ивановых на улице Трехгорный Вал. Интересно, зачем? Гендиректор «Солвей Фарма» Леонид Паршенков подтвердил «Новой», что Иванова с 1999 по 2003 год работала в компании, отвечая за корпоративные финансы и отчетность, но сообщил, что ему неизвестно о фактах регистрации сотрудников по адресу Ивановых.
Банкрот Минобороны
Как-то премьер Дмитрий Медведев, министр обороны Анатолий Сердюков и губернатор Подмосковья Сергей Шойгу побывали в военном городке Петровское. В частности, гости посетили воинскую часть № 52096. Во время посещения местного спортзала премьер отметил: «Состояние никакое».
Еще будучи президентом, Медведев публично отчитал Сердюкова за срыв гособоронзаказа: во время видеоконференции он под гробовую тишину потребовал у министра обороны разобраться в ситуации и при необходимости «расстрелять паникеров».
Позднее премьер на совещании в правительстве предложил уволить виновных в затягивании разработки методики расчета финансирования военных городков, передаваемых от Минобороны муниципалитетам. Медведев попросил вице-премьера Дмитрия Козака доложить ему персонально, кто несет ответственность за срыв задания. «Надо уволить кого-нибудь – дело хорошее», – заключил премьер.
«Тогда меня», – отозвался Сердюков. «Потому что я не утвердил, потому что я не вижу, как передавать дефицит», – пояснил министр, заявив о дефиците средств для военных городков в размере 70 млн рублей. По его словам, деньги, выделенные на содержание военных городков, истрачены в первом полугодии, поэтому передавать военные объекты в собственность муниципалитетов одновременно со средствами на их содержание, по сути, невозможно.
«Тогда нужно было, Анатолий Эдуардович, звонить мне и говорить: я не утверждаю ее (методику), потому что такая позиция», – сказал Медведев. На это министр возразил, что давал ответ с обоснованием отказа в утверждении методики. «Это не ответ, – парировал премьер. – В таком случае, если речь идет о нарушении ранее принятых поручений, докладывать лично мне или договоритесь с вице-премьером, вместе ко мне зайдите. Так не работают».
Потом перепалку с премьером пресс-служба объяснит «эмоциональным срывом» министра обороны. Эти «срывы» сопровождали Сердюкова всегда в его министерской деятельности. Особенно запомнился случай, произошедший во время инспекционной поездки к рязанским десантникам.
«В говне здесь живете, в говне и умрете! Денег на этот центр ВДВ не давать! Это училище вообще надо сократить. Полковника этого наглого снять – и в войска!» – кричал министр обороны Анатолий Сердюков. Начальник Рязанского высшего командного училища ВДВ Герой России, гвардии полковник Андрей Красов пытался оправдаться: храм построен исключительно на средства Рязанской епархии, спонсоров и ветеранов ВДВ. Полковник говорил, что в центре начиная с 2011 года будут готовить армейских капелланов, «90 % из которых составят православные священники». К тому же храм нужен членам семей офицеров, курсантам и солдатам, так как ближайший находится в 15 километрах от учебного центра «Сельцы», на другом берегу Оки, через которую в этих местах даже не проложен мост. Сказал, что храм необходим для воспитания патриотических чувств у будущих профессионалов-сержантов. Министр, слушая неловкие оправдания полковника, распалялся все больше…
…Начальственная процессия прибыла 30 сентября 2010 года на вертолете с трехчасовым опозданием – в 16.10 вечера. Перед посадкой Сердюков с воздуха осмотрел территорию центра. Учебка «Сельцы» построена в лесу, на северном берегу Оки. Казармы, административные строения, учебные корпуса для курсантов, учебный полигон, лазарет, стрельбище, несколько аэродромных площадок, танкодром, полигон для БТР. Министр обороны заметил с воздуха недостроенную столовую и казарму, рассказал The New Times знающий детали скандала полковник ГРУ в отставке Виталий Шлыков. Увидел и храм Ильи-пророка, возведенный неподалеку от полигона. Это-то и привело министра в ярость. Выйдя из вертолета, Сердюков сразу начал кричать, утверждают в Союзе десантников России.
«Министр прилетел на вертолете, при этом он был без командующего ВДВ, – рассказал «Ъ» вице-президент Ассоциации Героев России, Советского Союза и полных кавалеров ордена Славы, Герой Советского Союза генерал-майор ВДВ Александр Солуянов. – Выйдя из вертолета, министр принялся нецензурно оскорблять начальника центра Героя России полковника Андрея Красова. Недовольство министра вызвал деревянный храм Ильи-пророка, расположенный на территории учебного центра, господин Сердюков потребовал его снести».
В присутствии подчиненных обматерил, даже назвал «долбоебом» встречавшего его полковника. Рядом стояли заместитель начальника училища ВДВ по тылу гвардии полковник Игорь Волков и офицер военной контрразведки ФСБ. В весьма резких выражениях министр обороны потребовал снести храм: «Казарма недостроена, столовая недостроена, а они за 180 млн церковь отгрохали!»
«Я каждое воскресенье служу в этом храме, – поведал священник Иоанн, настоятель храма. – На воскресную службу приходит человек 10 бойцов, кто исповедуется, кто причащается… Бойцы мне сказали – храм в обиду не дадут». В центре проходят обучение, по словам отца Иоанна, примерно 300–350 солдат-срочников плюс еще где-то 150 офицеров и сержантов, обслуживающего персонала.
Союз десантников России подготовил обращение к президенту Дмитрию Медведеву и патриарху Кириллу с просьбой заступиться за командира Рязанского высшего командного училища ВДВ полковника Андрея Красова. В Интернете появилось видеообращение генерала Ачалова с подробным рассказом о скандале в «Сельцах».
Сотрудник синодального Отдела по взаимодействию с Вооруженными силами протоиерей РПЦ МП Александр Ильюшенко убежден, что десантники вправе требовать отставки министра обороны Анатолия Сердюкова после того, как он нецензурно оскорбил Героя России гвардии полковника Андрея Красова. «Вопрос надо решать твердо, быстро и по-военному. Он должен попросить прощения, но, независимо от того, просит он прощения или не просит, он должен уйти в отставку», – заявил протоиерей Александр «Интерфакс-религия». Представитель РПЦ МП указал, что подобный случай «с самой худшей стороны» характеризует самого Сердюкова как «человека, который к армии никакого отношения не имеет» и «не обладает никаким кредитом доверия не только у Вооруженных сил, но и у штатских людей».
«Как он смеет безнаказанно оскорблять старого солдата! Надо менять законы, чтобы они не допускали такой возможности. В случае оскорбления человек должен иметь право ответить, и даже действием. Будь перед ним даже министр, но нашлепать ему по щекам было бы очень хорошо», – возмутился священник.
Конфликт между министром обороны и армией, который разгорался в течение трех лет – с того момента, как Анатолий Сердюков был назначен на должность и начал проводить военную реформу, – выплеснулся на публику. Пошли даже слухи, что министр может расстаться со своим креслом. Впервые недовольство высказали действующие офицеры, причем из элитных подразделений, которые через Генштаб непосредственно подчиняются Верховному главнокомандующему, то есть президенту.
Надо еще сказать, что отношения Сердюкова с десантниками особые, можно сказать на грани фола. Например, летом 2009-го стало известно, что Минобороны закупило для ВДВ тысячи… бракованных парашютов на 280 млн рублей. Следователям Главной военной прокуратуры удалось сорвать поставку в ВДВ большой партии непригодных парашютных систем. «Хитроумные предприниматели изготовили эти парашюты не из нового сырья, а из старых деталей. Представители армейского заказчика и военпреды, полагаю, небескорыстно, закрыли на это глаза. Проведенные специалистами исследования показали, что использовать эти парашюты нельзя», – заявил главный военный прокурор Сергей Фридинский. Поставка старых, списанных изделий под видом новых – самая распространенная практика хищений бюджетных денег в силовых структурах. Прибыль делится между участниками по договоренности, причем получают не только непосредственные исполнители, но и старшие офицеры, поставившие свою подпись на каких-то актах.
